Ведьма? Психолог! - Анна Гале

Стоило нам взлететь, как с вершины скалы сорвался наш филин-свет. В несколько взмахов огромных крыльев он обогнал ступу и уверенно повёл на запад — против солнца. Мурчик свернулся клубочком у моих ног и усиленно делал вид, что спит. Я заметила, что уставшее от полётов плечо совсем не ноет. Хотя если организм омолодился, то и усталость должна была пройти. Я ощупала языком выросшие зубы. Непривычно, но хоть что-то приятное в ситуации. Интересно, что было бы, если бы там стояли импланты?

Внизу зашевелились зелёные волны леса. Управлять ступой стало труднее: филин выбрал путь против ветра. Солнце зашло за облака, ветер усилился, всё большее волнуя зелёное «море» под ступой. Мой платок сбился на сторону, глаза заслезились. Я почувствовала, что ступу сносит вправо. Порывы ветра в лицо становились всё сильнее, пришлось опустить голову. Исподлобья я видела впереди филин-света. Этой птице капризы погоды нипочём, машет крыльями так же размеренно, как обычно, и никуда его не сносит.

Небо на глазах заволакивало чёрными тучами, среди дня в лесу словно сгущались сумерки. Я изо всех сил старалась двигать метлой быстрее. Не хватало только попасть под ливень — хоть в воздухе, хоть на земле. А дождь намечался нешуточный, со штормовым ветром, и хорошо, если без грозы.

Мурчик перестал изображать глубокий сон и резко сел в ступе. Раскат грома сотряс небо, ослепляюще яркая вспышка-молния вдалеке расколола его на несколько частей. Я прищурилась, как филин-свет на солнце, и сжала древко метлы покрепче. Мурчик неожиданно взвыл такую вдохновенную кошачью песню, какую и в марте не услышишь. Я раздражённо покосилась на него. Вот уж не думала, что кот с его железными нервами, зная о своём бессмертии, может удариться в панику. Его дикий вопль перекрыл вой ветра, заглушил шум леса. Из кошачьего концерта выделились два звука, и Мурчик глиссандировал с одного на другой так мастерски и выразительно, что ему позавидовали бы звёзды эстрады из нашего мира. Что-то в его песне показалось мне знакомым. Я вслушалась повнимательнее. Кот выводил свои рулады на словах: «Баю-бай».

— С ума сошёл? — заорала я. — Какие сейчас колыбельные?!

Перекричать кота не получилось, но он меня услышал.

— Это не тебе, — на тех же звуках провыл Мурчик. — Ветру и тучам. Не мешай!

Ветер действительно становился спокойнее, ступу уже не сносило в сторону, да и гром пока не гремел. Всё вокруг застывало — тучи, деревья, воздух. Лишь филин-свет нёсся впереди, освещая потемневшее небо глазами-фонарями. Я налегла на древко метлы. В ушах засвистел ветер. Кот с сомнением покосился на меня, продолжая колыбельную для природы.

Лететь до стольного града, как выяснилось, оставалось минут десять. Далеко за спиной гремел гром и сверкали молнии. В предгрозовом небе вой Мурчика разносился далеко вокруг. В полутьме внизу показались очертания столицы Лукоморья. Филин-свет сделал вокруг нас прощальный круг и помчался назад — туда, где уже бушевала стихия. Я проводила его тревожным взглядом. Надеюсь, удивительная птица благополучно доберётся до дома. Мурчик замолк и прокашлялся. Густые чёрные тучи тут же со всех сторон поползли в сторону стольного града.

Во дворах жители загоняли в хозяйственные постройки коров и пестрых кур. Женщины торопливо снимали развешенное бельё, дети стайками неслись по улице к домам. Я посадила ступу у стены царского терема, неподалёку от крыльца, и привалилась к бревенчатой стене, пытаясь отдышаться.

— Не раскисай! — прошипел кот. — Отдыхать в горнице будешь.

Он легко вскочил на край ступы и спрыгнул вниз. Я выбиралась не так грациозно: колени тряслись, плечо снова разнылось после сумасшедшей воздушной гонки. Мелькнуло в одном из окошек лицо Любавы, и тут же скрылось. Я с сожалением подумала о том, что на этом этапе отбора выступила лучше главных соперниц. Превращенных не расколдовала, конечно, да и сокровища царю не привезла. Но Кащей теперь вряд ли будет устраивать охоту за девицами. Хорошо, что черноволосая ведьма с рентгеновским взглядом благополучно вернулась. А то Кащей мог бы и её превратить в какую-нибудь пакость, чтобы не докучала.

На крыльцо выскочила Василиса.

— Ох, хорошо как вы успели вернуться, до дождя. А я-то думаю, куда кот пропал… Тут уже только и разговоров, что о Кащеевой невесте. Старуха-то омолодившаяся поперёд вас вернулась, говорит: смотрел Кащей на ту Меланью, как кот на сало! Царь-батюшка недоволен, правда, что золото в казну не отдали, да зато хоть поутихнет лиходей, девок воровать перестанет. Ай и омолодил же тебя Кащей! Чисто яблочко наливное!