Возвышение Криспа - Гарри Тертлдав

Крисп не знал, что ответить, а потому промолчал. Некоторые из деревенских девушек хвалили его внешность, но мужчина никогда.

К его большому облегчению, Яковизий повернулся к Пирру:

— Ты, надеюсь, объяснишь мне, каким ветром нашего дорогого Криспа занесло в город из его глухомани и каким боком это касается меня.

Крисп заметил, как пристально хозяин дома вперился в глаза игумена. Он также отметил про себя, что Яковизий не собирается ничего говорить по существу, пока не услышит рассказ Пирра. Это внушило Криспу уважение; несмотря на свои сомнительные пристрастия, Яковизий был совсем не дурак.

Изложив историю, поведанную ему Криспом, настоятель продолжил свой рассказ. Его объяснения по поводу того, зачем он вызвал Криспа в монастыре, звучали, как и прошлой ночью, крайне туманно. Яковизий, в отличие от Криспа, ими не удовлетворился и призвал игумена к ответу.

— Ничего не понимаю, — заявил он. — Давай-ка, выкладывай толком, что случилось.

— Только если ты поклянешься мне именем владыки благого и премудрого сохранить эту историю в тайне, — нервно ответил Пирр. — И ты тоже, Крисп.

Крисп поклялся; помедлив немного, Яковизий тоже дал клятву.

— Ладно, — нехотя сдался игумен и рассказал им о своих ночных сновидениях и о том, как он свалился на пол.

В зале воцарилась тишина. Наконец Яковизий нарушил ее вопросом:

— И что, по-твоему, это значит?

— Хотел бы я знать! — в сердцах бросил Пирр. Вид у него был такой же сердитый, как и голос. — Это, безусловно, было знамение. Но благое или злое, от Фоса или Скотоса, я даже гадать не хочу. Могу только сказать, что Крисп куда более незаурядная персона, чем кажется, хотя в чем его незаурядность заключается — ума не приложу.

— Он действительно незауряден — правда, не совсем в том смысле, что ты имеешь в виду, — улыбнулся Яковизий. — Стало быть, ты привел Криспа ко мне, кузен, дабы исполнить приказание судьи отнестись к нему как к родному сыну? Полагаю, я должен быть польщен — если только ты не считаешь свой сон дурным предзнаменованием и не пытаешься спихнуть его последствия на меня.

— Нет! Ни один жрец Фоса не решится на такое, иначе душа его вечно будет маяться у Скотоса во льдах! — воскликнул Пирр.

Яковизий сложил кончики пальцев вместе.

— Надеюсь, что так. — И обратил свою улыбку, обворожительную и циничную одновременно, к Криспу. — Ну, юноша, раз уж ты тут — к добру ли это, или ко злу, — чего бы тебе хотелось?

— Я пришел в город Видесс наняться на работу, — медленно проговорил Крисп. — Игумен сказал мне, что вы ищете конюхов. Всю свою жизнь, за исключением последних двух недель, я прожил на ферме. Мало кто из городских сравнится со мной в умении ухаживать за скотом.

— Где-то ты прав. — Яковизий приподнял бровь. — А предупредил ли тебя мой кузен, наш благочестивый пресвятой игумен… — Преувеличенная искренность хозяина превращала хвалебные эпитеты в насмешку. — …предупредил ли он тебя, что порой мне от конюхов нужны услуги особого рода?

— Да, — прямо ответил Крисп и умолк.

— Ну и? — не выдержал наконец Яковизий.

— Господин, если вам нужно от меня именно это, думаю, вы зря тратите время. Благодарю вас за завтрак и за гостеприимство.

— Благодарю и вас, святой отец, — прибавил Крисп, обращаясь к Пирру и вставая с кушетки.

— Не спеши! — Яковизий тоже вскочил с кресла. — Мне действительно нужны конюхи. Предположим, я найму тебя только для ухода за лошадьми без дополнительных услуг, обеспечу кровом, питанием и положу… хм-м… один золотой в неделю?

— Другим ты платишь два, — заметил Пирр.

— Я думал, дорогой кузен, что у вас, жрецов, молчание почитается добродетелью, — сладчайшим голосом огрызнулся Яковизий и повернулся к Криспу:

— Ладно, два золотых в неделю, хотя тебе недостало ума попросить самому.

— Только для ухода за лошадьми? — переспросил Крисп.

— Да, — вздохнул Яковизий, — хотя ты не должен на меня сердиться, если время от времени я попытаюсь проверить, не передумал ли ты.

— А вы не будете сердиться, если снова услышите «нет»?

— Ладно, не буду, — еще раз вздохнул Яковизий.

— Тогда по рукам! — Крисп протянул ладонь. Рука вельможи почти утонула в ней, хотя пожатие этого сухонького человечка оказалось на удивление сильным.

— Гомарий! — крикнул Яковизий. Слуга, впустивший Криспа с Пирром в дом, появился через минуту, чуть запыхавшись. — Гомарий, Крисп отныне будет одним из наших конюхов. Найди ему одежду поприличнее, чем это тряпье, и посели с остальными парнями.

— Конечно. Пойдем, Крисп, и поздравляю со вступлением в наши ряды. — Гомарий подождал, пока они прошли ползала, и шепнул:

— У нас тут всяко бывает, зато скучать не приходится.

— Верю, — отозвался Крисп.

* * *

— А вот и наш деревенщина, — услыхал Крисп чей-то шепот, войдя в конюшню.

Судя по ухмылкам Барса и Мелетия, реплика предназначалась для Крисповых ушей. Крисп нахмурился. Оба юноши были моложе его, но оба выросли в городе, в более чем зажиточных семьях. Почти все конюхи Яковизия были им под стать. Они, казалось, наслаждались, отравляя Криспу существование.

Барс снял со стены совок и швырнул его Криспу.

— Давай, деревенщина. Поскольку ты всю жизнь прожил в навозе, можешь почистить сегодня стойла. Тебе не привыкать к запаху конских задниц. — Смазливое лицо Барса расплылось в издевательской усмешке.

— Сегодня не моя очередь, — буркнул Крисп.

— Да? А мы все равно выбрали тебя, — отозвался Барс. — Правда, Мелетий? — Второй конюх кивнул. Он был еще смазливее Барса, настоящий красавчик.

— Нет! — отрезал Крисп.

Барс округлил глаза в притворном изумлении:

— А наш деревенщина становится нахальным. По-моему, пора его проучить.

— Вот именно, — согласился Мелетий и с улыбкой предвкушения шагнул к Криспу. — Интересно, как быстро деревенщины усваивают уроки. Я слыхал, они не очень-то смышленые.

Крисп нахмурился еще сильнее. Всю неделю он чувствовал, что злобные подначки рано или поздно кончатся дракой. Он считал, что готов к ней, хотя вариант двое на одного его не прельщал. Крисп поднял руку.

— Погодите! — воскликнул он испуганным голосом. — Я их вычищу. Давайте совок.

Барс поднял совок и протянул ему. На смазливом лице конюха отразились смешанные чувства удивления, победного торжества и презрения.

— И вычисти как следует, деревенщина, иначе тебе придется вылизать то, что…

Крисп вырвал у него совок, развернулся и ткнул рукояткой Мелетию в солнечное сплетение. Тот сложился пополам, как кузнечные мехи, тщетно пытаясь вдохнуть.