Ведьмак - Василий Сахаров

Отряд майора Тенгиева вернулся в казармы царского дворца под Белоградом и, несмотря на потери, которые он понес при обороне Лобатовска, бойцов в нем стало больше. Некоторые солдаты регулярной армии и примкнувшие к нам городские ополченцы принесли вассальную клятву Ярославе Келогостовне, а затем остались под командованием майора. После чего, с учетом нескольких новобранцев, которых прислала великая княгиня, отряд разросся до шестидесяти человек и условно разделился на семь групп. Первая – командная. Вторая – охранная. Третья и четвертая – штурмовые. Пятая и шестая – разведка. Седьмая – тыловая. И командиром одной из таких групп, а именно пятой, стал я, поручик Стойко Видов.

Как уже было сказано, разделение условное. Воины в отряде – с различным уровнем подготовки, в группах от шести до пятнадцати человек, и времени на дополнительное обучение личного состава практически не было. Только выбрались в расположение словенской армии, отмылись и привели себя в порядок, как поступил новый приказ – готовиться к выдвижению в тыл противника. Бои шли уже под Белоградом, и усиленная ополченцами, маршевыми батальонами, отступающими солдатами регулярных соединений и переброшенными из столицы батальонами парашютистов сводная бригада полковника Слепнева держалась с трудом. Натиск ромеев усиливался и, понимая, что взять Белоград в лоб не получится, они стали обходить его с флангов. При этом постоянно действовали ДРГ (диверсионно-разведывательные группы), которые прощупывали оборону словенцев, искали слабые места, проводили разведку боем и порой выходили на окраины города, совершали нападения на патрули и растворялись в окрестных лесах.

Положение паршивое, хотя могло быть и хуже. А что касательно конкретно меня, то я занимался своим подразделением. В нем уже семь человек. Корнея и Ведогора я знал и мог на них положиться, а с остальными знакомился уже на полигоне. Рядовой Матвей Круш – неплохой пулеметчик. Сменивший подрясник на камуфляж священнослужитель церкви Зеленого Христа отец Филарет – стрелок и опытный турист. Отставной капрал гвардии Бурмакин – минер, стрелок и механик-водитель. А два егеря из принадлежавшего великой княгине северного лесничества братья Стахоровы – следопыты, снайперы и охотники.

Сегодняшний день начинался как обычно. Я поднял воинов и погнал их на полигон отрабатывать тактику ведения боя в лесах, а после полудня собирался загнать всех на полосу препятствий. Однако вскоре меня вызвал Тенгиев и, передав командование подразделением Корнею, я отправился в штаб.

– Форма одежды парадная, – бросил майор. – На сборы пять минут.

Легко сказать – парадная форма одежды. А какая она у меня? Я не знал. Да и выбирать особо не из чего – в моем гардеробе один потертый мундир, пара камуфляжных костюмов и маскхалат. Поэтому я натянул чистый «комок», по расцветке напоминающий «флору» российской армии, сменил ботинки, сунул под погон серый берет, затянул на поясе ремень с кобурой и вышел из казармы на небольшой плац.

– Нормально, – увидев меня, сказал Тенгиев и указал на машину: – Садись. В город поедем.

– А зачем? – наконец поинтересовался я.

– Награждать тебя станем… И еще кое-что…

Снова он усмехнулся, и я призадумался. С награждением понятно. Я про него забыл, а военная бюрократическая машина продолжала работать, и представления Тенгиева на ордена, медали, поощрения и чины для личного состава его вольного отряда рассматривались достаточно быстро. Но что значат слова «кое-что»? В чем подвох? Наверняка майор готовил какой-то сюрприз.

«Ладно. Разберемся».

Спустя минуту я расположился в автомобиле и незаметно задремал. Опасности нет – мое чутье молчало. А тут есть полчаса. Так отчего не подремать, пока есть такая возможность.

До города добрались быстро, проехали через несколько блокпостов и остановились возле штаба Восточного фронта. Здесь нас встретил дежурный офицер и попросил немного подождать, так как награждение переносится на час. Нам-то что, спешить некуда. Тенгиев оставил меня одного и удалился. На некоторое время я свободен, выбрался на улицу и обнаружил неплохое кафе, заказал чай и сделал телефонный звонок. Раз уж я в городе, то можно позвонить Серову.