Геном - Сергей Лукьяненко

– Я несколько раз имел дело с гетерами-спец, – сказал Алекс.– Дорогое развлечение, но ведь порой позволяешь себе шикануть…

– Так, и что? – Джанет вылила в чистую пробирку остаткикрови из шприца. Бросила несколько кристалликов из какой-то ампулы.

– Я готов поклясться, что девочка специфицирована какгетера. Помимо бойца-спец, еще и куртизанка-спец. Это возможно с медицинскойточки зрения?

– Трудно, хотя и возможно… Очень трудно, капитан.Перестройка тела у гетер незначительна, но психология меняется полностью. Боецдолжен убивать – без колебаний, без сомнений. Любого, кто подходит подопределение врага. Гетера должна любить. Именно любить, по-настоящему,беззаветно, преданно и чисто… отдаваться до конца. И в то же время мгновенноуходить в сторону, забывать любовь, едва в ее услугах отпадает необходимость.Очень трудно совместить эти спецификации, капитан. – Джанет поболтала в воздухепробиркой. – Логичнее предположить, что после метаморфоза у нее сбилсягормональный баланс…

– Ну, если мы вспомним историю… раньше, когда все люди былинатуралами, они ухитрялись совмещать. Скажем, Наполеон, он был великимполководцем, так? И в то же время весьма успешным ловеласом.

– Чепуха, капитан. Простите, но это не так. В прошлом былилюди, которые фактически попадают под описание спеца. И военачальники, иловеласы, и ученые, и творцы. Но каждый спец – это результат сложнейшей работыгенетиков. Все лишнее отсечено. Вот вы, например, не умеете любить, так?

– Да.

– Ну а боец хотя и способен на любовь, но в обычной,человеческой манере… Так! – Джанет подняла пробирку с несколькими каплямирозоватой жидкости. – Видите?

– Что это значит?

– Модифицированные феромоны. Один из признаков гетер. Дляполной уверенности хорошо бы провести тест на ВШ-оперон, отвечающий загиперсексуальность, но у меня нет нужной сыворотки… – Джанет отставилапробирку, потерла лоб. – Вы правы. А я – нет. Ким и боец, и гетера. Сложнейшаяработа!

– Кому это могло потребоваться?

– Варианты есть. Например – телохранительница, одновременновыполняющая сексуальные услуги. Очень дорого, очень сложно, почти бессмысленно…но возможно. Как нехорошо, капитан… – Она мрачно посмотрела на Алекса. – Выпонимаете, что произошло? И чем это грозит?

– Пока еще нет.

– Да Ким же в вас влюбилась!

– Похоже, но…

– Гетера обязана добиться взаимности! Понимаете? Это ееспецификация. Смысл всего существования!

– Я вовсе не собираюсь отказывать ей постоянно, Джанет! Еслидля Ким так важно…

Врач вздохнула:

– Капитан, да ей не секс требуется! Точнее – не только и нестолько секс! Она хочет, чтобы вы ее полюбили!

– Но я этого не умею. – Алекс развел руками. – Чего не дано,того не дано. Я понимаю, что любовь – великое, приятное, святое чувство…

– Приятное, – фыркнула Джанет. – Ох, капитан… порой язавидую пилотам, не умеющим любить…

– Может быть, Ким сумеет полюбить кого-то другого? –осторожно предположил Алекс. – Пак отпадает, к сожалению, а вот если нашмолодой энергетик?

– Хорошо бы. Будем надеяться на то, что спецификация бойцабудет отвлекать ее от специализации гетеры. Но вы сделали очень опасный иболезненный для всех шаг, когда взяли девочку под опеку.

– Я уже понял.

– Выписывать сертификат? – прямо спросила Джанет. – Или нестоит? Вы еще можете дать ей немного денег и позволить выкручиватьсясамостоятельно.

– Уже не могу. Выписывайте.

Джанет кивнула, будто и не ожидая другого ответа:

– Пилот…

Он так и не понял, что было вложено в это слово в большеймере – насмешка, сочувствие или простая констатация факта.

Наверное, последнее. Ведь у него не было права выбора –никогда. Выбор сделали родители, за девять месяцев до его рождения.

И он был благодарен за этот выбор.