Земля – Паладос - Алексей Гравицкий

— Вся твоя информация, — осторожно пригубив прямо из горлышка, сообщил Исаак, — полная туфта. Я слышал про одного человека. Он курил. Лет с четырнадцати и до ста с лишним. Потом бросил курить, написал книжку про то, как это делают, и через полгода склеил ласты.

— Что? — не понял инопланетянин.

— Помер, вот что. Кто знает, сколько б еще прожил, если б курил. А бросил и ага! Так что… — Исаак поднял бутылку в приветственном жесте. — Твое здоровье.

— Тебе будет плохо с утра, — прибег к последнему аргументу Антрацит, глядя, как «Черный Паладос» перетекает из бутылки в глотку священника.

Исаак поперхнулся, закашлялся. На спута посмотрел покрасневшими нетрезвыми глазами:

— А сейчас мне, по-твоему, хорошо? Когда плохо физически, забываешь про то, что тебе плохо морально. И это благо. Но ты, душа инопланетная, этого не поймешь. Так что трынди дальше свою заумь. Только не про вред, лучше что-нибудь хорошее расскажи. Вот, например, ты про меня и про Землю все знаешь, а я про вашу планету — ничего. Как, по-твоему, это нормально? Нет… если уж мы партнеры, тогда я тоже должен знать…

Эту просьбу Антрацит принял с воодушевлением и еще долго рассказывал что-то хорошее. Про свою планету, на которую не ступала нога человека, про социальное устройство. Истории казались настолько захватывающими, что вскоре Исаак увидел родину спута в стеклянном боку бутылки. Видно было плохо, половину закрывала крепкая паладонийская бормотуха. И священник-следователь решил разделаться с остатками алкоголя, дабы увидеть картинку целиком.

Это ему удалось, но уже не в бутылочном боку, а во сне. На кровать упавшего носом в стол священника перетащил спут. Уложив кое-как рыжего, синекожий инопланетянин сокрушенно вздохнул и добавил к своей истории новый штришок:

— А еще у нас на родине не пьют.

Родина непьющих вечно синих надоедливых инопланетян о шести конечностях снилась Исааку до самого утра. Радужные картинки туманили сознание, пока не взорвались яркой вспышкой. От этой вспышки и встряски следом рыжий проснулся.

Хоть сон и отошел, до слуха доносился далекий гул, а стены и пол с потолком легонько вибрировали. Словно где-то очень далеко и очень основательно встряхнули планетный грунт и отзвуки встряски докатились до столицы. Исаак приподнялся на локте. Посреди комнаты стоял спут, закутанный в одеяло, и самым активным образом, словно за это обещали повысить зарплату, боялся.

— Что это? — спросил инопланетянин, содрогаясь так, что его уже можно было принять за источник вибрации.

— Земле… то есть это… Паладосотрясение…

— Невозможно, — пробормотал инопланетянин. — Паладос — сейсмически спокойная планета.

— Значит, где-то что-то взорвали. — Исаак зевнул и повернулся на другой бок.

Подумал, что надо бы раздеться, но сил хватило лишь на то, чтобы стянуть с себя штаны и один носок. Потом снова навалился сон. На этот раз ему снились взрывы, война и мертвый брат Джон с мертвым техномагом, которых сам Исаак почему-то пинал ногами.

«Не хочешь попинать?» — спросил он у подошедшего Антрацита.

«У нас на родине не пинают», — с достоинством отозвался спут и растаял в воздухе вместе с трупами и взрывами, оставив Исаака одного в черном безвоздушном пространстве.

Снова проснулся он оттого, что кто-то усиленно тряс его за плечо. Рыжий священник приоткрыл глаза. Перед ним стоял незнакомый мужчина в форменной куртке офицера охраны. Если судить по нашивкам, то блюститель порядка состоял в чине… в каком, Исаак не имел ни малейшего понятия. С чего бы в такую рань такие гости?

— Вы за мной? Или возьмете спута? — сонно пробормотал Исаак.

— Брат Исаак, я здесь по личному распоряжению правителя Ксая. Правитель просил доставить вас как можно быстрее. Пожалуйста, собирайтесь.

Исаак сел на кровати и задумчиво почесал живот.

— Башка трещит.

— Брат Исаак, прошу вас.

— А где икс-боты?

— Какие икс-боты?

— Ну, те, что меня вчера встретили?

— Я не знаю ни о каких икс-ботах, нам нужно идти.

— А что случилось?

— Я не уполномочен об этом говорить, — замялся полицейский. — Правитель сам введет вас в курс дела.

— Мне кажется это связано с ночным взрывом, — подал голос появившийся в дверях спут.

В голове чуть прояснилось. Вспомнились обрывки сна, Антрацит в одеяле, дрожащие стены. Исаак потряс головой.

— Я думал, мне это приснилось. А что взорвалось?

— Скорее, взорвали, — заметил синекожий.

— Прошу вас, брат Исаак, поторопитесь, — настойчиво просил офицер.

Рыжий с трудом поднялся с кровати. Ощущения от вчерашнего вечера остались самыми гнусными. К внутренней опустошенности и обиде добавились известные симптомы. Желание было только одно — лечь обратно и не вставать до вечера. А может, и вовсе не вставать. Но полицейский смотрел на него с такой мольбой, что Исаак откинул одеяло и принялся натягивать одежду. Офицер тактично отвернулся.

— А что же техномаги? — поинтересовался Исаак. Мысленно он уже ругал себя за идиотизм и готовился к очередной стычке с безликими строгими костюмами. — Или этим расследованием они не занимаются?

Полицейский осторожно повернул голову:

— Дело в том, что вмешательство техномагов невозможно, — снова как-то замявшись, сказал он. — На месте вам все объяснят.

— Куда хоть едем?

— Увидите, — загадочно пообещал офицер.

Дорога была безобразной. На резких заворотах Исаака укачало так, что, закусывай он с вечера, сейчас бы вывернулся наизнанку. От постоянного бормотания спута еще сильнее разболелась голова, но рыжий следователь не жаловался. Он сам с мазохистической обреченностью подбил Антрацита на разговоры, зато теперь примерно понимал, куда летит и что там увидит.

Флаер пошел на посадку раньше, чем вчера, и садился не во внутренний двор техномагов, а в сторонке от здания. По легкому толчку, а точнее, по тому, как подкатил ком к горлу, Исаак понял, что они прибыли. Дверца летательного аппарата плавно отъехала в сторону. Рыжий вышел, не дожидаясь приглашения.

То, что представилось его взору, могло поразить даже самого подготовленного. Территория, принадлежащая техномагам, была обнесена временным заграждением и оцеплена службой охраны. На месте вчерашнего белоснежного здания-колодца высилась огромная куча строительного мусора. Руины выглядели настолько жутко, что священник вздрогнул.

— Что здесь, черт возьми…

Бормоча проклятия, Исаак направился к оцеплению. Его попытались задержать, но даже нагрудный знак показывать не пришлось. Подоспевший офицер одним жестом решил все проблемы.

— Мы работаем над спасением пострадавших, — сообщил он, — но спасать, похоже, некого. Идемте, брат Исаак, вас ждет правитель.