Ритер - Дмитрий Шидловский

– Такая одежда распространена среди воинов моей страны. – Рыбников слегка поклонился, придерживая рукой меч.

– Ты откуда?

– Издалека. Меня зовут ритер Никита. Я прибыл в эти края только месяц назад.

По лицу наместника пробежала тень раздражения.

– А чего из своей земли подался? Набедокурил, видать?

– Нет, сиятельный боярин. Беда постигла нашу землю. Она опустилась под воду, и те, кто выжил, вынуждены были стать странниками.

– И поделом вам. Боги без вины не наказывают. Чухонцев давно под покровительство взял?

– Месяц назад, сиятельный боярин.

– А предыдущий ритер что?

– Умер.

– От твоей руки?

– Я этого не хотел.

– Все вы «не хотите», – передразнил Рыбникова наместник. – Только убиваете направо и налево. Для чухонцев-то ты, видать, вояка знатный. Только вот в Несе не задерживайся. Здесь бойцы и посерьезнее есть. Так что помни свое место, чухонский ритер. Ты знаешь, что чухонцам запрещено торговать с кем-либо, кроме купцов высшей гильдии?

– Знаю, сиятельный боярин, – кивнул Рыбников.

– Гляди, если твои чухонцы запрет нарушат, то и с тебя спрошу. Так что следи за ними. Чухонцы – хитрые бестии.

– Я прослежу за исполнением законов, сиятельный боярин, – ответил Рыбников.

– Надеюсь, – буркнул наместник. – Хотя слабо верится, что тебе это удастся. Дружина-то у тебя – сброд. Как, впрочем, и у всех чухонских ритеров. А ну признавайся, укрывается кто от закона?

– Об этом мне ничего не известно, – покачал головой Рыбников. – Большинство моих людей пришли со мной, из нашей страны.

– Похоже на то, – проворчал наместник, проходя вдоль строя дружинников. – А этот что, тоже пришел с тобой? – Он указал на Cтавра.

– Нет, сиятельный боярин. – Рыбников неотступно следовал за наместником. – Этот человек служил прежнему ритеру, а потом перешел ко мне на службу.

– Вор, наверное, – скривился наместник.

– О его преступлениях мне ничего неизвестно, – покачал головой Рыбников.

– Неизвестно, – снова передразнил его наместник. – Все вы, ритеры, из себя невинных корчите. По роже же видно, что вор. Хотя, если в Нес пришел, видать, перед Веским князем безвинен. А если что у других сотворил, так то не наше дело.

Он зашагал дальше и вдруг остановился как вкопанный напротив Тани.

– Красивый мальчик… Погоди, или это девка в штанах? Ну-ка, сделай шаг вперед.

Заметно смутившись, Таня шагнула, и все присутствующие разглядели, что на ней действительно широкие штаны.

– Это моя ученица Таня, – пояснил Рыбников.

– Ученица?! – наместник прыснул от хохота. – С каких это пор ритеры баб в ученики берут? А в одежду мужскую зачем нарядил? На мужской манер зачем остриг?

– В моей стране в этом нет ничего необычного, – спокойно ответил Рыбников.

– Да будет сказки рассказывать, ритер, – хихикнул наместник. – Ну, захотел бабу. Дело житейское. Чего в ученика-то ее рядить, порты на нее надевать?

Таня покраснела и потупилась.

– Сиятельный боярин, Татьяна – моя ученица, – холодно произнес Рыбников. – Не более и не менее.

– Да ладно тебе. Хотя, если у вас и впрямь баб ратному делу учат, то не удивляюсь, что боги вашу землю затопили. Против законов это, людских и божеских, баб бою учить, – он сделал паузу, во время которой бесцеремонно разглядывал Таню. – А девка справная. Слушай, ритер, в наших землях все одно бабу не то что ритером, а и оруженосцем не признают. Так что и толку нет ей у тебя учиться. Продай-ка ты мне ее в наложницы. Я тебе десять гривен золотом дам. А она не в чухонских лесах прозябать будет, а во дворце жить, в шелка одеваться. Согласен?

– Я не хочу ни к кому в наложницы, – чуть не выкрикнула Таня. – Я останусь… со своим ритером.

– Да кто тебя спросит, девка, – хохотнул наместник.

– Я свободный человек, – гордо подняла голову девушка.

– Татьяна – вольный человек, – заявил Рыбников. – Она вольна уйти от меня по доброй воле. И я не могу ее продать.

– Значит, у нее нет ни опекуна, ни мужа? – В глазах у наместника мелькнул недобрый огонек.

Рыбников на секунду запнулся.

– Я отвечаю за нее.

– Значит, все же ты ее опекун? – Кажется, наместник был раздосадован, что не прошла какая-то его хитрость.

– Да, – чуть помедлив, ответил Рыбников.

– Ну, тогда продай. Во всех росских княжествах опекун может женщину замуж выдать или в наложницы продать и против ее воли.

– А в моей стране нет, – отрезал Рыбников. – Сиятельный боярин может сам сделать предложение моей ученице. Но если она откажется, я буду защищать ее свободу и честь своим мечом и своей жизнью.

Собравшиеся вокруг зеваки ахнули.

– Дурак ты, ритер, – огрызнулся наместник. – Чтобы я о чем-то бабу просил! Ты на земле Веского князя и по его законам живешь. Ну, соглашайся, не зли меня.

– Тогда я вынужден отказать тебе, сиятельный боярин. – Рыбников буравил взглядом собеседника.

– Ну, ты совсем из ума выжил, – взвизгнул наместник. – Не будь ты ритер… Да, а кто сказал, что ты ритер? Инку и украсть можно. Эй, Арис, не хочешь проверить, ритер этот Ни… Никута или нет?

– Нет, не хочу, – с насмешкой в голосе отозвался начальник внешней стражи. Он стоял, скрестив руки на груди, и с улыбкой наблюдал за разворачивающейся перед ним сценой.

Наместник дернулся так, будто его ужалила змея.

– А я тебе говорю, что сомневаюсь, что он истинный ритер.

– Истинность или ложность ритера может определить только ритер, – Арис явно цитировал какой-то текст, который считал священным. – При сомнениях же, что назвавший себя ритером таковым является, ритер должен вызвать этого человека на бой, и да рассудит их великая тайна. Ритер Арис не сомневается в том, что благородный Никита – истинный ритер.

– Дый вас всех раздери, – зло выругался наместник и зашагал к носилкам. – С сегодняшнего дня всем чухонцам вдвое поднять налог за торговлю в Несе и плату за постой втрое, – бросил он на ходу и плюхнулся в носилки. – Во дворец.

Шторка задернулась. Носильщики подхватили портшез, развернулись и потащили к пристани, стараясь держаться между отрядами охраны. Подмигнув Рыбникову, следом зашагал Арис.

Заметно погрустневшие финны потянулись к складу. Зеваки тоже начали расходиться. Дружинники напротив собрались вокруг Рыбникова и Тани. Девушка стояла, потупившись, и кусала губы.

– Вот видишь, что бывает, если штаны надеть, – хохотнул Ставр. – Можно даже наместника пленить. Вот редкость, боярин Урята наложницу захотел! Наместник-то он девок не больно жалует. Все больше мальчиков привечает. А на тебя вот запал. За штаны, видать.