Драконья ненависть - Евгений Малинин

– А вы не говорите, где живете, скажите место, в котором вы просто сможете спрятаться!

Гном с сомнением покачал головой, но именно в этот момент далеко в лесу послышался лошадиный топот. В мгновение ока оба малыша выскочили из кустов и через секунду сидели позади меня, на крупе Пурпурной Дымки. Я и охнуть не успел, как маленький кулак застучал по спине моего панциря, и свистящий шепот потребовал:

– Давай, погоняй свою лошадку!!!

– Да куда погонять-то?.. – Переспросил я, трогая Дымку.

– К Совиной скале!.. – Скомандовал басок.

– И где она находится? – Задал я новый вопрос.

Конский топот, между тем, звучал все ближе.

– Гони вот в этот просвет… – маленькая рука просунулась у меня подмышкой и махнула вперед, – а где сворачивать я скажу!

Впереди, справа от зарослей кустарника, в котором прятались гномы, действительно намечался некоторый просвет, в него я и направил свою лошадку.

Несколько минут за моей спиной царила тишина, видимо гномы прислушивались к звукам погони, а потом началось перешептывание.

– Слышь, Кнуре, странная какая-то лошадь у этого дана… Красная и… прозрачная!..

– Не красная, а пурпурная… И не прозрачная, а… призрачная.

– Прозрачная, призрачная – какая разница! Я и так-то на лошадях ездить боюсь – высоко, а тут еще и все камни под тобой видны!

– А под тобой будто не видны?! – Обиделся Кнуре.

– И подо мной видны… – согласился Пикля, – я и говорю – странная лошадь.

– У странного дана странная лошадь… – глубокомысленно заявил Кнуре, – что ж тут странного?

Они снова замолчали, а через несколько минут в бок моего панциря снова стукнул маленький кулачок.

– Ну?.. – Не оглядываясь, спросил я.

– Слушай, сияющий дан Тон, где ты такую ходкую лошадку отыскал? Смотри, и не торопится, а бежит, как бешеный единорог!..

– Где отыскал, где отыскал, – раздраженно ответил я, – сам сделал!..

За моей спиной испуганно замолкли.

Раздражение мое было вызвано тем, что просвет, на который мне указали гномы, оказался обманчивым. Деревья снова плотно сомкнулись, и мы ехали в самой дремучей чащобе, какую я только мог себе представить! Спустя несколько минут, уже я задал гномам вопрос:

– Слушайте, ребята, мы правильно едем-то?..

– Правильно, правильно!.. – Тут же ответил Кнуре, – вон уже видна сгоревшая сосна – около нее как раз проходит тропинка. Свернешь направо, а там до Совиной скалы рукой подать.

И тут я вспомнил:

– Так ведь у Совиной скалы сторожат!..

– Кто?! – Немедленно отозвался Кнуре.

– Эти… как их… – я напряг память, – Крот и Носатый!..

– Убью гадов!!! – Во всю глотку заверещал Пикля.

«Ого! – Я даже вздрогнул, – какой злобный, кровожадный гном!»

И тут же раздалось басовитое шипение Кнуре:

– Тихо, ты, убийца!.. Чего орешь на весь лес, хочешь чтобы эти паразиты тебя услышали?! И чем ты их убивать собираешься, кулаком?.. Ты ведь даже свою дубину потерял!..

– Да ведь они… Они… Они… – почти рыдая пищал Пикля.

– Знаю, что они! – Снова оборвал его Кнуре, – Только сейчас наша задача живыми домой добраться… А там посмотрим!..

Тут я не выдержал, чуть развернувшись в седле, я негромко спросил:

– Что они, Пикля?.. Что тебе сделали Крот и Носатый?

Но гномы мне не ответили. За моей спиной было тихо, словно два малыша притаились в засаде. Я вздохнул и… не стал повторять свой вопрос.

У сожженной сосны, обгоревшей, кстати, весьма странно – метров пять от комля были совершенно не тронуты, а середина ствола была обуглена так, что было непонятно на чем держится зеленая верхушка, так вот, у сожженной сосны, действительно, пробегала едва заметная тропка. Я свернул, как было сказано, направо, и Дымка ходко двинулась дальше по тропке. Через несколько сотен метров лес начал редеть, а скоро деревья и вовсе расступились опушкой. Мы выехали на открытое пространство и сразу же увидели Совиную скалу, она действительно была похожа на огромную бурую взъерошенную сову, присевшую переждать день. Рядом со скалой я заметил двух всадников.

Нет, трех!

Гномы, по всей видимости, тоже увидели их, потому что писклявый Пикля тут же поинтересовался:

– Сияющий дан, ты нас специально вводил в заблуждение или сам ничего не знал?!

Но за меня вступился основательный Кнуре:

– Что значит – ничего?! Кое-что он знал… А ошибиться… на одного… каждый может. Ты сам что ли не ошибался?!

– Во всяком случае, двое из них – Крот и Носатый, – проговорил я, – а вот кто третий, мы сейчас узнаем. А вы, пожалуйста помалкивайте, и тогда мы проедем незамеченными!

Пикля начал что-то говорить, но Кнуре резко его оборвал, и за моей спиной воцарилась тишина. А я тем временем снова произнес заклинание Полога, укрыв магической пеленой и себя, и свою лошадь, и, конечно же, своих пассажиров. Затем я тронул Дымку, и она неторопливо двинулась в направлении Скалы.

Стража, поставленная мощным данном Коггом медленно приближалась. Постепенно я начал различать экипировку всадников и понял, что двое из троих – воины, на них были надеты легкие пластинчатые доспехи, прикрывавшие туловище и руки, штаны, по всей видимости, кожаные и высокие сапоги. На головах у них красовались шлемы, похожие на ведра, без забрал, так что были видны лица. Из вооружения я заметил мечи и луки. Но больше меня заинтересовал третий всадник, он был невысок, одет во что-то темное, восседал на невысокой лошади и показался мне странно знакомым! Все трое держались вместе, и оба воина то и дело поднимались на стременах, пристально оглядывая окрестности.

Мы подъехали еще ближе, чтобы попасть к Совиной скале, нам надо было прошмыгнуть буквально под носом у стражи, но я твердо надеялся на свой Полог и бесшумную рысь Пурпурной Дымки. Однако, когда до заставы осталось метров сто, темный всадник поднял руку и что-то крикнул, указывая точно на нас!

Именно в этот момент я и узнал низкорослого, это был маг Марлок!

Крот и Носатый выхватили свои мечи и пригнувшись в седлах послали было своих лошадей в нашу сторону, но Марлок остановил их пронзительным визгом:

– Стойте!!! Я развею призрак, а вы схватите гномов!!!

И словно в ответ на этот визг, из-за моей спины послышался другой визг:

– Убью!!!

Тут я почувствовал, как из ножен на моем поясе выдернули кинжал.

Тем временем Крот и Носатый осадили лошадей, а Марлок принялся что-то бормотать и размахивать руками. Я не слишком понимал, чем он там занимается, но на всякий случай до предела уплотнил свой магический кокон и сформировал несколько крошечных сгустков Силы.