Обелить имя мага - Константин Назимов

Хозяин, увидев, на что я обратил внимание, подвинул коробочку с драгоценностями поближе и начал расхваливать товар:

– Этот комплект подойдет любой красавице, он сделан из золота и топаза. Посмотрите, как играет камень, а ведь он не магический, его таким и добывают гномы в своих горах.

– Сколько стоит? – спросил я его.

– Всего-то тридцать золотых. – Хозяин осуждающе покачал головой, как бы говоря, что цена совершенно бросовая.

– Дорого, – протянул я, мысленно прикидывая остатки денег.

Отвернулся от хозяина и, вызвав свой кошелек, пересчитал. Выходило, что у меня осталось двадцать две золотые, четыре серебряные и семь медных монет.

– Уважаемый, что-то цена у вас слишком высока, видно, нам стоит посетить соседнюю лавку, – вступила в торг Алиена.

– Такой красоты вы нигде не найдете, – ответил хозяин и, подумав, предложил: – Двадцать девять.

– Нет. Для меня это дорого, – ответил я и взял девушку за руку. – Пойдем, Алиена.

– Как дорого? Ну давай двадцать восемь.

– Двадцать, – предложил я.

– Двадцать пять, – мгновенно отреагировал он.

– Двадцать одна, – ответил я и виновато добавил: – Больше нет.

Хозяин задумался. Я стоял в ожидании его решения, комплект мне очень понравился.

– Эх, ладно, забирай! – махнул он рукой.

Мы пожали руки. Я отдал деньги, а взамен получил коробочку с украшениями.

На улице Алиена спросила:

– Алекс, ты чего нахмурился? Пойдем подарок твоему отцу подберем.

– У меня денег практически не осталось. Надеюсь, отец меня простит. Или я ему свой кинжал подарю.

– Эрзон же сказал, что ты можешь тратить деньги, которые он тебе дал. Считай, что это твои деньги, – сказала Алиена.

– Извини, но я так не могу.

– А что ты хотел отцу в подарок купить?

– Не знаю, но золота ему точно не надо, – улыбнулся я, представив, как будет изумлен отец, если я подарю ему украшения.

– Ты говорил, он у тебя новые строения придумывает, давай ему купим артефакт, который у нас используют при разработке домов.

– А что он делает? – заинтересовался я.

– Это небольшая пирамидка. Ее ставят на лист бумаги, потом архитектор кладет на нее руки и мысленно представляет дом, который хочет построить. В воздухе создается изображение, его можно так же мысленно исправлять. Когда архитектора удовлетворяет строение, он говорит: «чертеж готов», и чертеж дома переходит на бумагу.

– Круто! А если дом очень большой, как же на одном листе чертеж поместится? – изумился я.

А ведь отцу такой подарок будет дороже всего золота, он же вечно что-то проектирует.

– Когда пирамидка переносит изображение на лист, она светится. Если листа мало, она начинает мигать, тогда ее ставят на следующий. Листов может быть много, – пояснила Алиена.

– Откуда ты это знаешь? Ты же не архитектор, – удивился я.

– Так наша столица создавалась, нам в академии про это рассказывали.

Алиена улыбнулась.

– И как долго она может работать, ее ведь как-то заряжать нужно? И стоит, наверное, очень дорого.

– Заряжается она примерно так же, как твой браслет, но стоит недорого. Пойдем в лавку артефактов, там и узнаем. – Алиена кивнула в сторону дома, на котором был изображен браслет, напоминающий мой.

Товаров в лавке было мало. Но узнав, что именно мы хотим приобрести, нам вынесли артефакт. Алиена уговорила меня взять на покупку деньги, которые дал мне Эрзон.

– Считай, что это мой подарок твоему отцу, – сказала она.

Купив пирамидку за пять золотых, мы покинули лавку.

– Спасибо тебе, – еще раз поблагодарил я девушку.

– Не за что. А вот академия, где я учусь.

Она указала на четырехэтажное здание, огороженное витым забором из железных прутьев.

Здание было очень красивым, все в лепнине с изображением сцен борьбы людей с какими-то монстрами. Во дворе высились скульптуры. Крыша заканчивалась шпилем, устремленным в небо.

– Памятники обычным людям и магам, которые внесли большой вклад в победы людей над нечистью, – пояснила Алиена.

– Красиво. А что за академией находится?

– Общежитие для студентов. Оно не такое красивое, вот его и не видно. Маги вообще показывают только красоту, а как эта красота дается, они показывать не хотят, – засмеялась она. – Еще там полигон для отработки магических навыков.

– Слушай, ты говорила, перед балом город превращается в один большой базар. Что-то я не вижу радостных прохожих, наоборот, все какие-то хмурые. И торговцев на улицах практически нет. Как будто траур какой-то.

Действительно, горожане не отличались бодростью, а торговцы не зазывали горожан. Разложив свой товар и постояв немного на месте, они вдруг сворачивались и спешили покинуть город. Создавалось впечатление, что они вдруг узнали какую-то нерадостную весть. Я понял это особенно четко, когда мы разглядывали академию. Мимо нас проехала телега с товаром, и возница что-то радостно объяснял своему приятелю. Они остановились, выложили на продажу какие-то вещи. С места, где мы стояли, было не видно, чем именно они собирались торговать. К ним подошла всего пара человек, а настроение у возницы изменилось, он помрачнел и, свернув торговлю, поехал назад. До меня донесся только обрывок его слов:

– Может, еще сегодня до дому успеем, а? – сказал он своему приятелю.

– Да, что-то действительно атмосфера странная, тут в обычные дни и то веселее, – задумалась Алиена.

– Пойдем до дома, может, новости какие узнаем? – предложил я.

И мы заспешили в сторону дома. Теперь мы уже четко отмечали все признаки того, что в столице происходило что-то странное. Хмурые горожане, стражники, которых было слишком много для спокойного города.

У ворот дома в нетерпении прохаживался Эрзон. Заметив нас, он воскликнул:

– Слава создателю, вернулись!

– Эрзон, что случилось? – спросила у него Алиена.

– Да все вроде в порядке, вас вот жду, беспокоюсь, – ответил он.

– Так беспокоишься, что не побоялся за ворота выйти. А вдруг кто тебя узнает? К тому же у нас глаза есть, мы видим, что в городе творится. Что происходит? – насела на него девушка.

– Алекс, это все твое влияние, раньше она так со мной не разговаривала, – попенял мне воин.

– Неправда, просто я теперь благодаря Алексу факты складывать научилась, – покраснела Алиена.

– Ладно, пойдем, сейчас все расскажу, – сказал он, направляясь не к дому, а к беседке в глубине двора.

В беседке продолжил: