Быть бардом непросто - Дарья Ковальская

— Эй, ну где вы там? — оборачиваюсь и смотрю на роющегося в сумке Аида.

— Гоблин проголодался. Надо сделать привал.

— А как же запасы мяса, которые мы сделали вчера? И вообще, мы через пару часов будем в городе. Там и поедим.

— Он уже все съел и ждать точно не будет.

— Ясно. На вас продуктов не напасешься.

— Помолчи, а. Меня за последние трое суток шесть раз била шаровая молния, это просто непередаваемые ощущения. Могу попросить Федю одарить ими и тебя.

— Ладно, расслабься. Пойду тогда, раздобуду что-нибудь на обед. Благо дело, мы недалеко от леса.

— Тогда поторопись.

Эльф присаживается на корточки и устало опускает голову. Выглядит он и впрямь не очень. Следом за ним из кустов выходит гоблин, короткие ножки которого не предназначены для хождения по лесу, поэтому он большую часть времени семенит, смешно подпрыгивая и переваливаясь на ходу.

— Друг, ты меня забыл! Друг!

— Я тут, — говорит Аид тихо.

Задумчиво изучаю бледную кожу с красными пятнами ожогов. Как ни странно, мне его уже почти жаль. Надо что-то с этим делать, а то он так долго не протянет.

В лесу нахожу расставленные кем-то силки и забираю из них добычу — трех птиц, похожих на куропаток, — вкусно и питательно, для мясоедов, конечно. Себе же я собираю травы и коренья плюс нахожу пару-тройку грибов. Есть соблазн сорвать несколько поганок, дабы устроить Аиду бурную ночь, натерев ими при приготовлении пищи будущее жаркое, но вспоминаю его изнуренное бледное лицо и отказываюсь от замысла.

Гоблин, кстати, оказался довольно беспокойным существом, и даже меня порядком достал. Он просыпается раз пять за ночь и просит то попить, то поесть, то сказку, то согреться; постоянно требует внимания Аида и не позволяет тому отвлечься ни на секунду. Федя ревнует светлого даже ко мне: едва приятель со мной заговаривает — гоблин начинает рычать, кричать и требовать есть, пить или взять его на ручки. И это еще не все. Если Аид отлучается в кусты — Федя бежит следом. Если он плавает, то с гоблином на спине. Если спит, то с ним в обнимку. Если идет, то с ним же на руках. И при этом я постоянно слышу слово «друг».

Думаю, предыдущие друзья Федора либо застрелились, либо повесились, не выдержав тягот общения с ним. И мне уже жаль не столько их, сколько самого себя. Рассказать, что ли, Аиду, как избавиться от Феди?

Ладно. Дойдем до города, тогда и поделюсь с ним столь важными знаниями. А пока… пускай терпит, ибо это моя мстя, и она страшна.

— Где ты шляешься? Принес что-нибудь поесть?

Аид уже развел костер и теперь сидит, опираясь спиной на ствол дерева и подбрасывая в огонь небольшие ветки. Федя суетится вокруг, изучая пламя огня и бурно ему радуясь.

Показываю Аиду свою добычу и широко улыбаюсь.

— Да вот, ходил, думал: может, просто сбежать от вас обоих. Больно вы шумные.

— Еда! Федя сам приготовит! Федя умеет! Дай!!!

Я уже на своем горьком опыте убедился — лучше отдать. Пару раз и меня молнией шарахнуло, а еще эта зараза кусается… больно, кстати.

— Держи.

Задумчиво изучаю Аида. Надо же, каким он тихим стал. А ведь в начале нашего знакомства доставал меня почище Федора.

— Готово!

Нам показывают нечто с клоками перьев, окровавленное и зверски разодранное на части.

— У него явный талант.

Федор в ответ гордо задирает мордочку и бросает в огонь все разом. Пламя вспыхивает, остатки перьев тут же обугливаются, а мясо противно воняет.

— Вот сам это и будешь есть.

Гоблин пожимает плечами и убегает куда-то в лес.

— Вот бы он не вернулся! — Страдальческий голос Аида просто льется бальзамом на мою душу.

— Спокойно, я знаю один секрет! — подмигиваю мученику дружбы.

— Какой?

— Как избавиться от мучений.

— Я не готов к самоубийству.

— Да ты что! Я же пацифист!

— А его — фиг убьешь. Я пытался придушить как-то ночью, но он проснулся, обозлился и врезал по мне таким разрядом…

— Я не про это.

— Тогда какие есть идеи? — Аид внимательно смотрит на меня.

Выдерживаю драматическую паузу, после чего торжественно произношу:

— Поселение гоблинов.

Тишина. Сидим и смотрим друг на друга.

— И? Мне что, нужно бурно радоваться этому?

— Да ну тебя. Я о другом. Существует последнее поселение гоблинов. Правда, я думал, что это миф, но, если этот выжил, почему бы еще нескольким не сохраниться?

— И ты знаешь, где оно?

— Да, теоретически.

— Хм. И что ты предлагаешь: отвести его к его родичам, а самим смыться?

— А что? Эта идея не лишена смысла. Ты доставишь Федю к его сородичам, там он найдет себе кучу новых друзей, заведет подружку и забудет про тебя.

— Класс. Вряд ли меня из этого поселения отпустят так просто. А я, знаешь ли, не собираюсь заводить еще кучу подобных друзей, одного-то еле переношу.

— Вот тут и начинается самое интересное. Я знаю, как снять чары дружбы и заставить его забыть о том, что вы друзья!

В пространстве повисают пять секунд потрясенной тишины.

— Я проклят… — говорит Аид тихо.

Странно, я думал, меня будут долго и мучительно пытать на тему: а какого лешего не сказал раньше? А он сидит, молчит. Не верит, что ли?

— Так вот, я скажу тебе, как снять чары, а ты отведешь гоблина в поселение и там оставишь его.

— Погоди. Но если ты снимешь чары — зачем мне куда-то тащиться?

— Чары так просто не снимешь. Тебе нужен как минимум еще один гоблин, чтобы перекинуть чары на него. Нет, нет, не надейся, на людей, эльфов и прочих живых существ они не перекидываются.

— Точно?

— Уверен.

— Хм… И где, говоришь, это поселение находится?

Довольно улыбаюсь, вырываю из тушки птицы последний клок перьев. Отлично, он попался на байку о проклятии. Теперь осталось избавиться от них обоих и жить себе дальше спокойно и счастливо.

— Я тебе расскажу, но чуть позже. Сначала надо дойти до города.

Эльф внимательно на меня смотрит. Потом тихо говорит: «Хорошо, я подожду».