Ледяной рыцарь - Дарья Ратникова

- Ты что, глухая, Лизетта?

- Что? – Я словно бы очнулась.

- Скажи Сэм Медроуз перед тем как открыть зеркало. Оно должно так работать. – В её словах была какая-то ожесточенность.

- Сэм Медроуз, - послушно повторила я и сняла ткань с зеркала. Сначала ничего не происходило, а потом зеркало показало мне мужчину, шегольски одетого, с подкрученными усиками. Он стоял на улице, нетерпеливо постукивая тростью и поглядывая на часы.

- Он! Сэм! – Крикнула Беатрис, а потом махнула мне рукой – Отойди. Дай посмотреть. Я об этом мечтала столько лет!

Лет? Интересно, когда и где она успела с ним познакомиться? Мне неинтересно было наблюдать за неким Сэмом, поэтому я отошла в угол кабинета, надеясь, что Беатрис поскорее насмотрится. Мне не терпелось увидеть семью. Интересно, и как я сама до этого не додумалась. Оправданием мне могло служить только то, что я слишком устала. Очень много всего навалилось на меня за это время. Это и мысли о рыцаре почти заставили меня забыть о семье, привыкнуть. Но сейчас вдруг воспоминания о маме и сестрёнке навалились с такой силой, что я едва не заплакала.

Наконец, Беатрис с неохотой оторвалась от зеркала.

- Я пойду. Она скоро вернётся. Но я буду приходить ещё. И ты будешь меня пускать, иначе, - и она выразительно посмотрела на неё.

Я вздохнула. Не то чтобы я боялась Беатрис. Нет. Мне было её скорее жалко.

- А почему ты не попросишь Царицу о том чтобы смотреть сама? – Вопрос вертелся на языке.

- Я просила. Ты думаешь, она разрешила? Тогда ты плохо её знаешь, - и Беатрис усмехнулась, а потом торопливо вышла из комнаты.

Я осталась одна. Снова закрыла зеркало тканью. А перед тем как открыть, глубоко вздохнула. Соблазн увидеть семью был очень велик. А если войдёт Царица? Что-ж, я скажу ей то, что говорила всегда. Поэтому я громко произнесла

- Арина Вевир. – Так звали мою мать. Несколько томительных секунд ничего не происходило, а потом зеркало показало мне наш дом.

Я забыла даже как дышать, рассматривая родные до боли стены. В горле появился ком, глаза предательски защипало. На лестнице стояла мама, постаревшая и осунувшаяся с того момента, что мы не виделись. В её глазах больше не было смеха. Мама спускалась на кухню. Несколько долгих мгновений и она зашла внутрь. Нянюшка ссутулившись и держась за спину расставляла на столе столовые приборы. Дая сидела у окна. Услышав мамины шаги, она подскочила и повернулась, а я увидела залитое слезами лицо.

Сил смотреть больше не было. Я закрыла зеркало тряпкой, потом открыла и сделала вид, что наблюдаю за происходящим в знакомой мне семье. Но в глазах стояли слёзы. Я ничего не видела. Несколько мгновений пыталась справиться с собой и не разрыдаться, пока не услышала шаги, Её шаги. Слёзы сразу высохли. Я сжала губы. Царица никогда не узнает, почему я плакала.

- У тебя всё хорошо, Лизетта? – Голос звучал ласково, подкупающе, так словно это родная мать говорит со своим ребенком. Но я даже не подумала поддаться этому очарованию. Свою мать я только что видела. И она была убита горем из-за поступка царицы. Это всё она виновата. И в том, что случилось со мной и в том, что происходит сейчас в других семьях, всех тех, которых она лишила радости и веселья на многие годы, поселив там горе и нужду.

И все же ради рыцаря и всех тех, которые нуждались в нас, мой голос не дрожал, когда я отвечала ей.

- Да, госпожа.

- Ну что как поживают наши друзья? Плачет ли маленькая сестрёнка? Послезавтра, пожалуй, отправимся на охоту.

Я спокойным голосом рассказала то, что успела увидеть, додумывая детали на ходу. Она махнула рукой, разрешая идти и вдруг уже у самой двери меня догнал вопрос.

- Лизетта, а ведь у тебя тоже, наверное, есть родные?

От её слов я вмиг заледенела. Представила словно воочию, как рыцарь снова заходит в наш дом, или даже не он, а сама Царица Ночи, как протягивает руку и Дая превращается в ледяную фигуру и пополняет коллекцию статуэток в саду. Нет. Пусть она делает, что хочет, но ни слова про маму, няню и Даю она от меня не услышит.

Я молчала. В первый раз осмелилась открыто противостоять ей. И не знала, какой будет результат. Царица тоже молчала. Может быть, ждала, а может думала, как сделать мне больнее и заставить всё рассказать.

Положение спас рыцарь.

- Майк! Вот и ты! А мне как раз тебя не хватало, - в своей обычной манере обратилась она к рыцарю. – Лизетта, видимо, после всего что с ней случилось забыла, остались ли у неё родные и как их зовут. Но ты ведь помнишь, откуда ты её забирал, верно, Майк? – И она улыбнулась жутко и торжествующе и посмотрела на рыцаря. А я вздрогнула. На сердце стало холодно. Ну да. Она может ему приказывать. А он должен подчиняться. Сколько он сможет бороться? Я не рассчитывала ни на что, поэтому прикусила губу и отвернулась, стараясь не встречаться взглядом с рыцарем.

Но рыцарь молчал. Я догадывалась, чего ему это стоило, восхищалась им, но понимала, что эту игру он проиграл.

- Ну же, Майк! Я ведь хочу пригласить родственников Лизетты на вашу свадьбу. – Рыцарь молчал. Я повернулась. На ледяном лице застыли капельки пота. Царица скривилась, словно ей попался слишком твёрдый орешек, а потом протянула руку и громко произнесла:

- Я приказываю тебе ответить.

Рыцарь закусил губу до крови. По подбородку покатилась капля крови. Я смотрела на неё, как завороженная. Время словно остановилось. Несколько минут борьбы. Я не знала, чего ему это стоит, но я догадывалась. А потом он ответил.

- Да я помню, я покажу вам, госпожа.

- Ну вот и замечательно, - Царица лучезарно улыбнулась, а я бросилась прочь из комнаты. Слёзы застилали глаза. Я знала, что так будет, знала, что она сильнее и что он не выдержит. И всё же до последнего надеялась, как дурочка.

Оказавшись в комнате я закрыла глаза и представила зал, где стоял камень. Сейчас я не хотела видеть рыцаря. Я могла бы наговорить ему глупостей. Он ведь не виноват, он боролся. И всё же как болью обжигала мысль, что он предатель. Это было глупо. Мне просто надо успокоиться. И всё же я не могла.

- А ты дурочка, - скрипучий голос камня выдернул меня из собственных мыслей. Я подняла голову и посмотрела на него. И всё же ничего нового не увидела. – Если бы ты знала, чего рыцарю стоит сопротивляться ей, ты не обижалась бы на него. Он боролся как мог. Я тоже когда-то пытался сопротивляться ей. Видишь, что теперь из меня получилось, - камень едва слышно вздохнул. А потом добавил. - Только представь, каково сейчас ему!

Я силой подавила всхлипы. В самом деле. Чего это я? Думаю о себе. А рыцарю ведь куда тяжелее. Обожгла мысль про маму и сестрёнку. Но если Царица поедет на охоту, мы сможем их защитить, попытаемся. Да и когда это ещё будет... А рыцарю нужна помощь сейчас.

- Спасибо, - кивнула я и не дождавшись ответа камня приложила руку к стене и попыталась почувствовать рыцаря. Где он? Что делает? Как ни странно, я быстро увидела его фигуру, хотя раньше могла чувствовать только царицу.