Фактор превосходства - Алекс Орлов

– Не могу знать, сэр.

Майор снова обратился к программе-дешифратору, но та выдала ему два десятка предположений.

А Джим и Тони, между тем, готовили небольшую бомбу, которая должна была создать импульс для уничтожения всей сети миниатюрных подслушивающих устройств. Напарники точили напильниками стружку из активных материалов, и Джим поминутно интересовался – не слишком ли много.

– Давай хотя бы попытаемся рассчитать, – предлагал он.

– Да не бойся ты, я чувствую эту норму, – заверял Тони. – Но аппаратуру из комнаты мы все же вынесем.

Через два часа импульсная бомба была готова. Она представляла собой сферу величиной с большой арбуз, внутри которой размещался заряд, покрытый слоями стружки различных материалов.

– Одно я не могу понять, зачем тут понадобилась клепка от дифтского спутника? – спросил Джим.

– Я не знаю, – признался Тони. – Но хуже не будет. Это я тебе точно говорю.

– А ты помнишь, как она по ночам светилась?

– Ну и что? Мы же проверяли – никаких опасных излучений она не выделяет.

– Так-то оно так, – согласился Джим, поглядывая на бомбу. – А только кто его знает?

– Не стой на месте, давай выноси аппаратуру! – напомнил Тони, и Джим стал убирать со стола свой компьютер и сопутствующие приборы.

Одних датчиков в коробке набиралось десятка три, а еще неработающие переговорные устройства, множество всяких запасных частей, непонятных приборчиков и реле, подобранных на всякий случай.

Все это Джим сложил в большую коробку из-под элементов боевой оснастки и понес к выходу.

– И мне потом помоги! – напомнил Тони, продолжая настраивать бомбу.

Джим оставил свой ящик возле робота-дворецкого и вернулся за аппаратурой напарника.

Вскоре бомба была установлена на полу комнаты, а все электронные приборы благополучно вынесены наружу. Держа в руках крохотный пускатель, Тони вышел последним и сквозь дверь включил замедлитель.

Приятели подняли коробки с имуществом и поспешили прочь, поскольку, по подсчетам Тони, импульс мог, пройдя через стены, нарушить собственные схемы напарников.

– Эй, а дворецкий? – спохватился Джим. – Эй ты, давай за нами!

– Да, сэр. Разумеется, – проблеял робот и поспешил за своими работодателями.

– Ну что, достаточно дистанции? – спросил на ходу Джим.

– Нет, давай еще немного. Импульс будет сильным, я старался, чтобы с запасом. Уф… Чтобы наверняка!

Неожиданно из-за поворота в коридор выскочили майор Спектор и с ним четверо сотрудников бюро. Увидев через видеокамеру дворецкого, что полукровки выносят в коридор вещи, он тотчас доложил об этом генералу Эвистеру, а тот потребовал вмешаться и выяснить, что происходит.

– Эй, господин майор, туда нельзя! – крикнул Тони вслед проскочившей мимо него «группы быстрого реагирования». Однако Спектор даже не обернулся.

– Ладно, ставим ящики здесь, – сказал Джим, опуская на пол свою ношу. – Что теперь с ними будет?

– Не знаю, – пожал плечами Тони. – Сейчас посмотрим.

В этот момент раздался негромкий хлопок, который, скорее всего, был «услышан» электронными системами Джима и Тони. Некоторые файлы в их расширенной памяти потеряли метки, качнулась объемная схема пространства, но и только. Зато Спектор и его команда повалились вдоль стены, будто срезанные пулеметной очередью.

– Эх, крепко ударило! – пожаловался Джим и принялся трясти головой, как будто это могло как-то помочь.

– Не дергайся, сейчас все переустановится и будет порядок, – посоветовал Тони. – Смотри, Рурри тоже поплыл.

Робот-дворецкий стоял, прислонясь к стене, и тихо повторял все заложенные в него фразы:

«Слушаю, сэр»…

«Благодарю, сэр»…

«Как прикажете, сэр».

– Тестируется, – пояснил Тони. – Ну что, давай возвращаться?

Они подняли ящики и пошли обратно, с интересом следя за подергивающимися на полу канкуртами.

– Может, вызовем для них помощь? – предложил Джим.

– Не надо. Отлежатся, оттестируются и придут в себя. Может, им потребуется переформатирование, может, частичная переустановка, но это уже не наши проблемы. Заметь, я их предупреждал.

Напарники вернулись в свое жилище, и Тони первым делом достал из ящика сканер, чтобы проверить стены. Теперь прибор не издал ни звука – прослушивающая сетка была уничтожена, а на полу лежала слегка раздувшаяся «бомба», сдержавшая напор продуктов сгорания.

– Даже не разорвалась! – обрадовался Тони. – А то бы здесь вони было…

– Надо ее вынести отсюда, – сказал Джим.

– Не торопись, сейчас Рурри оклемается, мы ему эту задачу и поставим. Неизвестно, вдруг она еще лопнет.

– Тогда будем ждать Рурри, – согласился Джим и принялся раскладывать по ящикам стола свои вещи.

А в бюро в это время царил переполох. Отдел контроля вдруг лишился канала прослушки в жилище человеков, а видеоканал робота-дворецкого подернулся такими сильными помехами, что разобрать что-то на нем было невозможно.

Дежурный офицер из отдела контроля немедленно доложил о случившемся начальнику бюро.

– Я все понял. Ждите дальнейших указаний, – ответил генерал Эвистер, который ожидал подобных неприятностей от беспокойных человеков. Майор Спектор с командой уже были посланы к ним, чтобы предотвратить безобразия, творимые скандальными агентами. Кадры, запечатлевшие их выносящими из жилища ящики, обеспокоили генерала не на шутку, он уже допускал даже, что придется сообщить об их поведении в центр.

Правда, пока что Эвистер не мог четко сформулировать, что вменить им в вину, ведь до сих пор все действия человеков вели лишь к укреплению бюро. Даже украденные во множестве файлы они использовали для получения новых знаний по своему профилю и создания приборов для усовершенствования своей оснастки.

Эвистер вздохнул и покачал головой. Вся работа его бюро сводилась к каким-то полувоенным действиям и вялой аналитике. Он уже достаточно долго находился на новой должности, однако похвастаться ему было нечем.

Да, операции поддержки на занимаемых планетах, кое-какая вербовка на новых территориях, но до успехов полковника Фарковского было очень далеко. Одна только программа человеков-канкуртов весила больше, чем весь послужной список Эвистера. Публично генерал отзывался о деятельности предшественника с легким неодобрением, однако наедине с собой завидовал ему.

Может, все дело в том, что Фарковский следовал традициям человеков? Может, он таким образом открывал для своего расчетного пространства новую переменную, а то и целый градиент?

Эвистеру подумалось, что, возможно, стоит снова попытаться носить эти синие штаны – джинсы и как-то увеличить этим свою работоспособность. В противном случае его ожидало понижающее переформатирование, а допустить этого генерал никак не мог.