Я живу в этом теле - Юрий Никитин

– Нет, про другого, – сказал я с неловкостью.Поторопился, она еще не вышла из сексуального состояния. – Про того,который учил Александра.

Она скосила глаза, юная мордочка смешно сморщилась, япоспешно отогнал образ сморщенной старческой плоти с дряблой кожей исклеротическими пятнами.

– А… тебе духовного восхотелось!

– Ну…

– Да не стесняйся, я ж читала про особенности мужскойпотенции. Ощущение бесцельно потраченного времени, потребность вскочить имчаться на охоту. Ах ты, зверь с высшим образованием! Но только еще сработающими гениталиями. Ладно, а почему бы тебе тогда не рассмотреть такуюмодель… Существует некий мир. Совершенный и единственный. Он отбрасывает тени.Одна из этих теней – наш мир. В этом мире существуют люди, которыепытаются отобразить мир в картинах, фото, кино, музыке… Это уже тени самихтеней, понимаешь?

Я попытался представить такой мир, тут же неприятный холодоксперва коснулся шеи, словно незримый зверь обнюхивал мне затылок, потом ледянаяструйка пошла просачиваться в позвоночник.

– Здорово… – прошептал я. – Это ты самапридумала?

Она оскорбилась:

– Ты что же, не считаешь меня красивой?

– Да нет, что ты…

– Так зачем же приписываешь мне такие умности?.. Простомне повезло или не повезло, как смотреть, родиться в старой профессорскойсемье. Все эти аристотели и платоны с детства! А в школе хоть и не былаотличницей, но серебряную медаль получила. И еще помню кое-что из школьнойпрограммы о философии Древней Эллады. Это так называемый мир идей Платона, неслыхал?

Я осторожно вытащил руку из-под ее головы. В таких случаяхберут пачку сигарет, начинается долгий ритуал вытаскивания этоголегализированного наркотика в сигарете, разминания в пальцах, затем щелчокзажигалки, раскуривание, все это время длится многозначительная пауза, за времякоторой даже дурак придумает что-то умное или хотя бы найдет, как перевестиразговор на другую тему, не теряя мужской гордости.

– Что-то в голове вертится… – признался яосторожно. – Но я думал, что это не то мир Асприна, не то Желязны… Неужелидревние греки…

– Ужели, – сказала она милостиво, – но толькостарые и уродливые. Атлеты и герои не сушили кудрявые головы над загадкамибытия. А ты еще не стар и не уродлив… Правда, может быть, у тебя какие-тоскрытые комплексы?

Мой разумоноситель автоматически ощетинился:

– Почему так?

Она милостиво объяснила:

– Только ущербные люди занимаются философией. А остальныепросто живут. Жизнь коротка.

– Коротка?.. Ах да.

– И от нее надо брать все, – сказала онаубежденно. – В той, другой, жизни этого уже не будет.

Я спросил невольно, не хотел, но вырвалось:

– А что будет?

Она пожала плечиками, круглыми и блестящими, с безукоризненночистой кожей:

– Как говорится, никто не вернулся из той, другой,жизни, чтобы поведать и похвастать. Одни говорят – черти с вилами,другие – ангелы с арфами, а теперь модно вещать про долгий полет втрубе, яркий свет… А дальше, мол, рассмотреть не успели…

– Почему?

– Реанимировали, – пояснила она. –Клиническая смерть длится сколько-то там минут, а полет в трубе… ну, наверное,чуть дольше.

Мое сердце билось учащенно, но теперь вся кровь собралась вголове, я чувствовал, как распирает мозги, а вовсе не то место, куда настоящемумужчине полагается направить ее еще хотя бы раз.

– И никто не успел?

– Что?

– Вылететь из трубы.

– А, долететь до конечной станции?

– Да. Или хотя бы увидеть чуть дальше…

Она отмахнулась:

– Я не досмотрела до конца. На другом канале начиналосьшоу, какая-то игра со зрителями. У меня, ты знаешь, телевизор с мультиэкраном.Я пыталась сама поставить плату TV-тюнера, но что-то изображение дергается,плывет волнами…

– Плату воткнула верно, – объяснил я нетерпеливо,но уже привычным голосом разумоносителя. – Иначе что бы увидела? Да итрудно вставить иначе, там такие разъемы, что в другое место просто не всунешь.И программное обеспечение в порядке, раз хоть что-то, да видно… Просто настраиватьнадо, как и твой телевизор, хоть и мультиэкранный.

Она засмеялась:

– Думаешь, я смогу? Надписи все на английском. До сихпор в этой дурной империи не выучат русский! И столько всяких кнопок, но какуюни нажми – входишь в новое подменю с новой полсотней кнопок! Мне бычего-нибудь попроще. Когда зайдешь?

– Понятно, – согласился я. – Попроще –это я. Проще меня уже нет на свете человека. Только давай в такое время, когдатвоих родителей не будет. Все-таки они не совсем одобряют твой образ жизни. Имне неловко.

– Ты сам старомодный, – заявила онаобвиняюще. – Это ты начинаешь опускать глазки, когда с ними сталкиваешься.А они – ничего. Говорят, что именно они начинали в 60-х этусексуальную революцию, они ее совершили, а мы, нынешние, ничего не привнесли,не прибавили. Мол, дохлое поколение!

Может быть, подумал я, но ничего не сказал, нам сужденоприбавить что-то другое. Пострашнее, чем их сексуальное «все позволено»!

Она упорхнула, молодая и налитая жизнью, я запер на дваоборота дверь, пальцы нервно вздрагивали. В черепе стучали острые молоточки. Ввиски кольнуло острым, словно шилом. Да, я знаю и умею щелкать дифференциальныеорешки, отличу Веласкеса от Глазунова, слушал Моцарта, даже могу выговоритьтакое длинное слово, как дезоксирибонуклеиновая кислота или экзистенциализм.К тому же знаю значение этих слов. Но я не знаю, кто я сам! Я не знаю,зачем я! Ну вот зачем я? Зачем я на свете, с какой целью появился? Просто жить?Смешно, просто живут насекомые, птицы, рыбы. Но у человека должна быть какая-товысшая цель, помимо строительства гнезда и кладки яиц! Но этого не сказали ни вдетском саду, ни в школе, ни в универе. Ни потом. Никто-никто!!!

Почему? Ведь на этот вопрос должны ответить прежде всего!Это главный вопрос. Наиглавнейший. Если такого ответа еще нет – единого ипринятого всеми, то должны быть сотни разных ответов из разных философскихшкол, везде на стенах должны висеть высказывания крупнейших мыслителей, гениев,титанов духа и мысли…

В сознание ворвался мощный радостный вопль. Я судорожнообернулся. С экрана телевизора ведущий, от восторга привстав на цыпочки,выкрикивал условия очередного конкурса на знание особенностей прокладок дляженщин в менструальные дни. Приз в десять тысяч долларов тому, кто первымнайдет три важных отличия новой модели от предыдущей.

Я помотал головой, под черепной коробкой вздрагивало ибулькало, как в кипящем котле. Я чего-то не понимаю. Или это делается нарочно?Некая страшная тайна, потому надо не давать к ней приближаться?