Драконья доля - Надежда Кузьмина

Уставилась на носок ботинка. Ботинки, кстати, были новыми. Удобными, кожаными, тёмно-коричневыми, на невысоком устойчивом каблуке и со шнуровкой выше щиколоток Я отдала за них три серебрушки и ни капли о том не жалела.

Значит, лорд Янис — я и в мыслях начала звать его лордом — сын хозяйки? Ну да, ему же на вид лет семнадцать-восемнадцать. А она — пусть видать, что не девица, но такая ухоженная да холёная, на лице ни единой морщинки, в волосах ни седого волоска, стан почти девичий, походка лёгкая — так выходит, что давно четвёртый десяток разменяла.

Но леди Лобелия — строгая. И порядок во всём блюдёт. Разве она позволит сыну спутаться с прислугой ценой серебрушка в день? Да никогда. Но… но… В голове возникла пока неоформившаяся, расплывчатая мысль: а вот если б я была не просто служанкой, а оказалось, что у меня есть магия? Хоть капля, хоть какая-то? Может, это сыграло бы в мою пользу? Может, мне опять на ночь глядя надо с ногами кренделем сидеть — метировать? Вдруг что появится?

Должна ли я сказать при встрече Янису о том, что знаю, кто он такой?

Но он-то промолчал… Отговорился непонятным, что «жил тут когда-то…»

Выходит, и мне умнее язык придержать.

И, как накликала, на скамейку рядом опустился Янис. Плащ знатный, бордовый с тёмной меховой опушкой. Сапоги чёрные, блестят. А светловолосая голова непокрыта, видать, тепло ему.

— Привет, Линда. Узнал, что ты в храм пошла, и тоже решил прогуляться, вдруг да встречу? В доме тебя не поймать, ты прямо призраком стала…

— Доброго дня, лорд Янис. — Сказала и потупилась, чувствуя, как наливаются жаром щёки. Ой, неудобно… — Я уже обратно иду.

— Проводить?

Уж нет. На улице он меня не тронет. А в доме, как придём?

— Мне надо в магазин за покупками зайти.

— Я с тобой.

— Это — женский магазин, — схитрила я.

— О! Ну, тогда давай тут поговорим немного. Ты даже от трюфелей отказалась. А почему?

— Разлюбила сладкое. Вредно оно, и для головы, и для живота.

Янис на секунду задумался… а потом тоже порозовел. А до меня дошло, что я ляпнула. Он же мне тогда «ещё слаще» совсем не про конфеты говорил!

— Да-а, чувство юмора у тебя имеется…

Да я ничего такого и не хотела, само выскочило.

— Только скажи, Линда, что мне теперь делать? Ты же знаешь, как я к тебе отношусь.

Вот так да! Разве это девушка должна решать и советовать парню, как тому поступить? А о чувствах он мне ни слова не говорил. Молча схватил в охапку и поцеловал. Неужели сам того не понимает? Или хочет меня запутать?

Подумала так — и поняла, что как щёки ни горят и сердце ни трепещет, а отношусь я к Янису настороженно, с опаской. Потому что то, что для него — игра, для меня — вопрос жизни.

— В следующий раз дам тебе трюфель из своих губ. Ты возьмёшь, Линда?

— Двойная сладость и вредна вдвойне, — покачала я головой. — А как вы ко мне относитесь, лорд, могу только догадываться, потому что ни слова о том не слышала.

— Я приходил поговорить, а ты дверь не открыла.

Посмотрела на него серьёзно.

— Лорд Янис, у вас есть честь. У меня, хоть я всего лишь служанка, — тоже. Покажите мне, где в той книге об этикете написано, что порядочные девушки по ночам могут пускать мужчин к себе в спальни.

— А ты с характером.

Может, зря я так резко? Он же лорд. Леди Лобелии мне бив голову не пришло так перечить.

— Простите, лорд.

— Янис.

— Простите, лорд Янис. Мне, думаю, пора…

Ну да, пора сбежать, пока сама в его руку не вцепилась да на шее влюблённой кошкой не повисла. Расставаться не хотелось ужасно. Просто невыносимо…

Начав торопливо обходить лужу, поскользнулась на ледяной колдобине на обочине, взмахнула руками… и тут он меня подхватил. И опять прижал к себе. Вроде и по делу держит, а вроде и обнимает. И в глаза смотрит — а взгляд синий, ласковый, зовущий…

— Линда, я же вижу, что ты тоже… — а сам медленно наклоняется ко мне.

Дёрнулась, выкрутилась из его рук и пустилась опрометью прочь.

А то сейчас прям на улице целоваться начнём.

Как быстро может всё запутаться!

Чтобы что-то распутать, привести в порядок, требуется обычно уйма времени, бездна терпения и недюжинные усилия. А запутаться — как нечего делать! Отвернись на минуту, дай крошечную слабину, прикрой на мгновенье глаза, утрать бдительность — и бац! — неразбериха во всей красе уже в разгаре! И хорошо, если это всего лишь коза, просочившаяся в огород. Искра на сеновале или пожар в сердце могут натворить бед поболе… Я всего-то один раз позволила себе засмотреться на то, как фехтует — теперь я знала правильное слово — Янис, и уже три месяца себе не хозяйка!

И, похоже, дела катятся, как гружёный воз под откос… Янис отставать не собирается, а у меня сил для обороны, что у котёнка против матёрого дворового пса.

Остаётся, как тому котёнку, выгнуть спину, встопорщить шерсть и шипеть погромче да пострашнее…

По возвращении в особняк я, с метёлкой наперевес, отправилась в библиотеку, искать книгу. Чтоб мне раньше озадачиться, а не трюфеля лопать!

Где тут о магах и драконах?

«Юри-сти-чес…», ой «юриди-чес-кий кодекс…» — а что за кодекс, уже не разобрать, больно слово мудрёное. Но вряд ли это оно. «Правила зе-мле-пол…» — чего? — ага, «землепользования в населённых пунк-тах…» Точно не то, что надо. А что такое пункт? Почему-то мнилось, что это нечто вроде точки. Выходит, населённые точки? Странно…

Просмотрев ещё пяток томов, поняла то, что могла бы сообразить намного раньше: книги расставлены не как попало, а по темам. На этой полке — всё о законах. Но полки о драконах я вроде как не замечала. Тогда где это может быть? Там, где учебники? Но есть ли пособие «Как стать драконом»? Наверное, даже если есть, в доме, где живут люди без капли драконьей крови, такой книге делать нечего.

В итоге я додумалась до того, что взяла том сказок. Во всяком случае, там все истории были недлинными, мне по силам разобрать. А разные романы в пятьсот страниц — это безнадёжно, пока до конца доползу, состариться успею. Раздвинула остальные книги, чтобы прореха не бросалась в глаза, и отнесла добычу к себе в комнату. Вечером, как дела закончу, полистаю.

Возвращаясь на кухню, чуть не столкнулась с Янисом. Успела юркнуть в малую гостиную и замереть за дверью, слыша, как бешено колотится сердце… Ну что ж это за беда?

Он ещё и окликнул, как почуял:

— Линда, ты тут?

Я не отозвалась.

Вечером зажгла лампу и села читать сказки.

И зачиталась… Никогда доселе не слышала таких дивных историй. А ещё пленило то, что даже самые грустные, а порой ужасные сказки кончались всегда хорошо. Вот бы в жизни так!