Проспать Судный день - Тэд Уильямс

— Тогда им стоило послать что-то серьезнее одного чернющего паука, — ответил я. Но лучше бы она мне этого не говорила. Поскольку я был практически уверен в ее правоте.

По дороге я позвонил знакомому и попросил, чтобы прислали команду по уборке, ангелов, которые сделают так, чтобы мерзкая грязь исчезла. Я ни за что не вернусь в квартиру, зная, что в квартире надо мной осталось такое.

Совершенно угнетало общение с парнем лет сорока с чем-то, у которого остались жена и дети и который угробил себя, перекачавшись на эллиптическом тренажере, даже если в перспективе у него было приглашение на Небеса. В смысле, я понимал, что это неплохо, но даже если его домашние верят в загробную жизнь, они все равно будут тосковать по нему. В любом случае, работа заняла у меня некоторое время. Поздним утром я позавтракал в кафе и некоторое время катался на машине, пытаясь понять, что делать дальше. Свежие новости были еще безумнее прежних, а прежние и так были достаточно безумны. Неонацисты, посылающие ко мне безголовых пауков с детскими ручками. Ангелы, оказывающиеся древними богинями и вовлеченные во вражду, длящуюся тысячелетиями. Настоящие живые амазонки. В смысле, если идиотизм конвертировался бы в деньги, то я был бы Бобби Миллион Баксов, а не просто Доллар.

Парни из «Черного Солнца» не вернутся, конечно же, по крайней мере, в эту квартиру, особенно после того, как там, пока меня не было, побывала команда по уборке. Я едва заглянул туда, на всякий случай зажав нос, и убедился, что внутри стало чисто. Квартира была готова к приему новых жильцов. Я убрал руку от носа. Пахло так, будто стены только что покрасили. Да, некоторые сотрудники Небес работают намного быстрее и эффективнее, чем «Искренне Ваш». Тем не менее, когда я зашел в собственную квартиру, то никак не мог отделаться от ощущения, что сверху несет запахом разложения, через вентиляцию. А еще я понимал, что на Небесах возникнут вопросы по поводу того, что пришлось убирать парням из команды и откуда я об этом узнал.

Но в данный момент я не имел возможности всем этим заниматься, поскольку чувствовал себя совершенно разбитым и уставшим с недосыпа. Я поставил на места опрокинутую мебель, попутно собирая на выброс старые носки и пустые бутылки с банками. Азарт уборки продолжался у меня минуты полторы, а потом я завалился на диван, включил тихую музыку, чтобы отгородиться от дневного шума на улице, и позволил себе провалиться в забытье.

Да, конечно же, на двери снова была цепочка, доска в шкафу была прибита на место, а пистолет был очень-очень близко ко мне.

Я проснулся от стука в дверь. Наверное, герл-скауты со своими помадными лепешками, или скауты-амазонки с пирожками фастфуд, или скауты «Черного Солнца» с грузом пастилы в шоколаде «Кровавая Метка» от «Молломарс», так что я поглядел в глазок прежде, чем открывать.

Это оказался Клэренс. Поскольку он был одним из немногих, кто, по моему мнению, в данный момент не собирался меня уничтожить, я его впустил.

— Привет, Бобби, — по-простому поздоровался он.

— Сам привет, Младший. Какого черта ты тут делаешь?

— Эй, просто чудно. Я забежал, чтобы повидать тебя, и что я слышу?

— Ты всегда ко мне приходил только заодно с Сэмом. Сэм с тобой?

— Нет, — пожимая плечами, ответил он.

— Тогда почему ты здесь?

Фраза получилась несколько грубее, чем я хотел. Мне уже надоели посетители, знакомые и незнакомые, а еще я был туп и раздражителен, поскольку совсем не выспался. Поглядел на часы. 17.30. Скоро начнет темнеть. Может, действительно уже пора было встать?

— Извини, день трудный выдался. Заходи. Сделать тебе чего-нибудь выпить?

Он зашел, но остался рядом с дверью. Он уже бывал в этой квартире, так что от дальнейшего продвижения его удерживала не брезгливость, в особенности учитывая то, что после уборки квартира стала выглядеть получше.

— На самом деле, Бобби, я ненадолго. Просто хотел узнать, как у тебя дела. Тебя последнее время не видно в «Циркуле». Ты знаешь про?..

— Уолтера Сандерса? — перебил я его. — Ага. Он не помнит ничего, что могло бы пригодиться.

Клэренс кое-что знал об Уолтере, например, то, что его ударил ножом тот, кто хотел проткнуть меня, но он не знал, что я видел Уолтера в Аду, как и то, что я теперь был убежден в том, что все это устроила Энаита. Пока я не знал в точности, кто из моих собратьев-ангелов на кого работает, я держал при себе большую часть информации.

— Так что насчет попить? У меня молоко есть. Даже еще жидкое.

Клэренс скривился, но так и остался стоять на месте.

— На самом деле, я не…

Похоже, он слегка нервничал.

— Меня машина ждет внизу. Я просто хотел забежать, поздороваться.

Прежде, чем я успел ответить на это странное заявление — кто бы это решил приехать к моему дому и подняться по лестнице, просто для того, чтобы поздороваться, да еще со мной, на улице бибикнула машина. Раздумывая, не Сэм ли там, снаружи, и не является ли все это сложным трюком, чтобы выманить меня наружу, я подошел к окну и открыл его. Перед домом стояла дорогая на вид и достаточно новая машина, припаркованная по-дурацки, вдоль Бич-Стрит. Понятия не имею, что за машина. Не люблю современные, для меня они все на одно лицо — похожие на кроссовки для гигантского робота, все до единой. Парень, стоящий рядом, вероятно, тот, что бибикнул, увидел меня и помахал рукой. Мне он показался знакомым — приятный на вид, светловолосый, одетый в дорогой свитер крупной вязки.

— О, привет! — крикнул он. — Вы, должно быть, Бобби. Не попросите Гаррисона поторопиться? Мы уже опаздываем к заказанному месту.

Имя «Гаррисон» было официальным земным именем Клэренса, производное от «Харахелиэль». Товарищи по работе называли его Клэренсом, просто потому, что мы паршивцы.

Я, типа, улыбнулся и кивнул парню прежде, чем отойти от окна. Не махнул рукой. Я никогда не машу рукой.

— Гаррисон? — окликнул я. — Твой товарищ просил сказать тебе…

— Я слышал, — ответил Клэренс, скривившись, как ребенок, которого отругали, но в его выражении лица было и что-то другое.

— Кстати, кто это? Мне кажется, я его где-то видел.

— Это Уэнделл. Он один из нас — в смысле, ангел, и адвокат. Работает в Сан-Франциско, в районе Кау Холлоу и Догпатч.

На этот раз парнишка и впрямь покраснел, сначала по щекам, а потом и по лбу.

— Мы… типа, встречаемся.

— О'кей, — ответил я, даже не зная, что сказать еще. Учитывая, какая охренительная загробная жизнь настигла меня, как думаете, есть ли у меня склонность осуждать других? Черт, у меня обычно даже времени на это не хватает.

— Я бы предпочел, чтобы ты его сюда не притаскивал, — добавил я.

— Бобби, я же говорю… он один из нас!

Он умолк, и я увидел, как он бледнеет, начиная злиться.