Комендантский час - Вероника Иванова

Металлические мураши взвились вихрем и застыли. Сложив из себя, как из конструктора Лего, фигурку на конце жезла. Странноватую, но контурами точно соответствующую скважине.

Шурх. Крак. Шшш. Лепестки начали схлопываться один за другим.

И правда, ключ от всех дверей получается. Отмычка, вернее. Универсальная.

Ну что ж, теперь можно и идти, если все правила выполнены…

Только куда? Все-таки убежала. Не уследил: коридор девственно пуст и тих.

— Адъютант?

— Сюда.

Ну точно, она уже за поворотом.

А вот этой ниши здесь не было. Мы же мимо проходили, и переборка выглядела как переборка. Со швами, но и только. Откуда же все взялось?

Да и… Дыра что, сквозная?

— Это лифт?

Мне не ответили. Посмотрели. Шагнули. Пропали.

Ага, именно так: была, да сплыла. Вернее, сгинула.

Никакой кабины, даже намека. Шахта, бесконечно уходящая вверх и вниз. Оконтуренная световодами и жгутами кабелей.

— Чего стоим, кого ждем? — глухо прозвучало откуда-то издалека.

— Я не совсем…

— Два шага вперед.

Это как раз будет где-то между порогом и центром шахты. В полнейшей пустоте. А я не умею шагать по воздуху.

— Марш!

Окрик стегнул по ушам больнее, чем по заднице, подтолкнув…

А, была не была!

Впрочем, шаг удалось сделать всего один: едва центр тяжести тела оказался за порогом, от моей воли перестало зависеть что бы то ни было. Потому что шахта без лифта, как и разводной ключ, тоже жила своей жизнью.

Он был плотным, здешний воздух, бесцеремонно тащивший меня в неизвестном направлении с неизвестной, но весьма значительной скоростью. По крайней мере, метки этажей или что-то вроде того, пролетали перед глазами, почти сливаясь в непрерывную линию.

А еще болтало. Натурально, от стенки к стенке, всякий раз отталкивая обратно, когда между моим носом и сплетением кабель-каналов оставалось не больше длины ладони.

Но испугаться по-настоящему я не успел.

Хрясь!

Бамс.

Твердый пол под ногами? Какое счастье!

— Сказано было: два шага.

— А…

Там было все-таки лучше. В шахте. Четко заданное направление движения имеет свои преимущества. А свобода почему-то первым делом заставила голову пойти в пляс.

— Иначе дребезг стихнет только через два оборота.

— Э…

Оборота вокруг чего?

— Отпускаю. Готов?

О чем это она? А, разжала пальцы на моем поясе, за который, собственно, и вытянула меня из шахты.

Ой… Зря.

Бум-м-м.

Хорошо, что за спиной стена — дальше не упадешь. Хотя…

Всегда можно сползти по ней на пол.

Вот только не надо на меня так смотреть! Укоризненно и уничижительно. Сам знаю, что олух и бездарь и с первого раза никогда ничего не мог сделать как надо.

— Отдохнул?

Ни капельки. Мне, может, чтобы прийти в себя, не минута понадобится, а целая жизнь. Вся, которая осталась.

— Подъем!

А из шахты ее голос приятнее звучал. Тише, по крайней мере.

— Сейчас…

Не, руки-ноги двигаются, уже хорошо. Вразнобой, правда, немного, но хоть не падаю.

— Далеко еще?

— Здесь.

Ничего, как с дверьми управляться, мы теперь знаем. Ученые. А вот что делать со всем тем, что за ними прячется?

Больше всего открывшееся помещение походило на ангар, в котором пришвартовался наш катер, только потолок был пониже: метр свободного пространства над головой, не больше. Но высота — всего лишь одно из измерений. Что же касается длины и ширины…

Нет, правильнее будет сказать, радиуса. Потому что комната — круглая. Может быть, не абсолютно, но первое впечатление именно такое. А второе еще занимательнее.

Пустота.

Ни одного предмета мебели вокруг. Стены голые, потолок голый, пол… Если бы не швы, видимо необходимые в силу конструктивных особенностей, глазу и вовсе не за что было бы зацепиться. Только впереди, на другом конце диаметра, смутно маячит что-то вроде нароста на стволе дерева.

— И куда мы пришли?

Горький опыт подсказывал: избыточной информации со стороны адъютанта не поступит ни в коем случае. Так и получилось. Вместо ответа, хотя бы односложного, если уж на то пошло, блондинка взмахнула рукой, как дирижер, только что без палочки. И представление началось. Точнее, светопреставление.

Все пространство комнаты прорезали лучи. Яркие и прозрачные, мутные и размытые, стерильно-белые и радужно-многоцветные, прямые и изгибающиеся под немыслимыми углами. Пару секунд они крутились как в калейдоскопе, потом застыли, словно получив на это особую команду.

Десятки, может быть, сотни… Проекций? Нет. Понадобилось бы огромное количество источников света, а стены как были, так и остались голыми. Да и, если поднести руку, поставить ладонь на пути… Картинка не реагирует. Лучик входит и выходит, не искажаясь, не изменяя направление.

Все они существуют сами по себе? Автономно? А откуда вообще берутся?

Второй взмах руки, и переплетения света меркнут, то ли растворяясь в воздухе, то ли схлопываясь, каждый исключительно в своей точке.

А я еще толком ничего не успел рассмотреть. Попросить повторить, что ли?

— В «Елочка, зажгись!» играть не буду.

— Э… — Ну вот, опять обломала. Ей что, трудно? Вредничает, вот и все. — Тогда научите.

Что-то мелькнуло во взгляде, доселе мной не замеченное. Непривычное. Но слишком стремительно, чтобы распознать.

— На фига козе баян?

— Простите?

Она прошла мимо, пересекая комнату.

— Адъютант?

— Другой уровень. Этому не научишь.

А, ясно. Опять пресловутое различие в развитии? Так не надо было дразнить лишний раз. Дистанционное управление здешними ресурсами мне недоступно? Хорошо. Тогда зачем я здесь нахожусь? В качестве предмета интерьера?

— Твой способ — дедовский.

Остановилась у того самого нароста. А он, оказывается, большой: теперь стало заметно, в сравнении с человеком. Можно сказать, громоздкий.

— Чего ждем?

Вот такие у нас милые приглашения к действию… Да ладно, уже бегу. Заодно согреюсь.

Он что, еще и не цельный? Сплошные выступы и впадины, гармошкой.

— Жать здесь.