Две принцессы Бамарры - Гейл Карсон Ливайн

Послышались вопли и отчаянное хлопанье крыльев. Я оглянулась. Птицы торопливо разлетались в вихре перьев. Интересно почему? И тут я увидела…

Дракона, несущегося низко над озером. Направляющегося сюда.

Видит ли он меня? Вроде бы огнем не дышит. Я снова полезла в мешок за волшебными сапогами.

Дракон приземлился и так крепко обвил меня хвостом, что у меня перехватило дыхание. Чешуя обжигала.

Зазвонили колокола. Низкие колокола, высокие колокола, совсем мелкие колокольчики. Я взглянула дракону в лицо. Он смеялся.

Не надо на него смотреть, лучше глядеть на небо, на цветущие деревья. Но мой взгляд не фокусировался. Ужас заставлял его обходить громадную морду ящера. Я махала руками и шаркала ногами, пытаясь идти, хотя была в ловушке.

А дракон все смеялся. Затем заговорил. В его гнусавом голосе слышался металлический оттенок.

– Меня зовут Воллис. Я так рада познакомиться с тобой. Мне доводилось встречать людей при странных обстоятельствах, но эта встреча, пожалуй, самая необычная. Как твое имя, дева?

Заговорить не получалось. Я откашлялась, но это не помогло. Открыла рот, сложила губы в слова «принцесса Эделина», но звук не шел.

– Ты меня очень разочаруешь, если не станешь разговаривать со мной, но, возможно, дома ты почувствуешь себя более непринужденно.

Дома! Дома, в ее логове… а на мне обычные сапоги.

– Теперь, надеюсь, ты меня извинишь. Я прилетела сюда поужинать. Знакомство с тобой – приятная неожиданность. – Колокола ее смеха зазвенели снова, но на этот раз короче и выше. – Смотри внимательно, милая. Драконы – единственные существа, способные готовить еду в процессе ее поглощения.

Она потащила меня к трупам грифонов. По пути я успела подхватить свой мешок, и она позволила мне это.

– Гляди. Я использую горячее пламя, ибо глупо есть грифона, не прожарив его как следует.

Она глубоко вдохнула и исторгла струю пламени. У меня в горле запершило от дыма. Через несколько минут пламя погасло.

– В самый раз пропекся.

Она сунула рыло в грифона и вгрызлась. Пламя лизало ее щеку.

Вспоров грифону брюхо и увидев его содержимое, драконица повернулась ко мне:

– Ты хотела, чтобы я тоже сдохла от обжорства? Очень умно устроить им западню, а потом использовать их как приманку для меня. – Она помотала головой. – Ты интригуешь меня, малышка.

Она вернулась к трупу. Вскоре от первого грифона остались голые кости. Воллис принялась за второго. Сумерки перешли в ночь, а она все ела.

Хвост не ослаблял хватки, чешуя не остывала. Отчаянно хотелось пить.

Мои мысли метались, не в силах сосредоточиться на поисках спасения. В голову упорно лезли волшебные сапоги, но надеть их было невозможно. А если бы и удалось, то дракон не огр, его не потащишь. Воллис была высотой в дом и втрое длиннее.

Взошла луна. На темном небе проступили звезды, и в воздухе сильно похолодало. Голова и ноги у меня практически заледенели, а тело едва не плавилось. Воллис прикончила второго грифона и принялась за третьего. На меня навалился сон и на время избавил от ужаса.

Мне снилось, как я флягу за флягой пью пресную воду и все равно умираю от жажды после каждого глотка. Снилось, что я дома, в постели, но на ногах у меня слишком много одеял. Снился друг, вылечивший мне раненую руку. Он говорил: «Держись, храбрая мышка. Твой конец…»

Меня дернули в одну сторону, потом резко в другую.

– Просыпайся, дорогая.

Ноги мои скребли землю, а шея едва не переломилась, пока она дергала хвостом из стороны в сторону. Я заскулила от ужаса.

– Молодец, проснулась. Здесь у нас всё, так что можем отправляться домой. Но сначала остановимся у этого красивого озера. Ты как следует напьешься, а следом за тобой и я.

Хвост неуклюже держал меня над водой, то окуная с головой, то поднимая слишком высоко. Я давилась и плевалась – и пила.

Когда Воллис принялась жадно лакать воду, поднялся пар. Прошло больше часа, и за это время она выпила половину озера. А ко мне вернулась способность мыслить. Возможно, у меня появится шанс сбежать, когда она уснет после еды. Можно спросить ее о лекарстве, как только мы прибудем на место, а потом, пока она спит, натянуть волшебные сапоги и удрать.

Наконец драконица закончила пить и подняла голову:

– С огромным удовольствием познакомлю тебя с прелестями полета, дорогая.

Она оттолкнулась хвостом. Мгновение назад я пребывала в вертикальном положении, а в следующий миг меня понесло боком. Соображения хватило лишь на то, чтобы обеими руками вцепиться в мешок, ведь его потеря лишила бы меня последней надежды.

Земля и звезды неслись мимо в тошнотворном хороводе. Некоторое время я провисела вниз головой. Только удушающая хватка хвоста удерживала меня от падения.

Мы поднялись гораздо выше, чем Рис. Озеро внизу сжалось до размеров чайной чашки. Желудок мой всколыхнулся, и меня вырвало. Рвота брызнула на хвост и в небо. Однако мешок я по-прежнему держала крепко.

Затем хвост утвердил меня в вертикальном положении и пронес так остаток пути. Дважды Воллис пролетала над деревнями. В нескольких окнах горел свет. Я плакала от желания оказаться внутри дома, в постели, и не бояться ничего, кроме свиста ветра за окном.

Спустя вечность Воллис приземлилась перед логовом, которое я видела в подзорную трубу. Она выпустила меня, я споткнулась и чуть не упала.

– Заходи, дорогая. Внутри ты согреешься у моего уютного камина. – Она рассмеялась, и колокола снова зазвонили.

Я рванулась бежать. Бесполезная затея, но в тот миг я об этом не думала. Хвост поймал меня и снова поставил перед входом в пещеру.

– Ты утомляешь меня, малышка.

Она подтолкнула меня хвостом, и я, спотыкаясь, вошла в темную пещеру. Меня встретил оглушительный смрад. Вонь дракона – горячая, затхлая, металлическая, такая сильная и давящая, словно ты заперт внутри скалы и дышишь камнем.

Туша Воллис заполнила вход, загородив лунный свет. Отступая, я споткнулась, упала на что-то мягкое и тут же вскочила в ужасе – мало ли что там.

Воллис вошла следом за мной. Она дышала огнем, и сердце у меня едва не разорвалось от страха. Но это было лишь малое пламя, которым хозяйка дома зажгла светильники на нескольких высоких подставках.

В логове оказалось красиво. Оно представляло собой огромную пещеру, способную вместить еще трех таких же драконов, а то и больше, и такую высокую, что потолок терялся в сумраке. В свете свечей я разглядела, что каменные стены сияют темным золотом. Напротив входа в пещеру по скале сбегала тоненькая струйка воды и собиралась в небольшом мелком бассейне.

Начиная с некоторого расстояния от края воды землю покрывали несколько слоев ковриков и гобеленов. Я рухнула на стопку бархатных подушек и положила мешок рядом. Повсюду валялось множество подушек. Справа от бассейна помещалось не меньше дюжины больших сундуков, одни открытые, другие закрытые, а иные и вовсе на замке. Вдоль стен выстроились открытые витрины и два широких платяных шкафа. Все витрины, кроме одной, пустой, были заполнены сокровищами: в первой тускло поблескивали серебряные кубки, в другой сверкали усыпанные каменьями тиары, в третьей щетинилось оружие – длинные мечи, фальшионы, короткие кинжалы, пики, алебарды, булавы, серебряные и золотые.