Серебряный доспех - Ярослав Хабаров

– Конечно же, это шкура! - воскликнул Гирсу, чувствуя себя уязвленным. Ему не понравилось, что Хазред попытался заступиться за него. Еще чего! Гирсу и сам в состоянии за себя постоять.

– Вроде змеиной, - добавила Нухар. - Когда змея сбрасывает кожу, она не умирает.

– Правда? - изумился Гирсу. - Никогда об этом не задумывался!

Хазред только рукой махнул. Когда-нибудь простодушие погубит Гирсу, а тот даже не заметит. Так и сгинет в полном неведении случившегося.

– Здесь, на болотах, - негромко продолжала Нухар, - обитает некое существо, которое время от времени избавляется от старой кожи.

– Не прибегая к помощи соблазненных мужчин, - прибавил Хазред как бы про себя, но так, что Нухар услышала.

Она сердито дернула головой, но больше ничем своего недовольства не выразила.

– Это существо никто никогда не видел, - проговорила она, поглаживая веко жмурящейся от наслаждения рептилии. - Точнее, думаю, время от времени его встречают на болотах, но попросту не догадываются о том, что оно - то самое.

– Если вдуматься, то любое существо - «то самое», - пробурчал Гирсу.

Нухар вздернула брови, потом делано засмеялась.

– Разумеется, ты прав! - воскликнула она. - Каждое создание в какой-то мере «то самое», но мы сейчас говорим об одном, совершенно определенном. О том, которое сбрасывает кожу и таким образом обновляется. Кстати, не исключено, что вместе с кожей оно избавляется от прежнего облика и приобретает новый.

– Весьма полезное свойство, - сказал Хазред.

– Да, но я еще не разобралась, способна ли сброшенная существом шкура изменять мой собственный облик, - добавила болотная ведьма.

– Возможно, стоит просто попробовать…

Нухар вздохнула:

– Однажды я уже попробовала. Не на себе, конечно… Пришлось потом искать другую шкуру. Два года на поиски потратила, прежде чем обнаружила необходимое…

– А с прежней шкурой что случилось? - заинтересовался Гирсу.

– Я ее потеряла, - был краткий ответ.

Хазреду вдруг показалось, что ведьма знает о желтой шкуре, о существе, которое ее носит, и о свойствах этого предмета гораздо, гораздо больше, чем рассказывает… Он уже хотел было задать пару наводящих вопросов, но Гирсу опередил его.

– Понятно, - многозначительно протянул Гирсу.

Хазред сверкнул глазами и сразу же опустил веки, скрывая свое недовольство. Не стоит ругаться с Гирсу на глазах у болотной ведьмы. Перед лицом посторонних троллоки должны держаться друг друга и выступать единой стеной. Даже если их всего двое.

Гирсу любезно подал ведьме руку, помогая той забраться на спину ящера. Осторожно ступая между пластин зверя, Нухар пробралась к плоской голове и встала там.

– Прощайте, - сказала она друзьям и топнула босой пяткой. Удар пришелся между глаз ящера. Тот хлопнул хвостом по земле и начал переставлять короткие кривые лапы. Скоро ведьма и ее зверь скрылись из виду.

– Загадка на загадке, - пробормотал Хазред, глядя туда, где только что находилась Нухар. Казалось, он все еще видит силуэт ведьмы. - Она узнала от нас про Тзаттога, а взамен рассказала про желтую шкуру. Но все это не облегчает нам задачу.

– Какую? - заинтересовался Гирсу.

– Выяснить, что же, в конце концов, происходит на болотах, - объяснил Хазред. - Мы не можем вернуться к старейшинам, особенно после того, как ты убил Ханно-пивовара, вот так, с пустыми руками.

– Я убил Ханно? - поразился Гирсу. - Ты же говорил…

– Я просто пытался тебя успокоить, - ответил Хазред угрюмо. - На самом деле, полагаю, ты уложил его на месте. В этом я почти не сомневаюсь. Очень мало шансов застать его живым и совершенно никаких - здоровым. Поэтому я и говорю, что нам необходимо доказать нашу ценность. Мы нужны нашему народу! А если мы ему не нужны, если у нас нет никаких заслуг, то… - Он вздохнул.

– То все плохо, - закончил за него Гирсу. - Понимаю.

Он заметно помрачнел. Гирсу вовсе не хотел никого убивать.

– Может, все еще обойдется, - пробурчал он.

Хазред взял его за руку.

– Расскажи мне лучше, что случилось со мной после того, как я потерял сознание.

– А я почем знаю… Я спал.

– Что тебе снилось?

– Разное. - Лицо Гирсу потемнело. - Вообще-то мне снились женщины. И всякая ерунда. Будто я - скамейка, на мне лежит красивая женщина, а на красивой женщине лежишь ты, и вы занимаетесь сам знаешь чем…

– А ты?

– А я что? - Гирсу пожал плечами. - Я же был скамейкой!

– Захватывающий сон, - сказал Хазред, отчаянно надеясь, что голос у него не дрогнет. - А потом что случилось?

– Я проснулся.

– И не был больше скамейкой?

– Ха-ха. Очень остроумно. Я был собой. И совершенно здоровым. Думаю, это ведьмины чары сделали свое дело. Вылечили меня, то есть. А сны - просто дополнительное воздействие.

– Ясно.

– А ты спал, - сказал Гирсу. - Храпел, и слюна у тебя изо рта вытекала.

– Слюна - это не страшно, - отозвался Хазред. - Вот если бы кровь…

– Или моча! - подхватил Гирсу. Хазред поморщился.

– Ты можешь перестать шутить? А ты? -в упор сказал Гирсу.

– Когда это я шутил?

– Когда говорил, что я скамейка.

– По-моему, это ты сказал…

Гирсу поморгал, но продолжать спор не стал

– В общем, я говорю ведьме, что надо бы тебя разбудить, а то сон у тебя какой-то нехороший.

– Как выглядела ведьма? - перебил Хазред.

Гирсу пожал плечами.

– Как и прежде, с бородавками, противная такая старуха.

– Странно.

– Почему?

– Я думал, колдовство действует сразу.

– Ты насчет того, что она стала молодой и красивой? - Гирсу заглянул приятелю в глаза. - Знаешь, какие у меня тут соображения? Она где-то раздобыла новые колдовские силы, но, прежде чем заняться собой, занялась мной. На меня эти силы потратила. А уж потом сделалась красоткой.

– Интересное умозаключение, - вздохнул Хазред. - И как это мне в голову не пришло?

– Ты же был без сознания, - утешил его Гирсу. - Как тебе что-то могло прийти в голову?

Он засмеялся, очень довольный собой.

– А потом, - продолжил он рассказ, - ведьма дала мне поесть. Готовит она ужасно, не похлебка, а помои какие-то, но я все съел, до последней пиявки. Не пропадать же добру! Ты все спал. Наконец она мне говорит: «Видеть тебя больше не могу. У меня важное дело». Я так понял - это я теперь понимаю, - она собиралась начать превращение. В такой работе посторонние свидетели совершенно ни к чему. А она говорит: «Твой приятель не скоро очнется. Так что ты забирай его и уходи. Он тебя притащил сюда, а ты вытаскивай его отсюда. Все, проваливайте оба». Я ее желание, конечно, уважил, взвалил тебя на плечо и пошел по мосткам… Ну и шаткие же! Представляю, как ты по ним пробирался… Жуть! Даже мне было страшно.