Битва полчищ - Александр Рудазов

Где-нибудь в Штатах такой инцидент наверняка привел бы к импичменту. Или массовым бунтам. Но серые отреагировали на удивление спокойно, даже с каким-то одобрением. Митинг моментально закончился, раненых и убитых растащили по госпиталям, и все стихло. Никаких последствий.

Хотя чего еще ждать от тех, кто тысячу лет жил под кнутами колдунов? Серые привыкли, что повелители в радужных плащах могут сделать с ними что угодно — без исключений. И жаловаться некому. Во времена того же Бестельглосуда Хаоса никаких митингов вообще не бывало.

Это теперь, когда ошейники ослабли, некоторые стали проверять длину поводка…

Ванесса направила Бриллианта вниз — к угрюмому серому зданию-кирпичу, притулившемуся в конце Девятой улицы. Иххарийский финансовый центр. Средоточие денег и ценных бумаг, настоящий пульс экономики Серой Земли. Здесь безраздельно царит двенадцатый в Совете Двенадцати.

После смерти Тивилдорма Призрака двенадцатое место оставалось вакантным почти четыре месяца. Скончался самый рьяный блюститель традиций — остальным серым плащам было безразлично, двенадцать человек в Совете или одиннадцать.

Но в конце концов Креол все-таки решил заполнить пустоту. Вопрос поставили на повестку дня, было обсуждено несколько кандидатур, но к общему решению не пришли. Ванесса даже предложила провести демократические выборы.

Предложила-то она в шутку, но Креол неожиданно воодушевился. Ему уже давно хотелось своими глазами увидеть хваленую американскую демократию. Он настолько загорелся этой идеей, что выкроил в своем графике один день и самолично все организовал.

Правда, выборы ограничились только столицей — делать это по всей Серой Земле Креолу показалось напряжным. Маг распорядился напечатать полтора миллиона бюллетеней с именами всех красных плащей и раздать их взрослому населению Иххария. После этого народу было приказано отметить крестиком самого достойного колдуна и бросить бюллетень в урну.

Серые не очень поняли, зачем это нужно, но, будучи людьми законопослушными, выполнили все в точности. Отметили и бросили. Благо урн в Иххарии полным-полно — на каждом углу стоят.

Когда выборы закончились, Креол напряженно задумался. Он смутно догадывался, что провел их как-то неправильно, но признаться ему не позволяла гордость. Очень уж его бесила приподнятая бровь и подчеркнутое молчание Ванессы.

Креол думал очень долго, но потом вдруг просиял и объявил, что народ сделал свой выбор и он этот выбор полностью поддерживает.

Так в состав Совета и вошел Кайкедрал Мусор.

Впрочем, выбор оказался чрезвычайно удачным. Невзрачный, непримечательный человечек с тонкими губами и вечно слезящимися глазами, Кайкедрал не отличался выдающимися колдовскими способностями, зато в финансовом плане был настоящим гением. Поговаривали даже, что и красный плащ он получил исключительно благодаря деньгам — подкупил самого Бестельглосуда Хаоса. А это уже говорит о многом — страшно представить, какого размера должна быть взятка, чтобы соблазнился глава Совета Двенадцати.

Сегодня Кайкедрал встретил Ванессу не слишком приветливо. Он любил приговаривать, что потраченное впустую время — это потраченные впустую деньги. У него совершенно не было друзей, он крайне редко покидал свой кабинет, и Ванесса втайне подозревала, что единственное его развлечение — купание в деньгах по методу Скруджа МакДака.

Впрочем, какая разница? После того как Кайкедрал Мусор возглавил казначейство, в деньгах действительно стало можно купаться.

— Рад вас видеть, повелительница, — произнес Кайкедрал, не поднимая глаз от бумаг. — Чем обязан визиту?

— Ничем особенным, — пожала плечами Вон, усаживаясь напротив. — Просто решила заглянуть на огонек, узнать последние новости… Случилось что-нибудь интересное, пока нас не было?

— А вы что, куда-то отлучались? — не понял Кайкедрал.

— Мы с мужем были в отпуске, — удивленно ответила Ванесса. — Целый месяц.

— Надеюсь, отдых был приятным, — безразлично произнес Кайкедрал, макая перо в чернильницу. — Так чем обязан визиту?

Ванесса обвела взглядом кабинет. Великий финансист обитал в спартанской обстановке — голые стены, простая деревянная мебель, письменный стол, два книжных шкафа и пузатый секретер, набитый бумагами. Ничего лишнего, ничего ненужного. Даже стулья жесткие, неудобные, будто говорящие — ты пришел к занятому человеку, так что не рассиживайся. Излагай свое дело как можно короче и уходи.

Лишь один предмет обстановки выглядел довольно дорогим. Часы. Огромные бронзовые часы даже не с тремя, а с четырьмя стрелками. Часовая и минутная казались неподвижными, секундная оглушительно отсчитывала свои тик-так, а четвертая, совсем тонкая, бесшумно ползла в обратном направлении. У многих колдунов в домах были такие часы, и Ванесса все время забывала спросить, что показывает четвертая стрелка.

— Что показывает… — начала она, но тут нижняя дверца секретера неожиданно растворилась и оттуда вышел длик.

Кайкедрал Мусор при виде него вздрогнул. Стальное перо на миг запнулось, оставив небольшую кляксу. Длик же совершенно невозмутимо пересек комнату и одним легким прыжком запрыгнул на стол.

— Что ты делал в моем секретере? — недовольно спросил Кайкедрал.

— Спал, — спокойно ответил длик.

Всем своим видом он демонстрировал, что не видит в этом ничего особенного. Если один маленький кииг оказался застигнут ночной порой вдали от дома — почему бы ему не переночевать у знакомого?

В Промонцери Царука длик вел себя точно так же — ложился спать там, где чувствовал дремоту, заботясь лишь о том, чтобы было не слишком жестко. Ванесса дважды находила его в своем комоде, трижды — на подушке и один раз — в кошачьей корзинке, в обнимку с Флаффи. Старый толстый кот явно остался недоволен, что приходится делить ложе с каким-то странным созданием, но шума поднимать не стал и даже соизволил лизнуть длика в голову.

Честно говоря, Креол уже сотню раз пожалел, что в веселую минуту ввел в Совет Двенадцати этого киига-альбиноса. Единственный из серых плащей, он вообще не делал ничего полезного. Он только совал во все нос, сочинял софизмы и бесил Креола.

Это последнее у него получалось особенно хорошо. Даже Хубаксис теперь не вызывал у шумерского мага такого раздражения. Джинн, по крайней мере, боялся своего хозяина — длик же смотрел на Креола, как… как… как на самого обыкновенного человека! Ни малейшего пиетета! Мага это возмущало до глубины души.

— А у вас какие новости, мистер длик? — поинтересовалась Ванесса.

— Сегодня я наблюдал за дракой бомжей, — задумчиво произнес кииг. — Это было весьма познавательное зрелище. Я узнал много нового.

— Даже не сомневаюсь.

Однажды Ванесса попросила длика рассказать про философию его народа. А тот ответил, что так называемая «философия» не имеет смысла, ибо мир таков, каков есть, и не зависит от того, как его воспринимают другие. Не имеют смысла никакие правила или законы, потому что надо просто поступать так, как подсказывает логика. Если логика подсказывает съесть свой носок — не ищи в этом смысла, а просто съешь. Но не забудь смазать горчицей, потому что с горчицей вкуснее, а если есть выбор между вкусным и невкусным, выбирать надо вкусное, потому что вкусное приятнее невкусного.