Попаданка по-эльфийски - Вика Вишневская

— Почему ты не ешь? — посрамив правила этикета, прошмякал эльф с набитым ртом.

Я не голодна. Хотела сказать, но вместо этого вырвалось:

— С каких пор мы, обычные смертные, едим приготовленный лично Его Высочеством омлет, да еще в его присутствии.

Сарказма и издевки я не скрывала. Только сейчас я стала понимать, что ничего он мне не сделает — города и моего мира он не знает, а просить помощи у посторонних ему здравомыслия и гордость не позволят.

Прозвучал недовольный вздох едва сдерживающего ярость эльфа, который рывком поднялся со стула и за один шаг оказался возле меня, нависая каменным изваянием. Мышцы под нежно-розовой футболкой словно окаменели. Кончик светлых волос, собранных в высокую толстую косичку, пощекотал мой покрасневший нос.

С этим яростным уничтожающим взглядом, с играющими на красивом лице желваками, с плотно сжатыми до белой полоски губами Дарий сначала встал на одно колено. Немного попыхтев от злости, он встал и на второе. О степени моего офигевания можно было судить по десятибалльной шкале — сто из десяти, не иначе.

— Я хочу извиниться! — эти слова дались ему с трудом.

Шкала отметки офига достигает красной точки.

— Вчера я повел себя не как наследник великого государства, Светлого Королевства, а как низкосорт… — на этом моменте он замялся, подбирая слова. — Пусть будет — пьяный тролль в захудалом кабаке. Нет чести и достоинства у того аристократа Света, посмевшего довести девушку до слез своими поступками или словами. Поэтому я от всего сердца и души прошу: прими мои извинения, Алена, за все, что я имел глупость сказать или сделать, посрамившее мою честь и репутацию.

Горький смешок вырвался откуда-то из груди. Даже извиняясь он сохраняет присущие ему чванство и надменность. Да так, словно это я виновата, что Его Высоческая задница касается пола, вынуждая его произнести эти слова.

— Как можно быть таким? — тяжелый вздох. — Неужели, ты и вправду думаешь, что я из-за тебя проревела полночи? Если это так, то ты — гребанный эгоист.

Часы показывали, что до пар осталось меньше часа, а ближайший автобус вот-вот прибудет на остановку.

— Уйди с дороги, — бросила, вставая со стула, — мне сейчас не до тебя.

Позорным образом сбегаю в ванную, закрывшись на щеколду. Не прошло и секунды, как в дверь настойчиво постучались. В сердцах пожелала остроухому сходить пешим маршрутом до известного места на три буквы, еще раз на него, но уже в другой формулировке. Для большей безопасности я и ключ в замке повернула. Устало прикрыв сонные глаза, я пыталась совладать с эмоциями и не разреветься. Простые дыхательные упражнения стабилизировали эмоции, а холодная вода окончательно успокоила. Вытирая лицо серым полотенцем, я невольно взглянула на свое отражение. Зареванное чудо-юдо с копной спутанных шоколадного оттенка волос. Провела рукой по всей длине вьющихся локонов, на поиск маленьких птенчиков (в таком шикарном гнезде кто-то же жить должен). Никого там не обнаружив, я, не щадя свои волосы, принялась их расчесывать. В итоге у моей расчёски оказалось больше волос, чем у меня. На лицо нанесла тонну тонального крема, иначе не скрыть эти красные пятна по всей физиономии. Добавила розовые румяна, чтобы не выглядеть как живой мертвец.

Когда кожа на лице стала хоть как-то похожа на человеческую, я все же успокоилась. Но что-то в отражении выдавало во мне безжизненного человека. Глаза — в них не было привычной блеска безбашенности и озорства. Только серый безжизненный цвет.

Показав своему отражению язык, я высунулась из своей маленькой спасательной комнаты. Вроде, никого нет поблизости с желанием меня убить, а в дверь ломились так, словно за ней стояла рота наемных убийц. Бесшумно заскочила к себе в комнату. И тут никого не было. Быстро переоделась в легкий черный свитер и серые расклешенные брюки. Запихав в рюкзак какие-то тетради, пару ручек, пропуск в универ и наушники, и закинув его на плечо, я пошла на учебу как на казнь.

В коридоре меня перехватил сильные руки и прижали к не менее сильному телу. Вскинула голову вверх и встретилась взглядом с излучающими холодную ярость изумрудными глазами.

— Отпусти, — буркнула, вцепившись ногтями ему в руки.

По его лицу так и читалось: "Как ты, ничтожная смертная, посмела не принять извинения от Великого меня!".

— Нам надо поговорить, — произнес Дарий, удерживая одной рукой две маленькие мои.

— Слушай, — даже моему терпению приходит конец, — у тебя локаторы больше моих, а слышишь ты толком нихрена. Я тебе уже сказала — мне сейчас не до тебя и твоих проблем.

— Хочешь ты того или нет, но тебе ПРИДЕТСЯ поговорить со мной. Ведь это касается твоей безопасности, — немного подумав, добавил, — и твоих родных тоже.

Разговаривать с запрокинутой головой было то еще удовольствие. Особенно, когда шея начинает болеть. Поэтому мне пришлось принять мирное решение:

— Я вернусь с университета и мы поговорим о чем хочешь. Лады?

Эльф молча кивнул.

Естественно, я не собиралась сразу возвращаться домой. Прогуляюсь где-нибудь. До глубокой ночи. А может и до следующего вечера.

Меня нехотя, но отпустили. Потрепала по голове любимую собаку. Шокер лениво облизнул мою ладонь и посмотрел мне в глаза. По грустному взгляду легко читалось: "Не уходи. Не оставляй меня с этим монстром". Одними губами я произнесла: "Ты у меня храбрый мальчик. Я скоро вернусь."

Уже на выходе я вспомнила об одной важной детали:

— Выгуляй Шокера через пол часа и, если я не приду, после обеда.

Дождалась положительного ответа и перед выходом бросила:

— Люблю тебя.