Север в сердце - Марьяна Брай

- Нет, это ты, Сири.

- Кто сказал мое имя?

- Я понял, что ты приходила с ними, и ты вернулась за ними. По дороге я спросил мужчин, и они долго молчали, а потом признались, и я от этого еще больше восхищаюсь тобой. Такого не смогла бы сделать даже Макраш, в которую верит мой отец.

- Научи меня.

- Научу всему, если ты будешь здесь править, Харэм. Мы будем делиться друг с другом – мы будем давать вам овощи, а вы нам черную глину. Мы будем давать вам железо, а вы не будете покупать ассаров.

- Мой отец не даст мне свое место.

- Ты его достоин, Харэм, ты привез людям спасение, а он с твоими братьями ни разу не вышел из дома к людям.

- Не вышел?

- Да, никто не вышел. Мы лечили детей и женщин, мыли их, кипятили все, а он не выходил из дома.

Харэм выбежал из моей комнаты и побежал по улице. Я не одеваясь, сунула ноги в чуни и побежала следом. Он бежал в белый дом, где жили жены господина. Воины на крыльце сначала закрыли спинами двери, но потом, когда он закричал на них, открыли двери. На улицу с криком высыпали белые женщины, я ловила их. И спрашивала – что случилось. За мной бежали Оми и Мухара. Они собирали женщин и уводили их в коморку под моей комнатой.

Я вбежала за Харэмом. Первый этаж был пуст, а на лестнице была кровь, и я не решалась сделать шаг за Харэмом, который вбежал туда. Солдаты от дверей тоже вошли внутрь.

- Харкам здесь? – я спросила у них, и они мотнули головами в подтверждение моих слов.

- Он сегодня позвал сыновей, когда ему сообщили, что вернулся Харэм. Они поднялись в его покои.

Я начала подниматься по лестнице, и услышала тонкий женский писк. Посреди комнаты лежали тела сыновей Харкама. У них были перерезаны горла. Харкам стоял посреди комнаты и держался за живот. Я с трудом поняла, что в его животе нож, и он держит его за рукоятку обеими руками.

Напротив него на коленях стоял Харэм.

- Убери руки, отец, мы можем это лечить.

- Нет, я виноват, и они виноваты. Они хотели убить тебя, потому что ты вернулся героем. Таким мужчинам нет места в нашем городе. А я убил своих сыновей, и мне тоже нет здесь места, Харэм. Правь так, чтобы люди рассказывали о тебе своим детям и внукам, - он рывком вытащил нож и завалился на бок.

В углу выла Сарум. Я подбежала к ней, подняла с пола и вывела на улицу.

Солдаты видели все, и хотели пойти за мной, но я остановила их и сказала не выходить до тех пор, пока не скажет Харэм, и не впускать никого.

Девушек разместили в моей комнате. Здесь были и светлые ассарки и смуглые жены Харками. Мухара и Оми приняли из моих рук Сарум.

Это была страшная развязка, но это была развязка. Я попросила Мухару достать мне теплую одежду и мужскую куртку, зашла в мужскую коморку и подозвала охранника:

- Развяжи ассаров, нам нужно встретить подводу. Дай лошадей, нужно поменять их в телегах на подводе. Делай все быстро, - тот снова стоял и качался, не зная, как поступить. За моей спиной закричал Харэм:

- Делай как она говорит, быстро. Дай им одежду и вели отправить с лошадьми навстречу.

Мужчина очнулся и начал подводить наших дружинников к деревянному чурбану, где он разбивал кандалы на руках.

Через час я вместе с ними выехала навстречу подводе, и уже поздно ночью мы встретились с Драсом и Гором, которые вели пять полных телег. Мужчины вместе с солдатами начали распрягать телеги и запрягать в них свежих лошадей, а я подъехала к Драсу, который уже соскочил с лошади и бежал ко мне.

Я спрыгнула прямо к нему в объятия, он прижал меня к себе, и я разревелась навзрыд. Теперь точно все закончилось.