Мой лучший враг - Елена Шторм

– Тексты – плохая замена практике. – Брюнет складывает руки на широкой груди. – Я бы пошел с вами сам, но, даже если буду делать вид, что ничего не знаю, все равно получится слишком просто. Может, кто-нибудь из ваших сокурсников согласится заменить партнера?

Я задерживаю дыхание – почти не верю, что он действительно предложил эту идею!

Эдон оглядывает всех и говорит громче:

– Минутку внимания! Хочет ли кто-нибудь помочь мисс Лудар?

Я прячу руки за спину, пока он объясняет, как именно. Дулас чешет макушку. Нейл переглядывается с Талией, и весь вид подруги говорит, что она готова сама со мной в портал бежать. Стыд снова колет, но взгляд сам собой прилипает к Альнару.

И он делает шаг вперед – раньше, чем я успеваю заволноваться.

– Я могу, – говорит просто.

Меня накрывают разные чувства: восторг и облегчение, благодарность и тревога. Лицо Кии светлеет.

– Вы не получите никакого балла, разумеется, – добавляет она быстро. – Просто проведете девушку по лабиринту.

– Да, конечно.

Скажем прямо: это тоже помощь. Но такая, которую принять хочется. Здесь я не буду бесполезной девицей в беде, я только…

Мы всего лишь пройдем тест.

Глория поворачивается к избраннику:

– Серьезно? Пойдешь с ней на испытание?

– Это всего лишь полезное дело.

– А мы что, превратились из соперников в друзей? Или занимаемся благотворительностью?

Кажется, ее выпад поражает не только Ала. Леди Кия морщится:

– Мисс Санди! Да, вы и правда в некотором роде соперники. Но в еще большей степени все мы люди, смею напомнить – будущие соратники, готовящиеся к одной службе!

– Да что с тобой? – Альнар тоже злится. Не слишком заметно, но его плечи напрягаются, скулы проступают под кожей. Зрелище почти невиданное. – Келли сделала бы то же самое. Рейм сделал бы для тебя не меньше.

Глория открывает и закрывает рот. А потом сужает глаза – и меня трогает дурное чувство.

Будто она что-то поняла. Заподозрила больше, чем нужно.

Я очень стараюсь отогнать эти мысли – тем более брюнетка явно вспылила не вовремя, и увидеть, как Альнар ее осаживает, – бесценно. Расправляю плечи, слушаю преподавателей дальше. Пытаюсь обуздать глупый восторг от того, что все складывается удачно.

Дружелюбно улыбаюсь Алу.

Больше никто не возражает. Разумеется, нас с Альнаром запустят самыми последними. Он подходит ко мне, только когда остальные уже справляются с тестом, получают свои баллы. Их оглашают, и я с удивлением понимаю, что на этом испытании все не так, как на первом, у Далы. Ал с Глорией – в середине списка. Что, кажется, окончательно выводит брюнетку из себя. Лучшие результаты – у Талии с Нейлом и у еще одной парочки.

Я поздравляю Тал, улучая момент. А потом наконец, меня зовет Альнар.

– Идем?

Пытаюсь понять его настроение, пытаюсь не улыбаться слишком широко.

Киваю, отрешаясь ото всего – особенно когда он подает мне руку.

Кладу свою ладонь в его. Впитываю неожиданную нежность пальцев. Его прикосновение, ощущение его рядом. Странно, как будто даже незнакомо. Нет, мы касались друг друга раньше – но в последние дни меня слишком часто, по поводу и без, хватал Рейм. С ужасом понимаю, что помню руки «избранника» лучше.

И в голове звучит язвительный голос: что-то про робкие пожатия.

Пальцы Ала – вовсе не робкие, вполне уверенные, пусть и не такие кошмарно цепкие и аристократические, но воспоминание все это слегка портит.

Прежде чем зайти в портал, мы пьем настойку – нас попросту лишают дара речи ненадолго. Сегодняшнее испытание – без слов.

За порталом встречает почти знакомый лабиринт: только стены зеленые, а пол немного неровный. Я смотрю на Ала и киваю ему.

«Давай, вперед».

Улыбаюсь, теперь не стесняясь. Азарт стирает остатки сомнений.

Лабиринт состоит из нескольких заданий. Они немного похожи на головоломки. В первом нам нужно загнать волшебную колонну в паз, равномерно давя на нее магией с двух сторон. С огненными потоками это раз плюнуть. Во втором мы зажигаем плиты на полу, пытаясь подобрать нужную комбинацию – она то ли достаточно сложная, чтобы Ал ее не запомнил, то ли меняется каждый раз, но в любом случае нам приходится ее искать. Объясняться жестами. Когда вдобавок на нас нападают несколько воздушных элементалей, я почти в восторге.

Все это здорово. Легко и весело. Мы проходили с Алом тесты раньше – редко, но огневики тоже работали в парах и группах. Меня словно отбрасывает назад, в те моменты, когда я была счастлива в академии.

Когда мы вместе занимались.

Вместе завтракали.

Вместе ездили в город.

Мы общаемся жестами, и еще от нескольких прикосновений в груди теплеет. Ал пару раз хватает меня за плечи. Один раз мы проходим по тонким балкам, поддерживая друг друга.

Я едва замечаю, как летит время.

Мы выскакиваем из портала, кажется, через пару минут. Все заканчивается слишком быстро, а меня затапливают самые острые чувства.

Мне легко. Словно я окунулась во что-то давно забытое. Смотрю на Ала – в его теплые глаза, на его губы, – по-прежнему улыбаюсь, и мы явно разделяем радость. Мы с ним действительно друг друга знаем. Подходим друг другу.

И в то же время от этой самой мысли становится паршиво.

Потому что иллюзия тает в воздухе. Я вспоминаю, что он выбрал Глорию, – после нескольких беззаботных минут осознание наваливается с новой силой. Пусть и по воле отца, пусть ему плохо с ней.

Плохо с ней и, кажется, действительно может быть лучше со мной – но он связал себя с девушкой, которую терпеть не может. Сам.

– Мы вроде хорошо справились, да? – тихо уточняет Ал, когда мы пьем новую настойку и снова можем говорить.

Поворачиваюсь к нему.

– Да. Спасибо, что не бросил меня.

Кия смотрит на нас задумчиво, стоит подойти к ней.

– Вы молодцы. Хорошо получилось. Спасибо, Альнар.

Он кивает и слабо касается моей руки прямо тут. Вид у него неожиданно потерянный – прямо отражение моих чувств.

А вот преподавательница отводит меня в сторону.

– Разумеется, я не скажу результат чужому напарнику, но кое-что меня беспокоит. Вы выступили лучше, чем все остальные пары. Как вам такое?

Я едва не открываю рот.

– Вы хорошо знакомы, учились раньше вместе?

– Мы друзья, – вот и все, что я могу сказать.

Она смотрит на меня то ли с тревогой, то ли с сожалением.