Кристалл времени - Соман Чайнани

И Софи улыбнулась ему наигранной, хорошо поставленной улыбкой кинозвезды.

– А как же Тедрос? – откинулся на спинку стула Райен. На его светлых, с медным отливом волосах играли искорки света. – Он приговорен к смерти. Народ это знает, и народ это поддержал. Что подумают люди, если я теперь вдруг возьму и тоже «отпущу» его?

Руки Гиневры задрожали, она едва не выронила кувшин с вином.

Сердце зачастило в груди Софи, когда она взглянула на Райена, тщательно подбирая слова, понимая, что от них во многом будет зависеть дальнейшая судьба Тедроса, его жизнь и смерть.

– Считаю ли я, что Тедрос должен умереть? Нет, – сказала она. – Считаю ли я, что он должен умереть в день нашей свадьбы? Нет. Считаю ли я такое решение неправильным? Да. Но тем не менее ты уже объявил о своих планах, а король… не может отменить казнь, которую он сам назначил, не так ли?

Гиневра перевела свой встревоженный взгляд на Софи.

– Следовательно, ты позволишь Тедросу умереть, – криво усмехнулся король, пристально глядя на Софи.

Она твердо встретила его взгляд.

– Если это спасет остальных моих друзей, то да. В конце концов, я Тедросу не мать, я не пойду на край земли доставать то, что спасет его. И потом, как ты справедливо заметил, в свое время он… бросил меня.

Из горла Гиневры вырвался сдавленный крик.

Софи пнула ее под столом. Гиневра сменила выражение на своем лице.

– Ну, что ты стоишь здесь как столб? – сердито сказал горничной Райен. – Тебе делать нечего? Тогда сходи и приведи сюда капитана моей гвардии, мне нужно поговорить с ним.

Гиневра все еще продолжала искать взглядом Софи.

– Живее шевелись! Или мне прямо сегодня твоего сына убить? – прикрикнул на нее Райен.

Гиневра вздрогнула и выбежала из столовой.

Софи наклонилась над тарелкой, увидела в ней искаженное отражение своего лица. С ее лба скатилась капля пота и упала в красную жижу.

Поняла ли Гиневра, что, если она хочет спасти Тедроса, ей нужно быть на стороне Софи?

– Так мы договорились? – посмотрела Софи на Райена. – Я имею в виду освобождение моих друзей. Между прочим, они помогли бы мне готовиться к нашей… свадьбе.

Из кухни вышли еще две горничные, неся медные, уставленные оловянными мисками с горячей кашей, подносы, и направились через столовую к двери, через которую можно было выйти на ведущую в подземелье лестницу.

– Погодите, – сказал им Райен.

Служанки остановились.

– Это для заключенных? – спросил он.

Служанки молча кивнули.

– Подождут, – отрезал король и добавил, обращаясь уже к Софи: – Точно так же, как мне самому пришлось тебя ждать.

Горничные развернулись и понесли подносы назад на кухню.

Софи молча смотрела на Райена, который с удовольствием отправил в рот полную ложку политой красной жижей мерзости и спросил с улыбкой:

– Что, не нравится тебе рыбка?

– Предыдущая повариха была не в пример лучше. Как и предыдущий король, кстати говоря.

– Я доказал, что являюсь настоящим наследником Артура, – перестал улыбаться Райен. – Всем доказал, что я – законный король. Всем, но не тебе, да? Ты все равно на стороне того, другого.

– У короля Артура никогда не могло быть такого сына, как ты, – огрызнулась Софи. – А если ты вдруг действительно его сын, то мне вполне понятно, почему он скрывал тебя от всех. Знал, наверное, во что вы с братцем превратитесь с годами.

Лицо Райена побагровело, он сжал свой золотой кубок так, словно готов был швырнуть его в Софи. Но затем краска медленно схлынула с его щек, он прищурил глаза и процедил с ухмылкой:

– Так ты надеялась, что мы сможем договориться?

Теперь уже Софи пришлось сдерживать себя.

Что ж, если она хочет, чтобы ее друзей освободили, ей нужно вести себя умно, тонко, осторожно.

– Что ты делал сегодня, чем занимался? – с наигранным оживлением спросила она, резко меняя тему разговора.

– Сначала мы с Уэсли пошли в оружейную и обнаружили, что там нет топора, достаточно острого, чтобы сразу отрубить Тедросу голову, представляешь? – с набитым ртом начал рассказывать король. – И тогда мы решили, что это и к лучшему. Будем рубить ему шею тупым топором, долго будем рубить, и толпа будет ликовать при этом дольше, чем если бы ему снесли голову одним чистым ударом.

– Мм, классно, – промычала Софи, которую замутило от этих слов. – А что еще?

– Потом встречался с Советом Королей. Во время этого заседания с помощью магических зеркал подключил к разговору лидеров крупнейших государств Бескрайних лесов. Заверил их, что до тех пор, пока они продолжают поддерживать меня, Камелот будет защищать их королевства, и добрые, и злые, точно так же, как я защищал их от Змея. И что я никогда не предам их, как Тедрос, тайно помогавший тому монстру.

– Что? – напряглась Софи.

– Я предположил, что Тедрос, вероятнее всего, платил Змею и его головорезам, – на голубом, как говорится, глазу пояснил Райен. – Ведь налоги в Камелоте собирались? Собирались. Исправно? Исправно. К кому стекались эти деньги? К королеве. Куда они все подевались? Вот то-то. Тедрос, наверное, думал, что, если ему удастся ослабить соседние королевства, это сделает сильнее его самого, именно так я и сказал Совету. И, следовательно, Тедрос всем лгал, так? Но какой же он тогда наследник Артура? Наследник короля Артура лгать не может! Потому-то Тедрос и должен быть казнен.

От такой наглости Софи на время потеряла дар речи.

– Разумеется, я лично пригласил всех членов Совета Королей и правителей соседних стран принять участие в свадебных торжествах, которые начинаются завтра с получения нами с тобой благословения на брак, – продолжил Райен. – Да, чуть не забыл! На Совете я еще предложил ликвидировать Школу Добра и Зла, у которой все равно больше нет ни деканов, ни школьного директора.

Софи уронила на стол свою ложку.

– Признаюсь честно – ведь я всегда говорю только правду, – что этого моего предложения Совет не принял, они проголосовали против. Что поделаешь, они все еще верят в эту дряхлую, чуть живую Школу и ее могущество. Все еще считают, что она должна оберегать хранящееся в ней перо Сториан. Продолжают думать, что Школа и Сториан это краеугольные камни, на которых держится вся жизнь в Бескрайних лесах, – Райен вытер тыльной стороной ладони свой рот, размазал по щеке полосу красной жижи. – Но лично я в этой Школе не учился, и Сториан для меня ровным счетом ничего не значит. При этом я – признанный владыка всех Лесов, – холодный блеск его глаз потускнел, сменилось выражение лица – теперь на нем отразилась затаенная обида, которой не могла не заметить Софи. – Но придет день, когда все люди во всех уголках Лесов будут верить не в Школу, а в своего короля, а вместо Сториана – в его новое перо, Львиную Гриву, – Софи увидела, как это перо загорелось золотистым светом, ожило, начало пульсировать, словно сердце, просвечивая сквозь нагрудный карман пиджака Райена. – И у всех будет Единственный настоящий король, который будет править вечно!