Полуночный Сокол - Дэвид Геммел

От дома отделилась высокая фигура. Оранус посмотрел вверх, и его охватил безотчетный страх. Подошедший носил черные с серебром доспехи Рыцаря Камня. Когда-то Оранус знал его и видел поединки Волтана на Большой Арене еще до того, как тот поступил на службу Наладемуса. Сердце убийцы не знало жалости.

— Он все еще жив? — спросил Волтан.

— Уже почти мертв, — ответил Оранус.

— Тогда отойди, и я его прикончу.

Нахлынувший гнев оказался сильнее страха. Оранус поднялся, повернулся к солдатам и скомандовал одному из них:

— Приведи доктора Ралиса, и побыстрее!

— Я отдал тебе приказ! — мягко заметил Волтан.

— Я капитан караульной службы и тебе не подчиняюсь. Покажи мне распоряжение суда, — парировал Оранус.

Волтан криво улыбнулся, достал из потайного кармана черного плаща свиток пергамента и протянул его Оранусу. Капитан караульной службы стал внимательно читать, и сердце у него упало. Письмо, скрепленное печатью Малинового Храма Кровавых Монахов, объявляло Аппиуса и Лию врагами государства и приговаривало их к казни на месте. Оранус притворился, что изучает документ, а сам попытался привести в порядок мысли. Он чувствовал напряжение, охватившее его солдат, никому не нужны неприятности с Рыцарями Камня.

— Я понимаю, приговор генералу Аппиусу и его дочери уже приведен в исполнение? — сказал он, возвращая пергамент Волтану.

— Именно, а теперь отойди, и я прикончу это ничтожество.

— Но я не вижу в распоряжении суда ни его имени, лорд Волтан, ни имени того несчастного слуги, что лежит на дорожке.

— Этот дикарь убил двух моих рыцарей и пытался помешать исполнению приговора.

— Тогда его следует обвинить в совершении преступления, вы ведь наверняка задержитесь в Ассии, чтобы присутствовать на заседании суда. Обязательно состоится второе слушание, и происходить оно будет в присутствии короля Цении, так как обвинение предъявлено его подданному. Это часть нашего договора с Ценней, как вам наверняка известно. Весь процесс займет месяц, от силы два, лорд Волтан. Все это время вы будете желанным гостем в моем доме. Волтан весело улыбнулся:

— Люблю смелых — они становятся интересными противниками. — Он взглянул на окровавленное тело. — Он был очень смелым. — Взгляд холодных синих глаз остановился на Оранусе. — Возможно, мы еще встретимся, — пообещал он.

Волтан вложил меч в ножны и прошелся вдоль почетного караула Орануса. Дойдя до последнего солдата, он усмехнулся.

— У этого на мече ржавчина! — радостно объявил он. — Скажи спасибо, что я избавил Аппиуса от такого кошмарного зрелища. В том, что касалось состояния оружия, он был таким дотошным! — Волтан положил руку на плечо несчастного солдата. — Ты бы наверняка получил десять ударов плетью! — заявил он, затем вышел из сада, оседлал коня и ускакал прочь.

— Обыщите дом, — велел солдатам Оранус, — найдите что-нибудь, чем можно остановить кровь.

Он снял плащ, скатал и положил Бэйну под голову. Затем разрезал рубашку на его груди — Бэйн был ранен трижды; в бедро, грудь и поясницу. Самой серьезной была рана на груди, и по тому, как быстро Бэйн терял кровь, Оранус понял, что у него проткнуто легкое. Один из солдат принес из дома одежду, Оранус сделал компресс и прижал к ране на груди.

— Он не выживет, сэр, — сказал солдат.

Оранус не ответил. Темнело, и он приказал зажечь фонари. Прибыл сутулый и лысеющий доктор Ралис. Осмотрев раны, он повернулся к Оранусу.

— Я здесь почти бессилен, — признался он, — легкое проткнуто, а судя по ране на пояснице, повреждены и другие жизненно важные органы.

— Сделай, что сможешь, — велел капитан.

— Давай занесем его в дом.

Хрипло каркая, прямо над ними пролетел ворон. Оранус вздрогнул.

— Как они чувствуют приближение смерти? — прошептал он.

— Они видят, как умирает душа, — произнес голос. Оранус обернулся и увидел старуху. Ее лицо скрывала вуаль, костлявые плечи были покрыты тяжелой шалью крупной вязки.

— Что тебе здесь нужно?

— Я умею лечить раны, солдат. Вам лучше доверить раненого мне.

— Спасибо тебе за участие, но здесь наш собственный доктор.

Смех старухи прозвучал так холодно, что Оранус вздрогнул.

— Ваш доктор хочет уйти домой, ведь он знает, что парню осталось жить от силы час, ведь так, Ралис?

— Правда, — признался тот.

Раз так, перенесите его в спальню, и я позабочусь о нем, пока он не умрет.

— Ты ведьма из Цении?

— У меня есть к этому… э-э-э… некоторые способности, Оранус.

— Тогда пусть будет по-твоему.

Солдаты перенесли Бэйна в спальню на первом этаже, а потом ушли, оставив его со старухой. Оранус остановился в дверях.

— Завтра я вернусь за телом, — сказал он, — нам следует быть осторожными и пресечь любую возможность заражения.

Скрытое вуалью лицо старухи повернулось к Оранусу.

— Ты правильно поступил, защитив его от Холодного Убийцы. Ты проявил смелость и теперь, возможно, обретешь покой.

— Обрести покой было бы здорово, — проговорил он.

— Ты хочешь именно этого?

— Мне хотелось бы, чтобы он выжил, — вздохнул Оранус.

Закрыв за собой дверь, он спустился по лестнице и вышел в ночной сад. Тела погружали на две повозки — на первую положили Аппиуса с дочерью, на вторую — слуг-ценийцев и погибших рыцарей. Доктор Ралис взобрался на первую повозку и сел рядом с Аппиусом и Лией. Оранус приказал караульным сопровождать первую повозку в морг.

Когда тела внесли в морг, Ралис пожелал остаться с ними.

— Он был моим генералом, — сказал он, — и великим человеком. Я подготовлю тела к погребению.

— Не подписывайся под некрологом, — предупредил Оранус, — их казнили по приказу Наладемуса.

— Я знаю.

Оранус вернулся домой. Он искренне горевал о смерти Аппиуса. Старик служил Городу верой и правдой, и Оранус не мог представить, какое преступление он должен был совершить, чтобы заслужить такую смерть. К полуночи уставший и измученный Оранус прилег на постель и приготовился к очередной ночи, полной кошмаров и ужасов. Но он спал без сновидений и впервые за многие годы проснулся, когда уже вовсю светило солнце. Оранус встал, подошел к окну и стал смотреть на зеленые холмы и видневшийся вдали лес.

— Новый день! — произнес он вслух, и только он так сказал, страхи прошлого утратили силу и рассеялись, как дымка на ветру.

Он почувствовал себя живым и свободным, и будущее, еще вчера казавшееся мрачным и призрачным, сейчас ярко сияло в лучах утреннего солнца. «Как же это случилось? » — подумал он. А потом вспомнил старуху и ее слова: «Теперь, возможно, ты обретешь покой». Посреди горя и ужаса событий, произошедших в доме Аппиуса, он не обратил внимания на ее слова. Откуда она могла знать о его страхах и мучениях? «Она наверняка ведьма», — решил Оранус.