Единственная для Барса - Алина Углицкая

Лика глянула на стрелку спидометра. Сто пятьдесят!

Поймав ее испуганный взгляд, Кир сбросил скорость, и стрелка тут же перепрыгнула на сто двадцать. Лика шумно выдохнула.

— Ты сказал, что нам нужно поговорить, — она искоса посмотрела на Кира. — О чем?

— Скоро узнаешь.

Нет, такой ответ ее не устраивал. Тоненькие черные бровки недовольно сошлись к переносице.

— Куда ты меня везешь?

На это раз ее вопрос был проигнорирован. Лика почувствовала, как в груди появился небольшой холодок.

— Кир… ответь, куда мы едем?

Молчание.

Охваченная внезапно возникшей паникой, Лика схватилась за ручку двери.

— Скажи, куда мы едем, или я выпрыгну! — пригрозила она как можно убедительнее. Ей было страшно, она боялась этого непонятного типа, не зная, чего ждать от него.

— Ты меня боишься?

Такой ответ заставил ее растеряться. Это было совсем не то, что она хотела услышать.

— Да. — Лика чуть вздрогнула, когда раздался сухой щелчок. Теперь все двери были заблокированы.

— Настолько, что готова выпрыгнуть из машины на полном ходу?

Вопрос был резонным. И справедливым.

Он заставил Лику остыть. Но сдаваться она не собиралась.

— Да! — заявила с детским упрямством.

Он немного помолчал, потом спросил:

— Помнишь, о чем мы разговаривали сегодня?

— Эм…

Конечно, она помнила. Помнила все, до мельчайших подробностей. Но сделала вид, что такая мелочь давно вылетела из головы.

От Кира не укрылся этот пассаж.

— Мы говорили о твоем отце, — напомнил он, следя за тем, как меняется лицо Лики. Ей явно не хотелось снова поднимать эту тему. — О том, что он не человек, как и я. Как и ты.

Последнюю фразу он выделил особо.

Лика надулась.

— Я не хочу говорить об этом.

— Тебе придется. В твоем отце заложены гены тигра, значит в тебе они тоже есть.

— Не думаю, что ты имеешь право лезть в мою личную жизнь, — она покачала головой.

Зверь недовольно взрыкнул. Он не имеет права лезть в ее личную жизнь! Она так и сказала?

Стромов сузил глаза.

У него были женщины. Ласковые, покладистые, с широкими бедрами и тяжелой грудью. Молчаливые и понятливые. Именно таких он предпочитал. Он искал в них слабость, которая хорошо гармонировала с его силой, успокаивая и охлаждая огонь, бурлящий в крови.

Но эта девчонка, казалось, решила до конца испытывать его терпение.

Стоило им только встретиться в первый раз, как он понял, что спокойные дни для него закончились. Но даже тогда он не думал, что главная проблема еще впереди. И вот сегодня вечером, встречая ее у выхода с территории базы, он столкнулся с этой проблемой лоб в лоб.

Кир снова посмотрел на Лику. На этот раз изучающе. Но девушка отвернулась к боковому окну.

Или действительно не знает, что с ней происходит, или хорошо притворяется. Она не такая невинная овечка, чтобы не замечать очевидного. Он должен выяснить это здесь и сейчас.

— Ты изучала веров и знаешь, что ими руководят инстинкты, — заговорил он, стараясь сохранить спокойствие, хотя с каждой минутой это становилось все труднее. — Их жизнь подчиняется особому распорядку. Особенно у женщин. И сейчас ты одна из них.

Лика вздохнула.

— Ты ошибаешься. Я не могу быть вером. Посуди сам, если бы во мне было хоть какое-то отклонение от нормы, меня давно бы вычислили и выслали в резервацию.

— Меня же не вычислили. При желании любой может подменить карту крови и ДНК, не говоря уже о сотне способов изменить глаза.

Лика хмыкнула.

Так и есть, он носит линзы, которые делают его глаза такими необыкновенно синими. Интересно, а какого они цвета на самом деле?

Но вместо этого она продолжила развивать свою мысль:

— У меня глаза родные и, как видишь, вполне человеческие. Я сегодня провела целый день под носом у военных и научных сотрудников. Они видели веров собственными глазами. Изучали их, убивали. Но ни один из них не заподозрил вера во мне.

Кира передернуло от ее слов.

— И тебе ничего не показалось странным? — процедил он, крепче сжимая руль.

— Что именно?

— Например, необычное внимание к твоей персоне с мужской стороны?

Лика пожала плечами.

— Я новенькая. Понятное дело, вызвала интерес.

Кир издал глухой рык.

— Интерес? — Его лицо покрылось испариной. Жилка на виске запульсировала сильнее. — Ты даже не представляешь, что это за интерес! У тебя проблемы, Лика, большие проблемы. Пора повзрослеть и научиться смотреть правде в глаза.

Она фыркнула.

— Пока у меня только одна проблема. Сумасшедший мачо рядом со мной.

Ей показалось, будто Кир скрипнул зубами. Это заставило Лику внимательнее присмотреться к мужчине, который сидел рядом с ней. Его лицо было похоже на гипсовую маску, таким бледным и застывшим оно казалось, и только шрам полыхал на правой щеке безобразным рубцом.

Этот шрам в который раз вызвал у девушки укол болезненного любопытства. Не отвращения, нет, именно любопытства. Она почувствовала желание протянуть руку и прикоснуться к нему кончиком пальца. Провести вдоль рубца, едва касаясь. А потом, может быть, прикоснуться к нему и губами…

— Сядь!

Рука девушки застыла в воздухе.

Лика растерянно моргнула. Посмотрела на свои пальцы, которые почти касались щетины, пробившейся на щеке Кирилла.

О, боже, она едва не начала ощупывать его прямо здесь! Да что это с ней?

Лика поспешно опустила руку и на всякий случай сжала ладони в замок.

— Извини, — вырвалось у нее. — Я не хотела.

По телу девушки прокатилась крупная дрожь. Она почувствовала тепло между бедер и влагу, а потом появился легкий зуд, который заставил ее заерзать на кресле. Покраснев, Лика закусила губу. С ней явно что-то происходило, и это что-то было связано с большим плохим парнем, который сидел слева. Но его самого, похоже, это не радовало.

— Вот об этом нам и нужно поговорить, — процедил Кир отрывисто.

Впереди показалась россыпь разноцветных огней. Город был совсем близко, но чем ближе он становился, тем больше машин появлялось на дороге.

Кириллу пришлось окончательно сбросить скорость. Сжав зубы и матерясь про себя, он лавировал в потоке автомобилей. Присутствие девушки лишало его привычного хладнокровия и реакции. Не верить собственным ощущениям он не мог: Лика делала его слабым.