Бункер. Иллюзия - Хью Хауи

— Я могу начать завтра. К утру мы, скорее всего, запустим резервный генератор. Если я отработаю сегодня ночью еще одну смену и проверю, что прокладки и уплотнения…

— Нет, — прервала ее Джанс, поднимая руку. — Как скоро ты сможешь начать работать шерифом? — Она покопалась в открытом рюкзаке, разложила на кровати папки и стала искать в них контракт.

— Я… Я думала, что мы это уже обсудили. Меня совершенно не интересует…

— Из таких получаются лучшие, — заметил Марнс. — Из тех, кого такая работа не интересует.

Он встал напротив Джульетты, сунув большие пальцы в карманы комбинезона и прислонившись к стене.

— Мне очень жаль, но здесь нет никого, кто смог бы так просто меня заменить, — возразила Джульетта и тряхнула головой. — Вы не отдаете себе отчета, чем мы тут занимаемся…

— Думаю, это ты не отдаешь себе отчета, чем мы занимаемся там, наверху, — прервала ее Джанс. — И почему ты нам нужна.

Джульетта кивнула и рассмеялась:

— Слушайте, у меня тут есть такие машины, что вы вряд ли сможете понять…

— И что в них хорошего? — спросила Джанс. — Что эти машины делают?

— Да они поддерживают всю жизнь в нашем чертовом бункере! Вы поглощаете кислород, когда дышите? Мы здесь регенерируем воздух. Вы выдыхаете токсины? Мы закачиваем их обратно в землю. Или вы хотите, чтобы я написала список всего, что производится из нефти? Каждый кусочек пластика, каждый грамм резины, все растворители и чистящие средства, я уже не говорю об электричестве, которое генерируется за счет сжигания нефтепродуктов. Буквально все!

— Но все это было здесь еще до твоего рождения, — отметила Джанс.

— Ну так я вам скажу, что до конца моей жизни машины бы не протянули — в том состоянии, в каком они были. — Она опять скрестила руки и прислонилась к стене. — Думаю, вы не понимаете, в какой заднице мы бы оказались без этих машин.

— А я думаю, что ты не понимаешь, насколько бессмысленным станет здесь все, если не будет людей.

Джульетта отвернулась. Джанс впервые увидела, как она вздрогнула.

— Почему ты никогда не навещала отца?

Джульетта резко повернула голову и уставилась на другую стену. Затем убрала со лба прядь волос.

— Сходите и посмотрите мой рабочий график, — предложила она. — А потом скажите, где в нем отыскать для этого время.

Прежде чем Джанс успела ответить, что отец — ее семья, а для семьи всегда найдется время, Джульетта повернулась к ней.

— Думаете, мне наплевать на других людей? Так, да? Но вы ошибаетесь. Мне дорог каждый человек в этом бункере. А мужчины и женщины здесь, на забытых нижних этажах, и есть моя семья. Я встречаюсь с ними каждый день. Делю с ними хлеб. Мы работаем, живем и умираем рядом друг с другом. — Она взглянула на Марнса. — Разве не так? Вы это видели.

Марнс ничего не ответил. Джанс задумалась, не послышался ли ей акцент на слове «умираем».

— А вы спрашивали отца, почему он никогда не приходил повидаться со мной? У него-то на это есть время. Его там ничто не держит.

— Да, мы с ним встречались. И твой отец, похоже, очень занятой человек. Он такой же целеустремленный, как и ты.

Джульетта отвернулась.

— И такой же упрямый.

Джанс оставила бумаги на кровати и подошла к двери, остановившись всего в шаге от Джульетты. Она ощутила запах мыла от ее волос. Увидела, как ее ноздри трепещут от быстрого и тяжелого дыхания.

— Дни идут и погребают под собой небольшие решения, верно? Решение не навещать отца, например. Первые несколько дней пролетели достаточно легко, подталкиваемые гневом и молодостью. Но потом они накапливаются, как гора непереработанного мусора. Разве не так?

Джульетта отмахнулась:

— Не знаю, о чем вы.

— Я говорю о днях, которые превращаются в недели, а те — в месяцы и годы. — Она едва не сказала, что сама попала в точно такую же ситуацию и ее дни все еще продолжали копиться, но рядом был Марнс, и он слушал. — Через какое-то время ты становишься злой только для того, чтобы оправдать старую ошибку. Это превращается в игру. Двое смотрят в разные стороны, отказываясь повернуться из страха быть первым…

— Все было не так, — возразила Джульетта. — Я не хочу вашу работу. И не сомневаюсь, что у вас есть множество тех, кто ее хочет.

— Если это будешь не ты, то место шерифа займет некто, кому я не могу доверять. Уже не могу.

— Тогда дайте эту работу другой девушке, — улыбнулась она.

— Или ты, или он. И я считаю, что он станет больше прислушиваться к указаниям с тридцатых, чем к моим. Или соблюдать Пакт.

Кажется, на эти слова Джульетта отреагировала, — по крайней мере, она опустила скрещенные на груди руки. Обернувшись, она встретилась взглядом с Джанс. Марнс молча наблюдал за происходящим.

— Последний шериф, Холстон… что с ним произошло?

— Он ушел на очистку.

— Добровольно, — мрачно добавил Марнс.

— Знаю — но почему? — Она нахмурилась. — Я слышала что-то насчет его жены.

— Ходят разные слухи…

— Помню, как он говорил о ней, когда вы приходили сюда вдвоем расследовать смерть Джорджа. Сперва я подумала, что он флиртует со мной, но он мог думать только о своей жене.

— Пока мы находились здесь, они участвовали в лотерее, — напомнил Марнс.

— Да. Точно.

Некоторое время Джульетта смотрела на кровать с разбросанными по ней бумагами.

— Я не знаю, как выполнять эту работу. Я умею только чинить разные машины.

— Практически то же самое, — пояснил Марнс. — Ты тогда здорово помогла расследованию. Ты понимаешь, как работают машины. Как взаимодействуют детали. Видишь маленькие подсказки, которых другие не замечают.

— Но вы говорите о машинах.

— Люди от них не очень-то отличаются, — заметил Марнс.

— Полагаю, ты это уже знаешь, — заговорила Джанс. — Думаю, у тебя правильное отношение к делу. Правильная склонность. Отличие лишь в том, что должность шерифа — слегка политическая. А расстояние — это даже хорошо.

Джульетта покачала головой и посмотрела на Марнса.

— Потому вы и выдвинули меня, да? Интересно, как к вам пришла эта идея?

— Ты хорошо справишься, — сказал Марнс. — Думаю, ты будешь чертовски хороша во всем, за что возьмешься. И это гораздо более важная работа, чем ты считаешь.

— И я буду жить наверху?

— Твой офис расположен на первом этаже. Возле шлюза.

Похоже, Джульетта задумалась. Джанс была рада уже тому, что та стала задавать вопросы.

— И зарплата больше, чем ты зарабатываешь сейчас, даже со сверхурочными.