Четырнадцатая дочь - Екатерина Федорова

– В детской замка Фенрихт тогда было восемь детей, – заметил герцог Франц. – Полгода назад самым старшим был мальчик – Мар, сын Инга Цирал-Тарланьского. Очень разумный парень для своих четырнадцати лет. Если только его не переодели в женское платье и не нарекли новым именем…

– Нет, – отрицательно мотнул головой Рут. – Эта Татьяна девица. У нее на платье был вырез, в нем виднелись… доказательства.

Про то, что означенная княжна Татьяна еще и юбки в его присутствии задирала два раза, и ножки под юбками были вполне женские, он решил не упоминать. Это были мелочи. Наличия груди достаточно.

– Вот как…

Герцог встал, размашисто дошагал до ряда окон напротив, толкнул тяжелую створку, крикнул:

– Ирили ко мне!

И пожаловался, возвращаясь к Руту:

– Вот вроде бы герцог, а чтобы кого-то призвать пред мои герцогские очи, приходится бегать к окну. Говорят, во дворце кагана Серендиона в каждой комнате висят шнурки. Дернешь за такой шнур, а в комнатах прислуги внизу тут же начинает звонить колокол. И кто-нибудь из слуг сразу мчится узнать, чего изволят наверху. У них много чего есть, они это именуют простой магией.

– Я могу сегодня же распорядиться, – с готовностью сказал Рут. – Шнур пропустим через окно, колокол повесим во дворе.

Отец улыбнулся краем рта.

– Месяц назад я беседовал по блюдцу с сиятельным верховным Герго из Совета магов. И он мягко намекнул мне, что Кир-Авер не потерпит распространения простой магии. По неизвестной причине Совет магов не хочет, чтобы мы вешали шнурки и колокола. А вот и наш маг…

За дверями зала послышались шаги. Ирили летящими шагами подошел к скамье, склонил голову перед герцогом, косо глянул на его сына.

Боится, что я привез новости о событиях, которые он не сможет объяснить – после того, как не смог предугадать, подумал Рут.

Придворный маг герцога, человек лет тридцати с небольшим, черты лица имел приятные – ровный нос, аккуратный подбородок и гладкий лоб без морщин. Торс туго обтягивал фиолетовый камзол со свободными полотнищами вместо рукавов – эта мода недавно пришла из Халкидии. Пышные штаны до колен делали фигуру странно женственной. На голове у мага была повязка с пером и брошью, тоже в халкидийском стиле.

– Ирили, друг мой, – начал герцог. – Я помню, вы когда-то любили хаживать в Фенрихт…

Ирили приподнял одну бровь, по гладкому лбу пошла рябь морщинок.

– Ваше сиятельство, стоит ли об этом говорить?

– О некоторых случаях говорить не стоит, но вспоминать нужно, – небрежно заметил герцог. – Тут до нас дошли слухи, что во времена, когда вас пускали в Фенрихт, вы поглядывали как на княжну Элерию, так и на другую особу. Мне называли такое забавное имя – Татьяна, кажется…

– Это ложь! – возмутился Ирили. – Этот полоумный Тарлань просто не знает, как бы содрать с меня еще один серебряк! Никакой Татьяны у них в Фенрихте не было!

– Вот как? – заметил герцог, внимательно вглядываясь в лицо мага. – Стало быть, мне наврали? Ах эти люди, они так… гм… лживы. Но вернемся к нашим делам, Ирили. Мой сын принес вести из Ярга. Неутешительные вести.

Рассказ герцога был значительно короче рассказа Рута. Из него исчезла не только княжна Татьяна, но и слова, что она услышала. Закончив, его сиятельство спросил с легкой печалью:

– Ирили, у вас есть какие-нибудь идеи?

Ирили глянул на герцога с мрачным воодушевлением.

– Конечно есть, мой повелитель. Князь Тарлань, я уверен, давно замышляет отплатить вам злом за добро. Хотя Тарланьский дом и не владеет более единолично Источником Силы, у него имеется кое-что из прежней эпохи. Вы знаете, как Тарланьский дом избежал полного уничтожения в Ночь Восставших магов? Они применили нечто, что Дар Тарлань тысячу с лишним лет назад забрал у адельбергских магов, основу их злой магии…

– Да-да, – перебил его герцог Франц. – А как вы думаете, Ирили, зачем им понадобилось уничтожать Ярг?

– Они потеряли свой престол, а теперь зарятся на вашу герцогскую скамью! – выпалил Ирили. – Ярг был пробой, мой герцог. Теперь Тарлани убедились, что наследие злых магов может уничтожать людей внутри строений, и от этого нет защиты. Мой повелитель, на вашем месте я бы срочно покинул Вагран. В любой момент Тарлани могут применить здесь то, что опробовали в Ярге.

– Звучит разумно, – задумчиво ответил герцог. – Но вы же понимаете, Ирили, если я уйду отсюда, то потеряю свою герцогскую скамью. С другой стороны, оставшись, я могу потерять жизнь. Знаете, Ирили, мне надо подумать над этим. Благодарю вас за совет и предупреждение. Ступайте, я буду размышлять.

Ирили поклонился и вышел.

– Он и вправду верит, что мы можем сбежать из Ваграна? – спросил Рут с плохо замаскированным изумлением.

Вокруг глаз его сиятельства собрались насмешливые морщинки.

– Ирили верит в то, во что ему хочется верить. С другой стороны, я два года искал среди выпускников Академии магов именно такого, как он. Насмешек над ним я не потерплю. Маг, которым можно управлять, – это достояние. Обычно они сами стараются управлять своими властителями.

Рут сдвинул брови, шевельнулся на скамье.

– А история с княжной Элерией? Как-то это слабо сочетается со словами «можно управлять».

– Я управляю магом, Рут. А вот мужчиной, в котором этот маг обитает, – нет. Но поговорим лучше о Нисайе.

– То есть это слово – или имя – вам знакомо? – с расстановкой спросил Рут.

– И тебе должно быть знакомо. Помнишь, как я упоминал о тайной комнате библиотеки? И о том, что каждый наследник должен заглянуть в лежащие там записи первых Боресков с кровью эрни? В них есть и история с королевой Нисайей.

Рут прикусил губу, глянул в окно, потом снова на отца.

– Отец, я до этих записей еще не дошел. Тренировки на мечах, с кристаллами и без… Часы, которые я должен провести в управах. Другие дела…

Другими делами были поручения герцога, которые он начал выполнять три месяца назад, после совершеннолетия. Причем поручения занимали большую часть дня. А когда его послали в Ярг, так и весь день. О тайной комнате библиотеки Рут даже не задумывался – некогда.

– Ты теперь совершеннолетний, Рут, – заметил отец. – Если завтра со мной что-то случится, на скамью сядешь ты. И будущему герцогу следует знать, как мы заняли этот престол. Даже теперь, по прошествии пятисот восьмидесяти шести лет, история с королевой Нисайей – тлеющий уголь под моей скамьей. И под всем родом эрни. Да, мы сделали все, чтобы люди не помнили эту историю, но это не значит, что и нам следует забыть ее.

– Я сегодня же, – Рут виновато кивнул, – исправлю свое упущение, мой герцог.

– Сегодня ты будешь занят, – отозвался герцог Франц. – Твоя мать желает тебя видеть. Кроме того…

Он на мгновенье задумался.