Прозрачные драконы - Шон Макмуллен

— Мне бы так хотелось узнать что-нибудь об утонченной вежливости, прежде чем я вернусь на Диомеду.

— Ну тогда после путешествия вы можете смело говорить, что у вас была есть связь с придворным.

«Я бы никогда не смог стать великим соблазнителем, моя честь воспротивилась бы этому, — подумал Эндри, устало передвигая ноги и таща сумки. — Я только что подумал о том… что же я подумал? Я — благородный? Эндри Теннонер из Баржардса? Четырнадцатый из семнадцати детей? В мадам Джилли, по крайней мере, есть изысканность. Изысканность? Я только что подумал об изысканности? Когда я помыл волосы, наверно, что-то произошло с моими мозгами. Или, может быть, это случилось из-за выведения вшей. Но как Мелье оказалась втянута Уоллесом в эти глупые шутки? Если женщина хоть немного умна, она будет вести себя хоть немного по-умному!»

Эндри был все еще погружен в свои мысли, когда они подошли к «Буйной пташке». Поднимаясь на борт, Мелье положила руку на локоть Уоллеса. За ними плелся Эндри с сумками. Их встретил капитан, который долго и тщательно рассматривал бумаги Мелье.

Уоллес представил ее как Терикель, немного смутившись — ведь он знал, кто она на самом деле. Капитан наклонился к ее уху, и что-то прошептал ей. Она дала ему пощечину. «Интересное путешествие намечается», — подумал Уоллес, передавая сумки Мелье матросу, стоявшему около пассажирского люка и пытавшемуся сдержать смех. Никто не обратил на Эндри внимания до отплытия, которое произошло вечером.

— Разрази меня гром, если это не молодой Теннонер! — воскликнул старый моряк — знакомый Эндри, внезапно увидевший его.

— Собственной персоной, — просто ответил Эндри.

— Но на борту для тебя нет места. Мы сегодня наняли плотника и помощника плотника.

— Но на сей раз я пассажир, — сказал Эндри. — Я нахожусь на службе у этой диомеданской госпожи, у которой есть билет на дорогу в родной город. Я наемный охранник.

— Ты наемный охранник? — засмеялся старый моряк.

— Я обладаю особыми навыками, помогающими мне в работе. Отличная погода для плавания, да?

— Ну да, вот только сколько это продлится?

В этот момент появился Уоллес, взял одну из сумок Мелье, затем исчез вместе с ней в пассажирском люке. Эндри заметил, как капитан бросил на них сердитый взгляд. Он потер лицо и позвал старого моряка. Они разговорились, начали шутить и смеяться. У Уоллеса намечается интересное путешествие, решил Эндри. Возможно, сначала в еду подсыплют дозу слабительного, и у него начнется легкое недомогание, во время которого капитан будет расписывать Мелье прелести положения его фаворитки. С другой стороны, когда начнется сильная качка за пределами гавани, вероятно, Уоллесу уже не понадобится что-то дополнительное, чтобы плохо себя чувствовать. Возможно, и Мелье не покажется хорошей компанией.

«Почему я такой ужасный растяпа, и постоянно отталкиваю людей? — удивлялся Эндри. — Кто я? Дворянин, оставшийся сиротой или покинутый родителями, и выросший в Баржардсе?» Без сомнения, он был похож на своего отца, высокого, костлявого и упрямого. Наверняка бы кто-то заметил, если бы они с матерью не были похожи. И ведь Эндри унаследовал ее способность запоминать все до мельчайших подробностей и быстро учиться. Когда он был у мадам Джилли… его украденный ребек! Теперь Эндри вспомнил, что он забыл его в Доме Отдохновения мадам Джилли, в ее спальне.

Первой мыслью Эндри было спрыгнуть на пирс и мчаться обратно, швартовы уже были отданы, и небольшое судно стояло в ожидании сигнала, чтобы начать буксировку «Буйной пташки» в открытое море. «Нет, это хорошая причина для визита в следующий раз с невинным видом», — решил Эндри, но неожиданно для себя ударил кулаком по перилам корабля: — «К черту невинность, я хочу сейчас обратно в комнату мадам Джилли и делать с ней то, что делает Уоллес с Мелье в ее каюте!»

День почти закончился, но погода была прохладной, как обычно при торейских бурях. «Когда я снова увижу мадам Джилли…», — подумал Эндри — и больше уже ни о чем не думал.

Лафонтен и Тальберан неторопливо прогуливались вокруг каменной кладки Центрас, которую все не только покинули, но и оставили без охраны. За ней устанавливали три дополнительных каменных кольца.

— Я все-таки не уверен в необходимости дополнительных колец, — признался Тальберан. — Да и как можно назвать те штуки каменными кольцами, если даже мегалиты — лишь деревянные стулья с высокими спинками?

— Ну, сиденья-то каменные, выполненные специально в форме ягодиц. И находятся они на каменных плитах.

— Это не одно и то же. Древние…

— Древние построили маленькую конструкцию, и она должна была работать. Мы же воздвигаем самый огромный механизм, который только могут соорудить смертные.

— А что с центральным мегалитом?

— Я думаю, мы знаем, что пошло не так, сейчас все проясняется. Любая эфирная энергия должна проходить через центральный мегалит, и необходимо, чтобы он сочетался с остальными шестнадцатью и дополнял их. Наш мегалит оказался слишком низко из-за кратера, вот и рвануло!

Лафонтен поднял руки к небу, возмущенный: — Это «рвануло», как ты изволил выразиться, стоило нам доверия каждого мага в лагере. Сейчас никто по своему желанию не станет в этом участвовать.

— Нам нужно постараться держать проблему в секрете.

— В секрете? — Лафонтен засмеялся. — Как? На каждого в радиусе четырех сотен ярдов попали клочки Астеншаля.

— Ну, мы все-таки можем создать хоть какую-то завесу секретности. Сергаль находится у каменной кладки Логьяр. Он достаточно могущественен и опытен, чтобы заменить Астеншаля. Я сегодня вечером отбываю и вызову его сюда. Тем временем ты должен начать строительство каменной плиты в центре кратера, чтобы потом установить центральный мегалит на одном уровне с остальными.

— Весьма неприятным путем мы выяснили правду насчет этого кратера.

— Зато мы раскрыли древнюю тайну.

Эндри обнаружил, что стоит в полумраке, а напротив него — очень стройная незнакомка. На первый взгляд она казалась полностью обнаженной, но если вглядеться, становилась заметна облегающая белая одежда, оставляющая открытыми только руки, ступни и голову. За спиной девушки тихо плескалась неторопливая темная река, а у берега покачивалась самая прекрасная лодка, которую Эндри когда-либо приходилось видеть. Весла были такими длинными и тонкими, что походили на лапки паука. Девушка держала раскрытой огромную книгу.

— Что-то мне не по себе, — сказал Эндри.

— Ты знаешь, кто я? — спросила девушка.

— Ты перевозчица, но имени твоего я не знаю.

— А почему я здесь?

— Думаю, потому, что я мертв.

— Теоретически да… но есть одна проблема.

— Ты не такая, какой я тебя себе представлял. Ты должна быть старухой в лохмотьях, с палкой и на черной лодке.

— Перевозчицы все разные. Я вообще-то работаю на другой мир. Было слишком много смертей, когда горела Торея, так что работы до сих пор хоть отбавляй.