Месть Змеи - Кертис Джоблинг

– Договорились, – дрогнувшим голосом сказала герцогиня. – Мы в самом скором времени обо всем побеседуем. А сейчас юным леди необходимо отдохнуть, вымыться и переодеться.

Уитли вспыхнула при мысли о том, что сейчас ее мать больше всего волнует внешний вид дочери. В этом, как никогда раньше, дало знать о себе происхождение матери – она была урожденной Ранье Лисицей, и это роднило ее с Гретхен. Если девушку из Хеджмура привела в восторг перспектива принять ванну и надеть чистое платье, и в этом она была целиком солидарна со своей тетушкой, то главные мысли Уитли были совсем о другом.

– Если позволишь, мама, я хотела бы сопровождать капитана Харкера и доложиться мастеру Хогану.

Ранье отпустила от себя Гретхен и внимательно, оценивающе посмотрела на дочь.

– Он был прав, однако, – произнесла жена лорда-медведя.

– Кто? – не поняла Уитли.

– Твой отец. В своем последнем письме из Хайклиффа он написал, что ты расцвела и стала настоящим следопытом из Лесной стражи.

При упоминании об отце сердце Уитли болезненно сжалось.

– О нем что-нибудь известно?

– Ничего достоверного, любовь моя. Львиная гвардия распространила слух о том, что он был убит Лукасом в Хайклиффе, но тело его не обнаружено. Те, кто бежал из города, уверяют, что он спасся, но и у них нет никаких веских доказательств. Нам остается только надеяться на то, что ему удалось уйти.

Уитли сглотнула подкативший к горлу комок. Ей не хотелось ни думать, ни говорить о том, что, чем больше времени проходит с момента исчезновения отца, тем более вероятным становится то, что распространяемые Львиной гвардией слухи верны. Девушке хотелось заплакать, но она не могла позволить себе разрыдаться на глазах у своих придворных. «Никогда не показывай своей слабости, дочка», – часто повторял ей отец. Она должна следовать его советам.

– Я скоро вернусь, только повидаюсь со своим наставником, ваша светлость, – сказала Уитли, вновь превращаясь в исполнительного следопыта.

Ранье неохотно кивнула и отпустила дочь.

Харкер и Уитли поспешили прочь, пробираясь между запрудившими проходы Большого Дуба стражниками в зеленых плащах. Это было не так-то просто – каждый житель Брекенхольма хотел поприветствовать их, пожать им руки. Уитли отчетливо ощущала скрытую под маской радости печаль солдат и простых горожан – все они продолжали оплакивать в душе утрату Брогана и, возможно, Бергана. Уитли и Харкер выбрались наконец на Даймлинг-роуд и направились на север, к Гарнизонному дереву.

Гигантское дерево осталось таким, каким его запомнила Уитли, знакомым до последней трещинки в коре. Этот Черный Дуб, оставшийся одним из самых ярких детских воспоминаний девушки, был виден буквально с любой точки города, он был примечателен тем, что на его длинных темных ветвях никогда не появлялось ни единого зеленого листика. Если Большой Дуб был деревом-красавцем, то Черный Дуб можно считать его уродливым кузеном.

У Черного Дуба их ожидал караул в парадной униформе, на черных нагрудных пластинах солдат ярко сияли тисненые серебристые силуэты деревьев. Охранники приняли и повели на конюшню лошадей, на которых подъехали Уитли и Харкер, – Уитли с радостью подумала о том, что ее верный Ченсер наконец-то сможет отдохнуть после долгих скитаний.

– Сюда, странники! – раздался голос, и в дверях Гарнизонного дерева появилась радушная физиономия Мэчина. В последний раз Уитли видела Мэчина в Кейп Гала, когда они отсылали его в Брекенхольм с донесением о гибели Брогана и его людей от рук Львиных гвардейцев Лукаса.

– Ты жив! – радостно воскликнула Уитли и подбежала, чтобы пожать Мэчину руку.

– Простите, если это разочаровало вас, миледи, – хмыкнул Мэчин, салютуя Харкеру. Капитан обнял това, похлопал его по спине.

– Рад видеть тебя, Мэчин, – сказал Харкер и добавил, похлопывая на этот раз по животику Мэчина: – Вижу, ты тут неплохо успел отдохнуть.

Мэчин многозначительно хмыкнул в ответ и сказал, улыбаясь:

– Пойдемте. Думаю, у нас в буфете кое-что найдется и для двух уставших с дороги путников, капитан.

Все трое повернулись к входу в Черный Дуб и замерли – на пороге стоял мастер Хоган с суровым бледным лицом, на котором выдавался вперед небритый подбородок, похожий на брусок шершавого песчаника. Увидев Уитли, старый следопыт удивленно поднял бровь.

«Он явно не одобряет мои похождения с капитаном Харкером, – подумала Уитли. – И то сказать, официально я не имела права отправляться с ним в разведку, ведь я еще не числюсь членом братства следопытов».

Хоган кивнул, глядя поверх плеча стоящей перед ним Уитли.

– Вижу, ты вооружилась дубинкой, как подобает настоящему следопыту.

– Да, мастер, – нервничая, ответила Уитли. – Видите ли…

– Пойдемте внутрь, здесь холодно, – прервал ее Хоган и подмигнул. Мэчин и Харкер улыбнулись. – Раз уж мы здесь, нужно будет заглянуть к интенданту, посмотреть, нет ли у него подходящего по размеру зеленого плаща для нового следопыта.

Уитли бросилась на грудь Хогану, тот обнял ее за плечи и повел новоиспеченного следопыта Лесной стражи внутрь Гарнизонного дерева.