Ожившие легенды - Дарья Демченкова

– Сделайте хоть что-нибудь! – доносился откуда-то издалека голос Полара. – Он не должен умереть! – кричал эльф, тряся стоявшего напротив гнома за отвороты плотной матерчатой куртки.

Полар явно провоцировал коротышку на драку. В душе он надеялся, что сейчас низкорослый житель гор сорвется, ударит его и вслед за этим произойдет потасовка. И в этой драке эльф выплеснет из себя все: боль, гнев, ужас, а главное – страх. Страх возможной расплаты за свою глупость. А расплатой за смерть напарника в Гильдии наемников была смерть.

Но гном молчал. Он и его соплеменники взяли Полара в плотное кольцо. Словно сговорившись, коротышки смотрели куда угодно, лишь бы не встретиться взглядом с разъяренным отчаявшимся эльфом.

– Вероятнее всего, он умрет. – Невысокий житель гор с трудом освободился из мертвой хватки Полара и рывком одернул мятую куртку. – Мне жаль…

– Ну хоть что-нибудь… – Эльф опустился на пол и, размеренно раскачиваясь из стороны в сторону, тихо повторял: – Хоть что-нибудь… Ведь вся вина ляжет на меня…

– Я могу посоветовать вам, к кому можно обратиться.

Гном смотрел на Полара со странной смесью жалости и презрения. Он уже явно пожалел, что подобрал этих двух наемников у границы одного из северных плато Горри. Встрепенувшись от внезапной призрачной надежды, Полар подался вперед.

За то время, пока они совещались, Норд несколько раз терял сознание. Когда наемник снова пришел в себя, у его головы тихо беседовали двое: широкоплечий кряжистый гном и невысокая женщина. Северянин не видел их лиц, но слышал голоса. В поле его зрения находились лишь темные дорожные одежды незнакомки и темно-зеленый костюм гнома.

– Он умирает? – Слова звучали размыто и доносились как будто издалека, странным эхом повторяясь в раскалывающейся от боли голове наемника.

Спрашивала женщина. Голос ее был немолодой, низкий и раздражающе надтреснутый.

– Да, – хмуро ответил гном.

Норд постарался полностью сосредоточиться на этой беседе, цепляясь за остатки ускользающего сознания.

– Стоит попробовать…

В его губы мягко уткнулась прохладная плошка с водой. Северянин попытался отвернуться, но его тело категорически отказывалось подчиняться.

– Стой! – приказала женщина, и плошка исчезла. Несколько секунд спустя она снова оказалась у его лица. – Теперь пей!

Он пригубил горькую солоноватую жидкость и сразу почувствовал, как сознание проясняется, возвращается четкость восприятия, но все больше и больше деревенеют мышцы.

– Он станет идеальным хранителем Карты-ключа. Никто и никогда не догадается искать ее в живом человеке, – снова услышал Норд неприятный женский голос. Теперь он звучал слева. – Многие уже сейчас пытаются собрать Колоду и открыть портал. Но время еще не пришло. Еще рано вводить в игру все Карты. – Она помолчала. – Спрячем ее. А когда Карта нам понадобится, мы просто позовем этого бравого воина, и он придет. Ведь ты придешь, не так ли? – Теперь голос звучал у самого уха наемника.

– Это так рискованно. – Чувствовалось, что гном не уверен в правильности столь необычного решения. – Вдруг он умрет за эти годы?

– Его теперь будет не так-то легко убить, – заверила собеседница.

– А это не слишком ценный дар для простого наемника?

– Он это заслужил. Тэйлэйден заплатил главе Гильдии за то, чтобы его люди забрали Карту у троллей. Не уточняя, каким способом. Соглашение выполнено. Этот наемник пробрался в их общину, нашел артефакт и выкрал его. То, что тролли погнались за ним и его непутевым напарником, – это лишь неблагоприятное стечение обстоятельств и вина этого самовлюбленного олуха. – Незнакомка махнула рукой в сторону удрученного эльфа. – В следующий раз этот человек будет лучше подбирать напарников, прикрывающих его спину. Хороший урок на будущее.

– Да! Я виноват! – услышал Норд голос своего сослуживца. – Я не послушал его и захотел прихватить с собой одну из их никчемных безделушек! Не сделай я этого, они бы не спохватились! – Голос Полара сорвался на крик. – Вы понимаете, что, если он умрет, священный трибунал Гильдии четвертует меня! А я… Мне нельзя умирать! Я все же особа королевских кровей! – Он заговорил тише. – Я готов заплатить… слышите? Заплатить за то, чтобы эта история не покинула стен помещения. И к тому же, – нервно прокашлялся эльф, – Ветер должен выжить… Он же мой лучший друг, в конце концов!

– Как я погляжу, это именно то, что сейчас беспокоит тебя больше всего, – едко подковырнула Полара женщина.

Эльф лишь оскорбленно фыркнул в ответ.

– Позовите гномов, – услышал Норд приказ незнакомки. – Скажите, чтобы готовили операционную. Я расскажу им, что нужно делать.

Северянин почувствовал, что снова проваливается в вязкую тягучую дремоту. Перед его глазами появилась красивая игральная карта. На картинке был нарисован зеленый щит с белым крестом в центре. Казалось, он выступает из Карты и медленно растет, приближаясь. Наемник попробовал протянуть руку и коснуться его, но не смог пошевелиться. Карта легла ему на грудь, и по всему телу мужчины разлилось умиротворяющее тепло.

– Я позабочусь о тебе, – услышал он сквозь приятную дремоту тихий женский голос. – Спи.

И Норд провалился в темноту.

Полар с испугом и затаенной надеждой наблюдал, как молчаливые гномы оперируют его друга. Они находились в просторном полуподвальном помещении, специально оборудованном под походную операционную. Посреди комнаты на длинной белоснежной простыне, накинутой на широкий железный стол, лежал Норд. Его грудная клетка была вскрыта. Справа и слева от северянина стояли два облаченных в длинные белые одеяния гнома. На лицах их были повязки. Один из них кривоватыми узкими щипцами извлекал из груди Норда осколки раздробленных чудовищным ударом тролличьей булавы ребер. Второй проворно прилаживал к вкрученному в стену крюку небольшой, похожий на улей резервуар. Из него тянулась узкая прозрачная трубочка, тонкая игла на конце которой была вставлена в вену на руке северянина.

Распахнулась дверь, и в операционную вошел еще один представитель низкорослой расы, неся на вытянутых руках диковинный механизм. Больше всего странная конструкция напоминала раздавленного паука, в центре которого мерцала игральная карта с нарисованным на ней щитом. Гном положил аппарат на поднос и поочередно извлек из механизма Карту, несколько клапанов, бугристую овальную крышку и небольшую пластину. В середине пластины оказалась широкая щель, в которую он ловко спрятал блеснувшую напоследок картинку. Примостив пластину к задней стенке устройства, механик уверенными движениями прикрепил собранное из клапанов и основания «сердце» тонкими короткими зажимами к клетке-держателю, затем защелкнул крышку, критически оглядел свое творение и, удовлетворенный результатом, протянул получившееся устройство коллегам.

– Вы понимаете, что никто и никогда не отваживался на подобное сумасшествие? – на всякий случай уточнил он у пребывающего в прострации Полара.