Аделаида: путь к Тьме - Ульяна Муратова

Аяла дулась целых две недели! Местных, по дюжине дней каждая. Просто тосковать по Гнеббису ей, видимо, было скучно, и она решила для комплекта позлиться на меня. Поэтому мучилась она самозабвенно, от души. И виноватой почему-то оказалась я. Можно подумать, по моей воле её недовозлюбленный умчался куда-то в столицу.

В жизни каждой девушки наступает такой момент, когда «любимый бросил, а подруга предала». А если не наступает, то его нужно придумать. В общем, натянув наш случай на глобус желания страдать, Ая получила вполне годный результат: отсутствующий возлюбленный мог запросто таковым считаться, доказательств не требовалось; а подруга в моём лице бегала следом в попытках поговорить, что, очевидно, подтверждало вселенскую вину и глубину раскаяния.

На контакт со мной она пошла только тогда, когда приехал Гнеббис и не удостоил её даже толикой внимания. Он вернулся из столицы с почтовым экипажем. Вечером мастер Рольг остался ужинать с нами, чтобы поделиться последними столичными сплетнями. Ему написал родственник из Нейпы. Повар достал из кармана письмо и аккуратно, бережно его развернул.

— Прошлым летом на наш мир напали гигантские ящеры-людоеды! Полчища из них наводнили Океан. Состоялось великое магическое сражение, равных которому до этого не было. Император Альмендрии Эрина́р Торма́нс принимал в нём участие вместе с Владыкой Севера и вторым советником царя Минхате́па Арх´терша́ном. Естественно, бравые маги врагов победили и мир защитили. В Арласта́не до сих пор выставлено одно такое замороженное чудище на потеху публике. Я сам не видел, но говорят, что высотой оно с трёхэтажный дом! От них спасли и царевну Минхате́па, что была два с половиной года назад похищена.

От таких новостей меня передёрнуло. Не очень хотелось участвовать в войне миров. Может, даже и к лучшему, что я всё прошлое лето провела в тишине и спокойствии библиотеки.

— Ой, да неужто правда? — загорелась Тарда.

— Двенадцать кланов Севера Владыка объединил прошлой весной, чего до этого не удавалось никому на протяжении тысяч лет, — степенно продолжил читать мастер Рольг. — И во всём этом участвовала иномирянка Кайрина, Катрина[1] или как-то так. Оказалось, что император тоже женился на иномирянке, зовут её Алина. Она-то императору по ночам всякое и нашёптывает. Во всех городах альмендрийцы теперь открывают школы для простолюдинов, больницы с водопроводом и приюты для сирот. Одну больницу для бедных вроде бы собираются построить у нас в столице. Среди наших аристократов эти новости вызвали горячие споры. Большинство считает, что кормить и лечить сирот зазря нет никакого смысла, а простолюдинам незачем осваивать грамоту.

— Уж верно, никакая грамота не надобна простому человеку! — встряла бабка Фикла. — Уж я-то жизнь прожила, знаю, об чём толкую. От грамоты этой только срамота всякая в мыслях!

— Брешешь ты, Фикла. Коли не грамота, как бы я письма читала? — загорелась глазами Тарда. — Нет, читать каждый должен разуметь. Так новости быстрее распространяются, и про других людей можно поскорее что-то изведать.

— А ведь есть ещё Новостной Журнал, что Ковен выпускает. Стоит он один золотой, там самые свежие вести всегда. Осенью на ярмарке торговали двумя позапрошлогодними, да не успел я купить, прямо из-под носа увёл паршивец какой-то. И, главное, со скидкой были, всего по двадцать серебрушек! — сокрушался мастер Рольг. — Тогда-то я дядьке-то и написал. Да только он в поездке был, только весной вернулся и сразу принялся мне отвечать. Слухайте дальше, что он пишет! В первый месяц зимы в Арластане состоялась всенародная Конференция. Обсуждали важные вопросы, представители приехали с разных стран. От Севера — сам Владыка с женой, от Минхатепа царевна с мужем, вторым принцем Альмендрии Эдда́ром. От Шемальяны ездил и сам Правитель, и грандай Даммир Асульский, как второй человек! — повар выразительно поднял палец в воздух.

— Ох, это ж наш господин! Второй человек в Шемальяне! И то верно, маг-то он сильнейший. Ой ли не самый сильный во всей Шемальяне! — обвела всех взглядом Тарда.

— И ещё! Прошлой весной в Арластане была эпидемия сонной лихорадки. Город закрыли, обложили, никого не впускали и не выпускали аж до лета. Говорят, что сама императрица лично простой люд лечила, а принцессы Торма́нсов ей помогали!

— А вы говорили, что я набрехала! — вскочила Тарда. — А ведь я рассказывала про лихорадку, что тысячи людей положила, дак вы ж не поверили! А оно вон как!

— Ой, сядь, неужто будешь верить байкам? Чтобы императрица, да сама лично лечила простолюдинов? Не бывать такому! Ты на нашу грандаю посмотри, а ведь она хоть и из Десятки родов, да не жена Правителю. Будет лечить кого? — хмыкнул Дий.

— Много ты знаешь! Дядька мой человек порядочный, брехать не станет! — нахмурился мастер Рольг.

— Он-то не станет, а ежели ему кто в уши надул? Нет, дивна сказка, да дюже несусветна! — оскалила Фикла на удивление крепкие зубы.

— Много ты понимаешь! — ответил повар, но былой уверенности в его голосе не прозвучало. — Остальное так, семейные дела. Новости я все рассказал.

— А я тоже письмо получила. От подружки из нейпского поместья Асульских, — задорно сверкнула глазами Тарда.

— И чаво там? — подалась вперёд бабка Фикла.

— А того! Женить будут грандаю Дельмину. Сосватали её за Саннора Рохского, того самого, учёного. А у грандая Даммира помолвка состоялась. С молодой грандаей Амари́льской. Говорят, что девица красоты необыкновенной. И магичка сильная!

— И что же, уедет грандая Дельмина-то? — с надеждой спросила Эльдига.

— Должна вроде бы. Да кто ж знает. Пока даже помолвка не состоялась, вроде бы должен он её тута навестить в последний месяц лета. Коли так, то может в первый день осени и поженятся. А далее увезёт он её, — авторитетно заявила Тарда. — Может быть, даже свадьба их тута состоится! — торжественно закончила она.

— Окстись! Только шуму да подзатыльников с этой женитьбы, — замахала руками бабка Фикла. — Нехай увозят её в другое поместье, на отраду другому народу.

Нестройный смех за столом показал, что такую позицию разделяют многие. Бабка Фикла зарделась от всеобщего одобрения, а Тарда, напротив, вспылила.