На Службе у Тирана. ТОМ 2 - София Ваго

Я сидел на скамейке и растирал руки, чтобы они стали горячими. Моя незавидная практика показала, что подписантам легче перенести “перемещение”, когда руки тёплые. Так страх подступает позже. Когда фактически уже всё сделано. Я поднял глаза. В деревне дома располагались полукругом, поэтому было удобно наблюдать за другими домами. Остальные 14 солдат поочередно выходили из домов и делали мне знак рукой. Поднятый вверх кулак означает, что население готово. Через 10 минут вышел 14-ый Солдат. Быстро, однако. Видимо, потрепало эту деревню нехило. 

Я свистнул. Раз. Ещё раз. Ещё раз. Солдаты кивнули и разошлись по домам. Сержант вышел из палатки. Я ему коротко кивнул и зашёл внутрь дома. На большой родительской кровати лежала девушка, которая старалась убаюкать своего брата. Она гладила его по голове и пела колыбельную. Мороз сковал тело. Она посмотрела на меня.

Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу свою работу! Я присел на край кровати, буквально ломая свои руки, разминая. Девушка это заметила. 

— Можно, пожалуйста, подушкой, а не руками? Простите, но я не хочу видеть Вашего лица или потом бояться прикосновений к шее, — она смотрела с испугом на меня. 

— Да, — я кратко ответил, — Позволишь?  — она кивнула, и я взял подушку из-под её головы. 

— Начните, пожалуйста, с Реглана. Я не хочу, чтобы он боялся, что остался один, — она взяла его за крохотную ручку. Парни говорили, что после какого-то определённого раза ломается психика, и ты становишься циником, но, видимо, мне до этого ещё далеко. 

— Закрой глаза, — скомандовал я девушке,  — И начни громко петь песню. На счёт три. Раз-два-три… 

Она начала петь. Я положил подушку. Сквозь слёзы, всхлипывая, держа за руку дергающегося от естественных позывов брата, она всё равно продолжала петь. С каждым её слогом, с каждым словом от меня будто отдирали живую плоть. Скоро песня закончилась. Я убрал подушку. Смахнул выступившие слёзы. Сглотнул ком в горле и накрыл их одеялом. 

Времени мало. Я вышел. Остальные солдаты уже были на площади. Вся команда в сборе. Я подошёл к Сержанту. 

— Драгфат,  — он наклонился ко мне,  — Если ты и дальше продолжишь также относится к перемещениям, то совсем скоро ты сдохнешь, понял меня? — он отстранился, не дожидаясь ответа, а дальше сказал громче всем собравшимся, — У нас есть 10 минут! Работаем методом сетки. Выход на частоту, захват душ, вытягивание. Времени на ошибки нет. Всем всё понятно? — мы кивнули, — Сетка будет у меня. Каждый вылавливает своих. Чтоб сработали как часы! Это ясно!?

— Так точно!  — мы повторили хором и по привычному встали вкруг. Фамильяр каждого из Солдат сел перед своим партнёром и положил лапы на ноги.

— Начали! — хлопнул в ладоши Сержант. Ударная волна прошлась по кругу. Взявшись за руки, мы начали переход. 

***

Колебание пространства и времени. Нахождение частоты смерти. Расширение амплитуды колебаний. Сержант в потоке на границе между жизнью и смертью стоит с искрящейся сеткой в руках. Каждый берёт её край и начинает идти вглубь. Всё ближе. Ближе к черте забвения. Вижу своих двух детей. С силой вытаскиваю их из потока в “сетку”. Смотрю на остальных. Что-то не так. Частота смерти начинает резонировать слишком сильно. Всё колеблется слишком быстро и часто. Сконцентрироваться на чем-то очень сложно. Будто началось землетрясение. Появляется чёрная дыра. Страшный сон сильнейшего на яву. Нас начинает засасывать всё сильнее. На ногах устоять всё сложнее. Только что умершие души начинают перемешиваться в общем потоке Смерти. Дышать становится невозможно. Я перевожу взгляд с сетки вперёд и как в замедленной съёмке Робина вышибает. Он, крича, стараясь зацепиться за пространство, залетает в неё. Сердце пропускает удар. Воронка становится больше. Мой страх увеличивается. Я стараюсь глазами найти Сержаната, но его нет. В моей руке натянувшийся кусок сетки. “Держать! Держать до конца!” — кричу я у себя в голове. Паника охватывает тело.