Снежная леди - Надежда Соколова

— А что не так? — удивилась я. — Отличный наряд. Практически арестантская роба.

Бабушка поморщилась:

— У тебя всегда было специфичное чувство юмора.

— У меня? Ба, это не я наложила на все наряды заклятие, чтобы они оставались серыми в стенах гостиницы.

— Зато никто из персонала не станет отвлекаться на личные дела, — пояснила бабушка и тут же добавила. — Кто же знал, что все так обернется.

И правда. Кто же знал, что любимая внучка вдруг станет хозяйкой гостиницы и откажется выходить за любого из «женихов».

Вечер только начался, когда мы с бабушкой появились в предназначенном для его проведения номере. На фоне богини любви я выглядела забитой серой мышкой. Ни яркие цвета в одежде, ни искусно наложенный макияж и умело сделанная прическа, ни украшения — ничего такого у меня не было. Да я и не страдала по этому поводу. Как и не страдала бы от назойливого внимания вампира и инкуба, решительно направившихся к нам с бабушкой из разных концов зала. Им наперерез буквально бросился принц троллей. Столкновение было неизбежно. И вряд ли эта троица отделалась бы просто синяками.

 Увы, полюбоваться на такую красоту, как поврежденные части тела у высокопоставленных женихов, мне не дал дед, перегородивший дорогу троллю.

Бабушка быстро сориентировалась и взяла на себя инкуба.

Мне достался довольно осклабившийся вампир.

— Шантара, я и подумать не мог, что у вас такие знатные родственники! — начал он общение.

Я равнодушно кивнула: конечно, не мог, никто не мог, даже инкуб, и тот, видимо, в шоке.

Пока вампир несколько минут усиленно заливался соловьем, я рассматривала помещение.

Приглушенный рассеянный свет, лившийся с потолка, призван был настраивать всех находившихся на романтический лад. Понятия не имею, что ощущали остальные, а я не чувствовала ни капли романтики. Столики с напитками и закуской, расставленные по углам комнаты, я проигнорировала, потому что краем глаза заметила в толпе гостей и сотрудников Агнессу. Кто знает, из чего приготовлены те напитки. Не хотелось бы, попробовав их, ловить вертких бородатых гоблинов по всем этажам.

Вампир, удостоверившись, что я не обращаю на него ни малейшего внимания, удалился ни с чем. Следом подошли и через некоторое время последовали его примеру инкуб и тролль. Я стояла с вежливой улыбкой на губах, безразлично рассматривала зал и чувствовала, как меня буквально обжигает чей-то взгляд. Чей — можно было не гадать. Парис находился в номере, среди обслуживающего персонала, и не мог не заметить моих кавалеров.

— Пообщалась, милая? — послышался рядом голос бабушки. Подойдя, она сменила недовольного своим поражением принца троллей. — Вот, выпей.

Жидкость в бокале показалась мне мутной. Да еще и цвет… Грязно серый, ненатуральный какой-то.

— Что это? — пить совершенно не хотелось.

— Пей, родная, так надо, — бокал буквально прилип к моим губах.

Изумленная странным поведением бабушки, я все же сделала три глотка.

Никакого вкуса. Будто воду пьешь.

— Вот так, умница. Вита…

— Да?

— Есть в комнате кто-то, кто тебе нравится? Как мужчина?

Я кивнула.

— Дай ему это понять.

«То есть как — дать понять? Что нужно для этого сделать? Да и зачем?..», — я готова была засыпать бабушку вопросами, удивленная и ее поведением, и нестандартной ситуацией, но ноги уже сами несли меня к Парису, стоявшему вместе с Бартом в другом углу комнаты.

— Привет, — улыбнулась я, подойдя.

В голову вдруг ударила эйфория. Мне хотелось петь, смеяться, танцевать, показать всем, что я не настолько сдержанна, как кажется на первый взгляд. А еще, прямо здесь и сейчас, мне хотелось целоваться. И предмет моих желаний стоял рядом, с опаской глядя на меня.

— Шантара, — только это и успел произнести Парис.

Я потянула его за руку, заставила наклониться и впилась в его губы своими. Меня подхватил и закружил вихрь, в теле вдруг появилась небывалая легкость.

В груди, там, где сердце, жгло огнем. Я снова и снова целовала Париса, чувствуя, что он, придя в себя от изумления, охотно отвечает мне.

Наконец, задыхаясь, мы отстранились друг от друга.

— Хорошо, — блаженно улыбнулась я, и мое сознание меня покинуло.