Попаданка на 30 дней - Наталья Мамлеева

— Где она? — услышала я голос, достаточно громкий, чтобы пробудить меня.

— Джия, вам туда нельзя.

— Я спрашиваю: где она?! В спальне Рейтана?!

Я резко встала, но и шага ступить не успела, как двери открыли служанки, а на пороге я увидела невесту повелителя. Падма застыла, удивленно глядя вниз, где я заметила предмет моего нового гардероба: те самые трусы, которые я выкинула вместе с Фариком.

Они лежали чуть поодаль, не удивительно, что Рейтан мог их не заметить или же просто проигнорировать. Зато все заметила Падма. Её лицо побагровело. Рати быстро подняла предмет гардероба и спрятала его за спину.

— Вот, значит, какие у тебя были мотивы, — произнесла Падма обреченно и посмотрела на меня. — Ты специально убежала из каравана, ведь так? Чтобы пленить его, заставить сделать тебя против моей воли старшей наложницей. Или вовсе решила занять мое место?

— Это не так, — твердо произнесла я, но Падма лишь покачала головой.

— Знаешь, я даже рада, что он сделал тебя фасхаати: роль рабы тебе подходит идеально.

Рабы? Я открыла рот, но так ничего и не смогла произнести, а Падма развернулась и вышла вместе со свитой. Рати смущенно поклонилась и прошла к шкафу, убрав трусы на полку.

— Вы специально оставили их, чтобы вывести джию Падму из равновесия? — спросила служанка тихо. — Зря вы так, джия Лилавати. Мне казалось, что это не в вашем характере.

— Что значит фасхаати? — спросила я, не став ни в чем переубеждать служанку.

— Сердце повелителя, — ответила девушка, — разве вы не знали?

Сердце повелителя. Но почему раба?

— И какой это дает статус? Рабы?

Служанка потупилась, что заставило меня думать о самом худшем.

— Многие так считают, леди. Особенно жены повелителей. Фасхаати — это не наложница. Те получают жалование и могут в любой момент уйти с согласия повелителя, даже удачно выйти замуж. Но фасхаати — это пленница повелителя навечно. Вы всегда будете подле него — ваша связь с ним нерушима. Вы — его сердце, его возлюбленная...

— ...которая не имеет прав? — закончила я за служанку, и она опустила голову еще ниже.

— Зато вы рядом с возлюбленным. Разве многое еще нужно?

— Дети появляются только от законных жен, — произнесла я, не особо нуждаясь в подтверждении. — Фасхаати когда-нибудь может стать женой?

— О таком я не ведаю, — ответила девушка, явно опасаясь моего гнева.

Без детей, с презираемым статусом, но в роскоши и рядом с любимым человеком. Без возможности выбора. Так вот кем меня сделал Рейтан?

— Я наберу вам ванную. Скоро похоронная процессия, следует подготовить вас.

Девушка ушла в ванную, а я вскочила с кровати, заметавшись по комнате. На кровати появился посланник богов с очень виноватой мордочкой и читал книгу о богах: видимо, все-таки пытался найти упоминание о себе.

— Я сбегу! — заявила я ему.

— Не получится. Фасхаати — это не просто статус. Рейтан провел ритуал, пока ты была без сознания. Теперь ваши жизни связаны. Хотя есть одно место, куда ты можешь сбежать

— твой мир. Но для начала тебе придется убить своего повелителя.

Я замерла, смотря с обреченностью на Фарика. Губы задрожали, я упала на колени, на ворсистый ковер и, накрыв лицо ладони, разрыдалась. Просто тяжесть, груз последних дней сказался на мне. Я устала, действительно устала. И я ведь так и не сказала, кто был причастен к моему похищению! Это совсем вылетает из головы, когда я вижу Рейтана.

От чего мне больше обидно: от того, что он сделал меня возлюбленной рабой без моего ведома, или от того, что я бы согласилась? Не сразу, но...

— Ненавижу! — рыкнула я и подскочила на ноги.

Рати, выскочившая из ванной, вздрогнула. Я утерла слезы. Ну уж нет! После этого я в этом мире точно не останусь! Подумаешь, разбили сердце! Я и сама кого угодно еще разбить могу. Например, вазу о голову одного самоуверенного наглеца!

— Ты что-то задумала, — произнес Фарик.

— Разумеется, — ответила я и дотронулась до кольца. — Сначала попробую узнать, как же все-таки спасти Амитан, а потом воспользуюсь кольцом, подаренным богиней, и отправлюсь домой. Хотя перед этим, быть может, я воспользуюсь возможностью и выполню миссию. Сейчас у меня как-то даже появился для этого повод.

— Ты меня пугаешь, — прошептал посланник и перелистнул страницу.

Я сама себя пугаю.

— Ванна готова, джия, — успев подготовить вещи, произнесла служанка.

Я кивнула и отправилась успокаивать свои нервы.

Служанка облачила меня в белое сари, полностью закрывающее руки и ноги. Лицо тоже было частично недоступно взору, оставляя лишь глаза. Сверху на покрытую платком голову опускалось переплетение золотых цепочек со звенящими полыми шариками-колокольчиками. Считалось, что этот звук провожает умершего на тот свет.

В существование которого я начинала верить, как и в богов.