Дар - Анна Владимирова

— Да, давно я тут не был, — проворчал он, когда Солнечный Луч уперлась в его грудь ладошками, — не думал, что тут стало так тесно… Смотри.

Она развернулась к проему лицом, смущенно кашлянув, и оказалась плотно прижатой к нему спиной. Но тут же забыла о конфузе (тем более так места стало больше), округлив глаза на зрелище, открывшееся из проема. Далеко внизу (их укрытие было внутри одной из колонн большого зала) в центре большого помещения собралось несколько десятков жителей подземелья. Они были великолепно разодеты в красивейших расцветок ткани и золотые украшения. Отовсюду лилось змеиное перешептывание и тихая музыка.

— У вас какой-то праздник? — полуобернувшись прошептала она.

— Да, — его шепот раздался над самым ее ухом и заставил покрыться ее всю мурашками, — я думал наоброт сбежать отсюда подальше…

— Почему? Это же так красиво… — выдохнула она.

В центре оказалась необычайной красоты девушка. Она сразу же привлекла внимание большинства собравшихся. Заиграла трепетная приглушенная музыка с глухим пристукиванием какого-то бубна. Девушка неимоверно выгнулась, звякнули золотые украшения. Солнечный Луч затаила дыхание. Это было невероятно. Ее движения не поддавались осмыслению. Она то выгибалась, то скручивалась, плавно двигая руками и хвостом. Музыка, казалось, подобно девушке, то звучала с надрывом, то лилась спокойно и плавно… Они были единым целым.

— Крысенок, дыши, — съехидничал Кросстисс, щипая эльфийку за бочок. Она вздрогнула, но сдержалась.

Тем временем в зале становилось все оживленнее. Солнечный Луч заметила, что к одному из возвышений приблизился немолодой наг и привлек всеобщее внимание. Музыка стихла. Все обратились в его сторону.

— Пошли, — нетерпеливо шепнул Кросстисс девушке на ухо.

— Почему? — заскулила она.

— Больше делать тут нечего, сейчас будут говорить…

Она нехотя оторвалась от зрелища и поплелась за Кросстиссом обратно. В какой-то момент пути она поняла, что двигаются они не к выходу, а Кросстисс очень напряжен и часто прислушивается. Уже два раза им приходилось затаиваться в смежных тоннелях и долго там отсиживаться. В конце концов они добрались до его жилья и упали обессиленные на подушки.

— Сегодня останешься у меня, — констатировал он, — слишком опасно сейчас ползти наружу.

Она вяло повела головой.

— А кто был этот наг? — спросила она.

Кросстисс поднялся и направился к столику за водой.

— Мой отец, — нехотя отозвался он.

Солнечный Луч больше не расспрашивала, только прильнула жадно к протянутому им кувшину. Она не видела, как он не отрываясь следит за ней… Как провожает капельки воды, бегущие по ее шее к воротнику рубашки.

— И ты больше не будешь меня мучать расспросами? — недоверчиво сощурился он, когда она передала ему кувшин.

— Мне кажется, ты этому не обрадуешься, — сказала она, стягивая сапоги, — одно дело тебя расспрашивать о кристаллах и цветах… а про семью наверное не стоит, раз ты их избегаешь… Хотя мне грустно это слышать.

Она встала и направилась к клетке, украдкой прихватив подушку.

— Ты что делаешь? — поднял он черную бровь.

— Ну не жадничай, у тебя же их вон сколько… — обреченно вцепилась она в подушку.

— Глупая, я не об этом! — возмутился он. — Раздевайся и ложись на кровать!

Девушка округлила на нага глаза и попятилась, прижимая к себе подушку так, как будто это был ее последний оплот целомудрия. Кросстисс обреченно вздохнул и сгорбился:

— Да ну не нужна ты мне, Крысеныш! Я не в этом смысле! Ну за что мне это?! — в конце концов рявкнул он и вырвал у нее злосчастную подушку. — Быстро разделась и улеглась с этой стороны! Я буду спать с другой!

И не дожидаясь усвоения информации демонстративно обогнул колонну и улегся на подушки, шумно выдохнув.

— Прости, — всхлипнула она и, понурившись, поплелась к кровати. Потом долго и шумно укладывалась, заворачиваясь в одеяла. Кросстисс развеселил себя мыслью, что даже если бы и захотел, вряд ли бы уже нашел концы всех тех одеял, в которые она замоталась.

— Змей… — тихо позвала она, когда он уже считал ее спящей.

— Мм? — отозвался он.

— А что, я правда тебе совсем не нужна?

Кросстисс даже и не понял, чем он поперхнулся, только кашель его одолел в это мгновение просто не шуточный.

— Ты в порядке? — обеспокоенно выглянула она из-за колонны, сжимая на груди концы обмотанного вокруг тела одеяла.

— Ну даже не знаю теперь! — рыкнул он ей в ответ. Ее золотистая макушка тут же нырнула обратно за колонну. Они лежали некоторое время молча. Кросстисс сморщился, как от кислого вина, но вдруг выдавил:

— Крысеныш?

— Мм? — отозвалась безжизненно она.

— Ты мне нужна, — обреченно выдохнул он, — только спи, пожалуйста!

— Хорошо, — радостно отозвалась она.

Кросстисс опустил обессиленно голову на когтистую ладонь и… тихо рассмеялся.

Летели дни. И как-то само собой получилось, но Кросстисс почти не расставался с Солнечным Лучом. Когда они проводили время у него под землей, то зачастую читали вместе его книги или рассматривали разноцветные камни и кристаллы, подземных светящихся насекомых или улиток, которых он теперь при каждой возможности собирал по всему подземелью, лишь бы снова ее удивить. Когда его начинали одолевать видения, она хватала его за руку и без умолку говорила и говорила, пока ему не становилось лучше. Часто они выбирались в лес на несколько дней и жили на озере. Они купались, ловили рыбу… Кросстисс обеспечивал Солнечному Лучу дневную норму улова за пару часов не напрягаясь, поэтому со стороны семьи к девушке претензий никогда не было. Все считали, что она занята именно делом весь день.

Но когда она ненадолго убегала к своей семье, он затаивался под каким — нибудь деревом и слушал лесные звуки, умиротворенно щурясь от играющих на его лице солнечных зайчиков.

Но как-то раз в один из таких моментов чей-то крик выдернул его из дремоты. Он рванулся в сторону, куда ушла его эльфийка. На стоянке эльфов творилась неразбириха. Кросстисс сощурился. Его с такого расстояния вряд ли было видно, а вот он видел все прекрасно. На эльфов напали. Пара десятков вооруженных эльфов из какого-то другого клана, в них Кросстисс не разбирался. Но они были не похожи на собратьев его эльфийки: темноволосые и коренастые. Кросстисс только оценил обстановку не в пользу семьи его подруги и бесшумно заскользил между кустов и деревьев к поляне. Застигнутые врасплох, золотоволосые беспорядочно метались, запоздало вооружаясь, а захватчики целеноправленно отстреливали их из луков с приличного расстояния. Кросстисс скрипнул зубами и сощурился в поисках Солнечного Луча. И тут же заметил ее, окруженную вместе с пятью другими эльфийками, жмущимися спинами друг к другу. А также и то, что к ним уже подступали со всех сторон воины чужаков.