Последняя битва - Кертис Джоблинг

– Ты должен был убить меня, когда у тебя была такая возможность, Волк.

– Я не убийца.

– Сейчас идет война, мальчик. На войне нет убийц. На войне мы все выполняем свою работу. Так уж получилось, что на войне нужно убивать, а это как раз то, что я хорошо умею делать. И не нужно оплакивать мою несчастную судьбу. Не нужно меня жалеть – я же вас не жалел. И если бы мы вдруг поменялись сейчас ролями, ты у меня давно бы уже отправился к праотцам.

– Пока ты наш пленник, Скорпио, ты будешь жить. Я не хочу видеть, как тебя убьют.

– Не хочешь, вот как? Хорошо, я это запомню. Послушай, Волк, я думаю, что с такими замашками ты, скорее всего, не сможешь победить Котов. Скажи мне, а что вообще заставило тебя выступить против Баста во имя лиссийских верлордов?

– Здесь ты не прав, Скорпио. Я воюю вовсе не только ради верлордов. Я воюю за всех людей и все народы Семиземелья.

– Люди? – фыркнул Скорпио. – С какой стати нужно рисковать своей жизнью ради этих ничтожеств?

– Ты ничего не понимаешь, Скорпио. Никто не должен жить рабом, ни человек, ни верлорд. То, что ты родился верлордом, вовсе не означает, что ты по определению лучше обычного человека. Я сражаюсь за свободу Лиссии в полном смысле этого слова.

– Чушь, – ответил лорд-скорпена. – Даже если тебе каким-то чудом удастся выиграть эту войну, лорды Семиземелья никогда не поддержат таких перемен. Люди! Верлорды всегда правили и будут править людьми, так устроен наш мир. А твои разговоры о свободе закончатся тем, что ты получишь нож в спину, вот и все.

Вега внезапно прервал Морского Ерша и резко спросил:

– Так ты говоришь, что проникнуть на Красное побережье никак не возможно?

Скорпио пожал плечами, зазвенев цепями.

– Я этого не говорил. Высадиться там ты, конечно, можешь попробовать, но при этом тебя и твоих приспешников-тигрят скорее всего сразу же порвут в клочья.

Фурий из Фелоса лорд-скорпена успел заметить, поскольку несколько гвардейцев присутствовали, когда Вега допрашивал бастийского адмирала.

– Это потому, что мощные силы бастийцев, о которых ты нам рассказывал, сосредоточены вдоль прибрежной дороги, да? – прищурился Вега. – А почему, собственно, я должен тебе верить?

– Я очень надеюсь на то, что ты там высадишься, Акула, – сверкнул глазами Скорпио. – Высадишься и сам убедишься в том, что я сказал правду.

– А почему столько сил собрано вдоль побережья? И сколько именно там солдат?

– Для начала, там находятся остатки моего флота, – вздохнул Скорпио. – Уцелевшие суда стоят на якоре вдоль побережья. Ну, а если тебе каким-то образом удастся проскользнуть мимо них, ты сможешь высадиться только в одном месте, у дороги Пейшен-роуд. Она связывает город лордов-псов Роу-Пейша с ущельем Бейна, которое является воротами на запад.

Дрю с Вегой переглянулись, и это не ускользнуло от внимания Скорпио.

– Надеешься прийти на помощь своим дружкам в Ущелье? – сказал Ерш.

– Что тебе известно о наших друзьях в Ущелье? – спросил Дрю.

– То, что они подыхают там, если уже не подохли. Давайте присоединяйтесь к ним. Высаживайтесь на Красном побережье и дружно шагом марш в загробную жизнь, хе-хе.

– Эта Пейшен-роуд, – сказал Вега. – Ты не объяснил, почему по ней так опасно передвигаться.

– Пока бастийцы заканчивают зачищать остатки ваших дружков в ущелье, по дороге постоянно идут поставки для армии фельдмаршала Тиаса. На самой дороге большое движение, а вдоль нее масса поселений, бараков и других точек, в которых сосредоточены бастийцы и лорды-псы. По сути дела, вся дорога – это один огромный военный лагерь.

– К ущелью Бейна должен вести еще какой-то другой путь, передвигаясь по которому можно избежать преждевременного столкновения с Тиасом, – сказал Дрю.

– Если ты ищешь черный ход в ущелье, то напрасно. Такого хода нет, Волк, – не скрывая своего торжества, ответил Скорпио. – Тиас – отличный стратег, и вся территория Омира будет оставаться под его контролем до той поры, пока он не завершит свою кампанию в Бейне. В Пустынную землю вам не попасть.

– Ты недооцениваешь возможности и отвагу лордов-ястребов, – заметил Вега.

– Нет, это вы недооцениваете прочность удавки, которую накинул на ущелье Тиас. Ваши дружки уже несколько месяцев заперты там, всю зиму и весну. Если еще не подохли, так значит сходят с ума от голода, – ухмыльнулся Скорпио. – Бейна – это их могила.

– Значит, они еще не сдались? – спросил Дрю, пытаясь выудить хоть какую-то хорошую новость.

– По-видимому, нет, – поморщился Скорпио. – Похоже, ваши лорды-ястребы и их омирские дружки предпочитают умереть свободными, чем оказаться в кандалах. В таких, как эти, – позвенел своими цепями лорд-скорпена.

– Значит, надежда еще есть, – сказал Дрю, обращаясь к Веге. – Ну, если Красное побережье для нас закрыто, какие еще могут быть варианты?

– Река Роббен, – ответил лорд-акула. – Но, заметь, нам нужно проявить осторожность. Великая Западная дорога под контролем Котов, а река идет параллельно ей.

– Ты в самом деле думаешь, что мы оставили реку Роббен без присмотра? – хмыкнул Скорпио.

– Значит, остается только Роби, – тихо сказал Вега.

– Роби? – переспросил Дрю, а лорд-скорпена снова ухмыльнулся. – Я никогда не слышал такого названия. Что это?

– А откуда ты мог его слышать? – встрял Скорпио. – Роби – это город-призрак. Его снес до основания еще Леопольд, когда впервые брал Стурмланд. В назидание всем, кто засел в горах Уайтпикс.

– Его сжег король? – переспросил Дрю.

Морской Ерш дико захихикал, а Вега тем временем пояснил:

– Стурмландцы оказали Леопольду сильное сопротивление, особенно на востоке. Та земля была родиной твоей матери, Белых Волков из Шэдоухэвена. Леопольд демонстративно уничтожил Роби, буквально стер порт с лица земли. Этот разгром надломил решимость герцога Генрика, и он преклонил колени перед королем. Против своей воли, разумеется, но преклонил.

– Роби, ага! Город мертвецов! – дико захохотал Скорпио. – Давайте, давайте, высаживайтесь в Роби! Там для вас самое место!

Дрю подошел вплотную к камере, взялся рукой за решетчатую дверь.

– Город мертвецов? Как тебя понимать?

Скорпио резко оборвал свой смех.

– Я обязан отвечать тебе, Волчонок? – огрызнулся он, прищуривая глаза. – А ты за это сохранишь мне жизнь? Да кто ты такой, чтобы решать, кто должен жить, а кто умереть?

Морской Ерш рванулся, повалился вперед, цепь туго натянулась на его чудовищно раздутом горле. Ноги Скорпио оторвались от пола, он всем телом повис на цепях и начал задыхаться. Глаза лорда-скорпены вылезли из орбит, его лицо позеленело. Дрю хотел открыть дверь, но Вега ухватил его за руку. Волк посмотрел на руку Акулы, потом на его лицо – оно у графа оставалось непроницаемым.