Проклятый эксперимент. Магиня - Вера Чиркова

— Сначала поешь, — не сдался магистр, и эти слова сразу испортили девушке аппетит.

Но она все же смолчала. Как выяснилось, судьба дала ей двух отцов, и по какому-то странному совпадению они неимоверно похожи характерами. Оба умели настоять на своем безо всякого крика и угроз, просто вели себя так уверенно и непоколебимо, что ни у кого не возникало ни малейшего желания спорить или что-то требовать.

Обедали отец с дочерью молча и быстро, но, едва дорина решительно отодвинула от себя тарелку, Экард встал из-за стола:

— Ты знаешь, где твой муж?

Вопрос прозвучал весьма неожиданно, и в другое время Лиарена растерялась бы, но в этот момент она думала именно о Тайдире.

— Ушел с магистрами в заречное поместье, — ответила девушка без запинки, и магистр тотчас уставился на нее с интересом:

— Это он сам такое сказал?

— Нет, Терна. Сам Тай обещал мне разобраться с делами и к обеду вернуться.

— А, тогда понятно, почему ты сама обед готовила.

— Вовсе нет. Готовил Зелен, я всего-навсего помогала ему разобраться в продуктах. Он половины никогда не видел, только в поварских книгах.

— Так он умеет читать?

— Лишь рецепты. Сколько фунтов, унций, ложек. Миттен умудрился так научить. А почему ты спрашиваешь, откуда я знаю, где Тай?

— Просто он сейчас не в поместье, а в Лодере. Его вызвали на суд старейшин.

— За что? — вырвался у Лиарены встревоженный вскрик.

— Одна из невест, гостивших весной в замке дорина, призналась родным, что ждет ребенка, — скучающим тоном произнес Экард, не сводя взгляда с лица дочери.

— А при чем тут Тайдир? — не поняла сначала дорина и даже плечами пожала, а потом вдруг сообразила и начала стремительно бледнеть.

— Лиа… — Отец мгновенно оказался рядом, притиснул дочь к себе и начал успокаивающе гладить ладонью по голове и плечам. — Успокойся, пока еще ничего не решено. Вернее, все зависит от тебя.

— При чем тут я? — неуверенно произнесла девушка, пытаясь взять себя в руки.

Хотя вряд ли это ей удалось бы, знай Лиарена точнее, где именно сейчас заседают старейшины. В доме главы совета или в городской управе, верхние этажи которой занимали правители Лодера и их помощники, а подвал — тюремные камеры. Магиню просто сжигало желание немедленно открыть портал туда, где дорин. Она пока и сама толком не понимала, зачем, и даже приблизительно не смогла бы объяснить, как станет действовать. Зато чувствовала совершенно отчетливо: если она не окажется рядом с Тайдиром, то просто сойдет с ума от тревоги.

— Ты его законная жена и названая мать наследника, — мягко напомнил ей магистр и деликатно добавил: — Но имеешь пока право выбора.

— Какого еще выбора? — насторожилась Лиарена.

— Каждый человек несколько раз в жизни оказывается на перепутье, — благодушно, словно рассказывая добрую сказку, заметил магистр. — И может выбрать, куда идти. Вот у тебя сейчас такой перекресток…

Договорить ему Лиарена не дала. Вывернулась из отцовских объятий, отступила на шаг и уставилась в лицо магистра скептическим взглядом. Во внезапную покорность судьбе, которую проповедовал сейчас Экард, ей отнюдь не верилось.

— Ты не о том говоришь… или я не совсем верно поняла, — осторожно проговорила дорина, изо всех сил стараясь его не обидеть.

Вот теперь ей было совершенно ясно, почему отец привел ее именно сюда и притащил кучу самых лучших нарядов и драгоценностей. Собирался показать, как любит недавно обретенную дочь и как она будет жить, если сочтет Тайдира виновным в соблазнении знатной гостьи и решит от него отказаться.

А заодно желал донести до дочери еще одно, гораздо более важное для нее сообщение. Отец всегда будет на ее стороне, какое бы решение Лиарена сейчас ни приняла.

— Но я очень благодарна тебе за поддержку, — серьезно глядя отцу в глаза, проговорила девушка. — И за преданность. Я этого никогда не забуду… спасибо. Но Тайдир для меня уже не перепутье, он — моя дорога, моя жизнь, как и Карик. И я не поверю, чтобы он мог поступить так подло, соблазнить одну из донн и потом в одночасье выставить несчастную из дома.

— Лиа… — чуть замялся отшельник, но все же продолжил: — Ты пока еще мало знаешь об этой стороне жизни и недостаточно разбираешься в мужчинах. Даже самый благоразумный и преданный из нас может оказаться в ситуации, когда темная, животная часть сознания полностью подомнет под себя и доводы разума, и принципы, и даже саму возможность рассуждать. Тайдир молодой, здоровый мужчина… и, прости меня за откровенность, сильно обделенный в последний год женской лаской. Ему достаточно было лишнего бокала вина…

— Я не верю, — помолчав, с усилием произнесла Лиарена, — чтобы он не смог сдержаться. Тай несколько дней жил рядом со мной, а кольцо Ильтара я сняла с него, едва он выздоровел.

— Но бывают и разные подлые способы заставить мужчину потерять голову, — не сдавался отшельник. — Например, зелья, мороки, зачарованные вещицы. Ведь все невесты привезли ему подарки, а заклинание внезапной страсти можно спрятать под самыми безобидными защитными плетениями. Достаточно сделать эту защиту недолговечной всего на несколько дней. Тайдир слишком лакомый кусочек для южанок, это ты должна понимать.

— Дорин никогда не снимает родовой амулет с очень мощной защитой. А возле дверей его комнаты ночами дежурит неподкупный страж, но все это не важно, — медленно произнесла магиня, начиная осознавать главное. — Тай любит только меня, я в этом уверена, и буду проклинать себя всю жизнь, если сейчас позволю старейшинам решить его судьбу по своему усмотрению.

— Даже если донна докажет… — снова замялся отшельник.

— Ну ты же сам минуту назад рассказал мне про мужские слабости, — хмуро усмехнулась магиня, — и про грязные методы обольстительниц. А вот в то, будто Тай соблазнил донну в здравом рассудке, я не поверю. Никогда и никому. Кстати, и кто же из них предъявил ему такое обвинение?

— Анмана, — коротко, словно выплюнул, буркнул Экард и взялся за посох. — Но раз ты так уверена в себе и муже, то пообещай мне одну мелочь — молчать как рыба, пока я разбираюсь в этом деле. Старейшины зубы съели на разных хитростях и каверзах, и сама ты не сможешь им ничего доказать.

— А магистры… разве не могут ничего сделать?

— Они тянут время, пока в обители готовятся нужные для разбирательства амулеты и артефакты. Сама понимаешь, заряжать их силой во время подготовки к летнему нашествию монстров никто не собирался. Идем.

Отшельник подхватил дочь под руку и привычно крутнул камень на своем посохе.