Второе правило стрелка - Сергей Мусаниф

— Открой дверь, — потребовал Негоро.

Мы-то с вами точно знаем, что это был он, а вот Питера эта новость ожидала в ближайшем будущем.

— А если не открою? — поинтересовался Питер.

— Тогда мои ребята останутся здесь, — сообщил Негоро. — И к твоей башне ни один клиент на пушечный выстрел не подойдет. А это, сам понимаешь, повредит твоему бизнесу.

Это верно, подумал Питер. Крестьяне орков не любят. Черт с ним, с бизнесом, но они ведь и еду приносить перестанут!

Негоро был дублем могущественного мага и унаследовал от него богатый жизненный опыт. Он хорошо понимал, что при всем желании не сможет выковырять Питера из его башни. С другой стороны, он знал, как досадить Питеру и осложнить его жизнь до такой степени, что тому все равно придется выйти.

— Открой дверь, и я войду один, — пообещал Негоро. — Мне просто с тобой поговорить надо.

— Тогда сделаем проще, — сказал Питер. — Я тебе лестницу скину.

— Договорились, — сказал Негоро.

Спустя пять минут орки за окном немного утихомирились, а Негоро и успевший прикрыть пижаму мантией Питер сидели в креслах гостиной.

— Чего надо? — спросил Питер.

— Для начала я представлюсь, — сказал Негоро. — Я — Негоро.

— Знакомое имя, — сказал Питер. — О чем-то оно мне напоминает…

— Наверное, о Негориусе, — сказал Негоро. — Я — его дубль.

Питеру, как и любому другому уважающему себя волшебнику, было стремно общаться на равных с каким-то там дублем, но орки вокруг башни временно уравновешивали их социальное положение.

— Точно, — сказал Питер. — Я и смотрю, лицо у тебя знакомое. И как там старикан Негориус поживает?

— Плохо поживает, — сказал Негоро. — Умер он.

— Очень жаль, — соврал Питер. На самом деле ему было все равно. Дела кашалотов пескарей не касаются, ибо эти рыбы плавают в разных водоемах. — Надеюсь, смерть была быстрой и безболезненной?

— Можно и так сказать, — согласился Негоро. — Но речь сейчас не о том, как он умер. Я унаследовал от своего создателя многие знания, а также его крепость, власть над орками и договоренности с повелителями зомби.

— Зачем ты мне это говоришь?

— Потому что хочу, чтобы ты понял, как неприятно будет, если я вдруг, совершенно случайно, стану твоим врагом.

— С чего бы это? — спросил Питер. — Я имею в виду, с чего это ты можешь стать моим врагом?

— Я им обязательно стану, если ты не выполнишь мою просьбу, — пообещал Негоро.

— Что за просьба? — поинтересовался Питер.

— Мне нужно, чтобы ты создал магический портал по адресу, который я тебе укажу, — сказал Негоро. — И чтобы ты держал его открытым, пока мой человек не пройдет им обратно в наш мир.

— То есть портал должен соединять два разных мира? — догадался Питер.

— Схватываешь на лету, — сказал Негоро. — Буду откровенным. Старый козел Негориус оставил мне богатое наследство, но забыл одарить меня хоть какими-то магическими способностями. Вот почему приходится обращаться за помощью к тебе.

— Ты представляешь себе, сколько стоит открытие магического портала между мирами? — поинтересовался Питер. — Это не говоря уже о том, чтобы удерживать его открытым неопределенно долгий период времени? Мы цены, знаешь ли, не с потолка назначаем. Тут магической энергии столько уйдет, что всех твоих орков можно, к примеру, в эльфов превратить. Три раза.

— Я тебе хорошо заплачу, — сказал Негоро.

— Золотом?

— Еще лучше.

— Драгоценностями?

— Я отзову отсюда своих орков и не отдам приказа жечь соседние деревни, — сказал Негоро. — Как ты думаешь, крестьянам сильно понравится, если орки будут жечь их деревни, при этом объясняя, что виноват в этом ты и твое нежелание сотрудничать?

— Это шантаж, — заявил Питер.

— Шантаж — это самый быстрый способ добиться желаемого, — не стал лукавить Негоро.

— Сколько народу пойдет порталом? — спросил Питер.

— Один человек.

— А если он не вернется?

— Если он не вернется в течение месяца, ты будешь волен закрыть портал, — сказал Негоро. — Но если он не сможет вернуться по твоей вине, то ты позавидуешь жителям сожженных нами деревень.

— А как вы узнаете, что он не вернулся по моей вине? — поинтересовался Питер. — Не то чтобы я собирался ему помешать, просто из академического интереса спрашиваю.

— Молись, чтобы я этого даже не заподозрил, — сказал Негоро. — Не забывай, что я останусь здесь и буду контролировать все твои шаги.

— Что, прямо здесь? В башне? — ужаснулся Питер.

— А как иначе мне за тобой следить? — удивился Негоро. — Конечно, в башне.

— Интересно, а что мне мешает испепелить тебя прямо тут, на месте? — спросил Питер.

— Как я понимаю, этот вопрос тоже представляет для тебя чисто академический интерес? — уточнил Негоро.

— Конечно.

— Если со мной что-нибудь случится, то мое благотворное влияние не сможет сдерживать первобытную силу орков, и они учинят в округе настоящий погром, винить в котором все будут исключительно тебя.

— Хм, — сказал Питер. — Куда, ты говорил, человечка твоего отправить надо?

Сэр Реджинальд Ремингтон, эсквайр, вывалился из магического портала и осмотрелся.

Местность вокруг была неприглядная. Пара хаотичных скальных нагромождений, голая каменистая пустыня и полное отсутствие солнечного света.

Реджи огляделся по сторонам в поисках разумной жизни на предмет уточнить адрес и узнать дорогу. На первый взгляд разумной жизни поблизости не обнаружилось. На второй тоже. Реджи никак не мог заподозрить в разумности здоровенного двухголового пса со змеями, растущими вокруг шеи вместо шерсти.

Пес сидел рядом с огромной дыркой в скале и добродушно щерил обе свои повышенно зубастые пасти. Реджи ему подмигнул. Правая голова пса подмигнула в ответ.

«Странно, — подумал Реджи. — Не то странно, что подмигивает, а вообще. Откуда тут мутанты? Неужели уже успели всю экологию испортить?»

Реджи порылся в саквояже, нашел коробку собачьих галет, вытащил горсть и бросил псу.

— Спасибо, — сказал пес правой головой. Левой он жрал галеты.

— Не за что, — машинально ответил Реджи. Стрелка было трудно чем-то удивить, но данному созданию удалось произвести на него впечатление. — Еще хочешь?

— Не откажусь, — сказал пес.

— Забирай всю коробку, — сказал Реджи и высыпал содержимое на камень перед псом.

— Добрый ты для смертного, — сказал пес. — Меня и навещают-то редко, а угостить вообще еще никто ни разу не додумался.