Один - Михаил Кликин

Подъехать к стеклянным воротам вплотную мы так и не смогли. Идущая первой «Мазда» встала метрах в сорока от входа, уткнувшись бампером в спущенное колесо наглухо тонированного «Гелендвагена». Мне, чтобы не перекрывать путь к возможному отступлению, пришлось сдавать назад, съезжать в сторону и там искать место для парковки.

Глядя на тесный лабиринт автомобилей, я все гадал, что же здесь происходило пару дней тому назад. Кто-то из водителей, наверное, паниковал и пытался выбраться из толчеи – отсюда и аварии, поцарапанные бока, разбитые фары и треснувшие бамперы. А кто-то, видимо, незадолго до этого просто приехал сюда за покупками и до самого конца не подозревал о страшных переменах, случившихся с миром. Если это действительно так, значит, все самое страшное произошло в считаные часы.

Но как такое возможно?..

Из машины я вылезал с опаской.

Димка стоял на плоской крыше «Гелендвагена», обозревал окрестности. Его, кажется, ничто не беспокоило. А вот мне один вопрос не давал покоя – где сейчас находятся хозяева всех этих автомобилей? И почему мы не видим здесь зомби?

– Супермаркет – символ общества потребления, – зачем-то сообщил нам Димка, соскальзывая с «Гелендвагена». – Так что «Рассвет мертвецов» – это не тупой ужастик, а памфлет и притча.

Я раздраженно отмахнулся, проворчал:

– Не лучше ли нам поскорее отсюда убраться?

– Убраться? – Димка фыркнул. – Столько ехать, чтобы в последний момент повернуть назад? Ну уж нет! Да ты сам погляди – нас будто приглашают. Добрый знак.

Действительно, раздвижная дверь торгового центра была открыта. Очевидно, автоматику настроили так, чтобы в случае отключения питания стеклянные створки разошлись. Или же кто-то из персонала отпер дверь изнутри, давая посетителям возможность покинуть оставшееся без электричества здание.

Димка достал из багажника два фонаря, один перебросил мне.

– Вокруг спокойно, я внимательно все оглядел. А если кто-то и вылезет, пока мы будем в магазине… – Он ухмыльнулся. – Мы уже не с пустыми руками выйдем…

Димка не раз нам рассказывал, чем мы сможем разжиться в охотничьем магазине, – и вот опять он завел этот разговор: так алкоголик говорит о выпивке. Я, честно говоря, и не предполагал, что рядовому гражданину в нашей стране доступно такое количество разнообразного оружия. Охотничьи ружья и карабины, гладкоствольные и нарезные; пистолеты и револьверы, травматические и газовые; шокеры, тазеры – это куда ни шло, это было понятно. Но Димка упоенно перечислял всякую экзотику, которая лично у меня больше ассоциировалась с магазинами игрушек. Блочные луки и арбалеты, из которых дикого кабана можно было завалить, не то что какого-то зомби. Мощные пневматические винтовки, практически бесшумные, с точным боем. Гарпунные ружья, куда более смертоносные на суше, нежели под водой. Высокотехнологические рогатки, свинцовыми картечинами рвущие пивные банки, словно те из фольги сделаны. А еще ножи, рации, камуфляж, специальная обувь, оптические приборы, сигнальные средства, разгрузки, тепловизоры, рюкзаки – все это богатство теперь можно было получить без всяких разрешений, без денег – просто прийти и забрать. У Димки даже руки тряслись от жадности, когда он об этом говорил.

Трудности, конечно, могли возникнуть. К трудностям Димка был готов. Прежде чем посетить оружейный магазин, он собирался наведаться в магазин инструментов, расположенный этажом ниже.

– Вообще-то, – сказал вдруг Минтай, кисло нас оглядывая, – за то, чем вы сейчас планируете заняться, в военное время расстреливают.

– Вообще-то, – в тон ему ответил Димка, – если мы не займемся тем, что сейчас планируем, то нас не расстреляют, а сожрут заживо.

Минтай пожал плечами и отвернулся.

– Можешь остаться здесь, если хочешь, – сказал ему Димка. – Прикроешь тыл. Поищешь себе вместо «Мегана» новую машину. Думаю, их тут не одна с ключами в замке… Кстати! – Димка посмотрел на меня. – Может, и тебе взять тачку поприличнее?

– Ну нет. – Я покачал головой. – Боевых товарищей бросать не приучен.

Не мог я сейчас довериться чужому автомобилю. В своей древней «десятке» я каждый болтик знал и представлял, какие сюрпризы может машина выкинуть. Практически любую поломку я мог исправить своими руками, благо инструменты и кое-какие запчасти занимали, наверное, пятую часть объема багажника. Нет, я, конечно, с удовольствием взял бы шефство над осиротевшим полноприводным «Лексусом», «Хаммером» или «Инфинити», но только в дополнение к моей родной и проверенной «десятке».

– И было бы неплохо разжиться сейчас каким-нибудь грузовичком, – задумчиво проговорил Димка. – Вон «эль-двести» стоит распахнутый, надо будет проверить его. И «буханка» рядом – тот еще вездеход. Ее можно попробовать завести без ключа.

– Я чужие машины брать не буду, – сказал Минтай. – И магазины грабить отказываюсь.

– Значит, на шухере постоишь. – Димка издевательски ему подмигнул.

– Если что, – выступила вперед Катя, – у меня водительские права тоже есть.

Минтай зыркнул на нее недовольно и обиженно, даже зубами, кажется, заскрипел. А Димка кивнул и сказал:

– Права теперь не спросят. А что водить умеешь – это хорошо…

Мы не просто болтали, стоя в сорока метрах от приоткрытых стеклянных ворот. Мы готовились к налету. Димка навешивал на себя бутылки с зажигательной смесью. Я раздавал оружие: полутораметровые самодельные пики, топорики, бейсбольные биты, найденные на стоянке Эдика в охраняемых Карпом машинах. Девчонки пытались привести в порядок мешковатую несоразмерную одежду – они надеялись принарядиться в каком-нибудь из многочисленных бутиков торгового центра. Мы озирались, нам было страшновато и неуютно стоять на огромной продуваемой ветром площадке, запруженной автомобилями, в любом из которых мог находиться кокон с вызревающим зомби, а то и не один.

Мы не стали запирать двери наших машин и оставили открытым багажник «Мазды».

Мы построились в фигуру, которая потом стала нашим обычным боевым порядком: я и Димка во главе, девчонки в центре, Минтай – в арьергарде. Оглядев друг друга, замолчав и собравшись, мы двинулись к ступеням невысокого плоского крыльца, обходя автомобили и заглядывая в каждый – они все были пустые.

Поднявшись к стеклянным створкам, обрамленным алюминием, мы, не сговариваясь, остановились – очень уж был похож на ловушку этот открытый проем. За дверьми, за тамбуром в глубине холла скопилась тяжелая гулкая темнота. Где-то в ней прятались золоченый пост ресепшена, эскалатор, банкоматы и терминалы оплаты, киоск с фигурной карамелью, небольшой фонтан с пластиковым журавлем, вычурные кованые скамейки, широкая информационная панель…

Димка включил фонарь и направил луч внутрь торгового центра. Я последовал его примеру. Возникало ощущение, что мы режем тьму гигантскими световыми мечами. Только проку от них было немного.

– Заходим, – сказал Димка.

– Я не собираюсь грабить… – начал Минтай, но все дружно на него шикнули: