Мельница желаний - Анна Гурова

— Ага, спутник победы, пожиратель мертвых глаз! Лети отсюда, беличьи тушки я бросил в овраге, у разрытой могилы оборотня…

Вяйно спорхнул с верхушки ели, грянулся о землю и принял человеческий облик.

— Повтори, что ты сказал? Что значит «разрытой могилы»?

При виде старого колдуна, возникшего на месте, где только что была птица, Калли уронил рубашку и вскочил на ноги. Потом узнал Вяйнемейнена, заискивающе улыбнулся и поклонился.

— Здравствуйте, господин Вяйно! Какими судьбами в наших краях? Все ли благополучно? Ильмо до вас добрался?

— Это хорошо, что ты о нем сразу вспомнил, — рассеянно произнес Вяйно, оглядываясь. — Добрался…

Что-то его смущало, что-то здесь было не так. То ли слабый, едва уловимый запах дурмана… То ли лес, странно притихший…

— Ты не ворожил здесь случайно? Стрелы, силки не заговаривал?

— Нет, — быстро ответил Калли. — Я и не умею. Вяйно прикрыл глаза, попробовал взглянуть глубже — и с отвращением отвернулся. Каменный круг казался черным колодцем, ведущим в никуда. Это место покинуто и забыто, выброшено из мира, отрезано от его невидимых путей; боги его оставили, хийси обходили стороной. Что же тут произошло? И кто сумел превратить магический круг в бесполезную каменную изгородь?

— А скажите, господин Вяйнемейнен, — заговорил Калли, отвлекая его, — давно хотел спросить: можно ли ворожбой узнать прошлое человека? К примеру, кто его родичей погубил?

Вяйно взглянул на холопа пронизывающим взглядом.

— Можно, если задаться такой целью, — ответил он. — Только это долго и сложно. Проще расспросить знающих людей. Зачем тебе это, Калли? Раны войны давно затянулись, а ты снова хочешь их растревожить. Твой друг Ильмо, между прочим, тоже сирота, а не пытается докопаться, чья рука сразила его отца.

— Зато Ильмо вырос среди родичей, а я много лет перехожу из рук в руки, как худая скотина!

— Это может означать только одно — твой род полностью уничтожен.

Калли опустил голову. Он и сам так считал, но слова колдуна все равно больно укололи его.

— Так что там с могилой оборотня? Кто ее разрыл?

— Думаю, он сам, — сварливо ответил холоп.

— Кто?!

— Оборотень, которого Ильмо убил. Мальчонка-подменыш.

Вяйно нахмурился.

— Ну-ка говори!

— Стало быть, убил его Ильмо, а тело похоронил тут недалеко, в овраге, и камень сверху положил. А сегодня я утром пошел за лапником в корбу и вижу — яма разрыта, камень валяется в стороне, оборотня нет. Ну ладно — выкопался и ушел, всякое бывает. Так ведь следов вокруг тоже нет! Улетел, как пить дать! Или кто-то прилетел и его забрал.

Вяйнемейнен довольно кивнул. Колдовское чутье не обманывало его. Похоже, врага предстояло искать не в Похъёле, а гораздо ближе.

— Пошли, — сказал он рабу. — Покажешь мне могилу.

Яма выглядела именно так, как описывал Калли. Повсюду подсохшие комья земли, увесистый камень сдвинут. И никаких следов — ни к яме, ни от нее.

Вяйно опустился на корточки у края ямы, заглянул внутрь, размял в пальцах горсточку земли, подержал на ладони… Калли стоял у него за спиной, держа над ямой горящую смолистую ветку, и высказывал предположения:

— Может, он провалился сквозь землю?

— Исчезни, — предложил Вяйно. — А лучше сделай вот что: пошарь тут вокруг, по кустам, вокруг деревьев — и поищи следы. Любые — звериные, человечьи… все, что заметишь.

— Я ж не охотник — следы искать, — буркнул Калли, принимаясь за дело.

Пока раб ползал среди деревьев, Вяйно, прикрыв глаза, держал в руках комья земли и искал другие следы — видимые только колдунам. Здесь, в отличие от круга, земля их сохранила. Первая догадка Калли оказалась верной — оборотень ушел сам, разрыв могилу изнутри. Случилось это ночью того же дня, когда Ильмо сражался с хийси. Но куда подменыш отправился потом?

— Господин Вяйнемейнен! — раздался из-за кустов голос Калли. — Гляньте-ка, что я нашел!

Калли подошел к могиле, держа в правой руке мертвую сойку. Вяйно взял ее в руки и удивленно поднял брови — птица оказалась легкой, словно соломенной.

— Чудно, да? Говорят, есть такие хийси, которые только глянут — и птица падает замертво…

— Нет, — сказал Вяйно. — Из этой сойки высосали кровь. Повезло тебе, мальчик, что ты не оказался на ее месте!

Теперь у колдуна почти не осталось сомнений. А находка Калли подсказала, что делать дальше.

— След еще не остыл — думаю, я смогу найти подменыша, — сказал он.

Вяйно поднес птицу к губам и прошептал заклинание. Сойка шевельнулась, забила крыльями. Но ее глаза остались всё такими же тусклыми и мертвыми.

— Птичья шкурка поведет меня к оборотню по следу крови, — сказал колдун, заметив изумленный взгляд холопа. — А ты, мальчик, ступай на гору. И не отходи далеко от костра.

— Я с вами пойду, господин, — возразил Калли.

— Не бойся. Едва ли хийси решит напасть на тебя. Если бы хотел, уже напал бы. Он потратил много сил, чтобы выбраться из могилы, выпил кровь из сойки и улетел отсыпаться к себе в логово…

Вяйно подкинул в воздух убитую сойку. Она раскинула крылья, на мгновение повисла в воздухе, словно подхваченный ровным ветром лист, а затем медленно, не шевеля крыльями, полетела на север.

— Да я не боюсь, — сказал Калли, провожая ее взглядом. — Только если я останусь на горе, то кто же вас, господин Вяйно, перевезет через озеро в сожженную деревню?