Легат - Андрей Посняков

Вам по сердцу наряд, что шафраном и пурпуром блещет.

Вергилий

Пленники наотрез отказывались говорить. Пока Юния не было, палач, действуя по приказу Лумиция Алтуса, насмерть забил одного из них, помладше и похилее прочих. В качестве переводчика использовали охотника-весянина, кое-как лопотавшего на языке венедов. Тем не менее так ничего существенного и не добились. Повинуясь приказу воинского начальства – Лумиций как-никак был пилус приор, чин не маленький, – уделали бы и всех, да вовремя вступился недавно назначенный префект – Илмар Два Меча. Узнав через своих людей о творящихся безобразиях, он без промедления пошел к Гнею Хирольду – главному военачальнику Нордики, примусу пилусу. Толком не зная Хирольда, Илмар надеялся только на то, что тот тоже германец из племени сигамбров, а германец германца всегда поймет. В общем-то, так и получилось. Хирольд, несмотря на известную всем страсть к драгоценностям и красивым женщинам, отличался еще и умом, иначе бы просто не достиг столь высокой должности. Узнав о том, что происходит, примус пилус тут же распорядился прекратить всякие пытки и, выгнав взашей толмача-весянина, принялся терпеливо дожидаться возвращения легата, который теперь и мучился с не слишком-то разговорчивыми врагами.

– Вы ведь из племени Волка, – то ли утверждал, то ли спрашивал Рысь. – И несомненно, явились сюда не столько за скотом, сколько за рабами, иначе б не напали на косцов, предварительно выманив из селенья всех боеспособных мужчин. Кстати, что с ними? Отряд уничтожен или еще скрывается по лесам? Скорее всего, уничтожен. Что ж, разумно… Я не спрашиваю, кто у вас старший – не скажете, как не спрашиваю и сколько вас – видел сам. Откуда вы пришли – тоже догадываюсь. Конечно же, с юга!

– Рассказали эти сволочи, птицы? – презрительно прищурился один из молодых да ранних, легко раненный в руку.

Всего пленников было трое – двое молодых, лет по двадцати на вид, и третий – жилистый, высокий, с густой окладистой бородой непонятного рыжевато-пегого цвета. Он и выглядел постарше, и одет был получше – в крашеную и отделанную полосками шелка рубаху.

– Нет, парень, род Птицы тут ни при чем, – усмехнулся Юний. – Сам подумай, зачем вам столько рабов? Конечно же, на продажу. А кому вы их можете продать? Торговцам, связанным с эвксинскими городами. А где у нас эвксинские города? На юге, конечно. С какой вы реки? Танаис, Борисфен, Гипанис? Молчите… Что ж. Мне все равно… Не очень-то вы нам и нужны.

Легат поднялся с резного кресла и принялся задумчиво прохаживаться по деревянному полу базилики, недавно выстроенной для судебных заседаний, собраний магистратур и тому подобных общественных действий.

Немного походив, Рысь приблизился к дверям и велел страже увести пленников обратно в узилище. Отвернулся, якобы рассматривая цветные витражи на окнах – могонциакское стекло, между прочим! Целое состояние стоит. Затем, когда ведомые стражей варвары загремели цепями, резко повернул голову и успел увидеть, как тот, кто постарше, в красивой, правда, грязной рубахе ободряюще подмигнул своим соратникам. Ну-ну, мигайте, мигайте…

– Через девять дней у нас праздник – Нептуналии, в честь морского бога, – громко произнес Рысь. – Вы будете казнены на форуме Максимина. Что поделать, народ жаждет развлечений, вот и вы…

Юний, ничтоже сумняшеся, хотел сказать «вот и вы сыграете свою роль», но вдруг обнаружил, что совсем не может произнести эту фразу на языке венедов – сло-вен: просто не было подходящих слов. Впрочем, достаточно было и уже сказанного.

– Эй, воин, – он повелительно подозвал одного из стражников, смутно знакомого юношу с узким смышленым лицом и темными волосами, с которым, как видно, когда-то пришлось сталкиваться, – как твое имя, забыл?

– Кассий, господин легат, – прижав кулак к груди, отчеканил парень. – Точнее…

– Точнее не требуется. Вот что, Кассий, – Юний понизил голос, – если по пути в тюрьму эти варвары будут предлагать тебе помочь им бежать, не отказывайся. Но только скажи, что на это потребуется время.

– Сделаю, господин легат, – понятливо кивнул молодой воин. – Только… как бы это сказать… эти варвары, наверное, вряд ли знают латынь.

– Молодые – очень может быть, что и не знают. – Рысь почесал бородку. – А вот тот, что постарше, – как знать? Он мне показался отнюдь не глупым. Ну, все. Исполняй. Доложишь сразу же, как отведешь.

– Слушаюсь! – Отсалютовав, Кассий четко развернулся и вышел быстрым пружинистым шагом. Понятливый юноша. И кажется, не дурак.

Неспешно выйдя во внутренний двор, Юний посмотрел на солнечные часы – воткнутый в землю кол с расположенным вокруг циферблатом. Около трех дня. И вроде никаких срочных дел нет. Идти домой? Или проверить, как идет подготовка к празднику? Нет, это вряд ли стоит делать, невместно легату вникать в такие мелочи. А, чуть не забыл! Рысь вновь уселся в свое кресло и громко позвал охрану:

– Где там у нас Марий?

– Только что ушел в таверну немного перекусить, господин легат. Позвать?

– Гм… Нет, пусть себе перекусывает… Что за таверна?

– Некоего Авла Папирия, господин легат. Из бывших матросов.

– Я смотрю, вы там часто столуетесь.

– Не все, господин. Я, к примеру, женат, обедаю дома, так же и Тит, и Луций. В эту таверну, похоже, из нас один Марий ходит. Говорит, вкусно.

– Что ж, рад за него. Вот что!

Рысь сделал вид, что вспомнил какое-то важное дело. Что поделаешь, жизнь давно приучила его к подозрительности. Даже собственным телохранителям не вполне доверял. Впрочем, а что им доверять? Многие принцепсы тоже слишком доверяли преторианцам, и где они теперь, те принцепсы? Свергнуты собственными когортами. Так что доверяй, но проверяй.

– Вот что, вызови-ка мне скорохода.

– Слушаюсь! – Стражник исчез за дверью.

Скороход не заставил себя долго ждать, явился шустро, этакий тощий длинноногий малый в короткой, до колен, тунике и легких сандалиях. Юний как раз дописывал небольшое послание на бересте. Дописав, свернул послание в трубочку. Храня благоговейное молчание, скороход терпеливо ждал.