Все оттенки черного - Вадим Панов

Сестра, стараясь не смотреть на тело Леночки, тоже вытащила пачку сигарет и стала чиркать зажигалкой. Руки у нее подрагивали.

* * *

Анна достала из косметички маленькое зеркальце, внимательно осмотрела макияж, легко скользнула по скуле пуховкой, ногтем подправила чуть сбившуюся линию губ и сплюнула.

«Ну почему человеческое мясо сладковато? Отвратительный привкус. Неприятный».

Константин

— В общем, Константин Федорович, мне крайне не нравится эта афера, которую предлагает Штанюк. — Толстый Васильев умел быть твердым, как скала. — В случае неудачи мы получим проблемы по целому ряду контрактов.

— А в случае победы мы получим такое количество контрактов, что сможем купить «Де Бирс» с потрохами, — подал голос Енин, заместитель Куприянова. — Риск есть риск. Хотите играть по высоким ставкам — надо напрягаться.

Константин задумчиво перебирал четки.

— Юрий, а ты чего скажешь?

Маминов, начальник службы безопасности компании, самый старший среди присутствующих на совещании, почесал кончик носа.

— В подобных операциях всегда существует вероятность подставы. Если бы план предложил Штанюк, я бы скорее всего не имел четкого ответа на ваш вопрос, Константин Федорович. Григорий слишком хорошо зарекомендовал себя. Но фигура господина Марципанского внушает недоверие. Очень хорошо, что вам удалось прояснить его роль в этом деле, и теперь я прошу у вас время, чтобы собрать подробнейшую информацию на этого человека.

— Понимаю, — кивнул Куприянов. — Решаем так. Юрий, ты сам определил, чем тебе заняться: Марципанский плюс последние контакты Штанюка. Проследи, не появилось ли у Григория ненужных друзей.

— Разумеется, Константин Федорович.

— Сколько времени тебе надо?

— Сутки.

— Ок. — Куприянов посмотрел на остальных. — Господа, у нас есть сутки. Валера. — Енин поднял глаза. — Ты собираешь все аргументы «за». И параллельно просматриваешь наши активы, надо понять, способны ли мы вообще потянуть эту операцию.

— С удовольствием.

— Сева. — Толстый Васильев кивнул. — Твоя задача — аргументы «против». Но параллельно начинай готовить необходимые для сделки документы. Если завтра мы примем положительное решение, у нас останется очень мало времени на его воплощение в жизнь.

— Я понял, Константин Федорович.

— Тогда все свободны.

Енин и Васильев покинули кабинет Куприянова, Юрий остался.

— У тебя что-то есть для меня? — Куприянов взглянул на часы: без пяти четыре, надо позвонить Леночке.

— Прямо перед совещанием я получил доклад от наших ребят, которые охраняли Прыткову, — бесстрастно произнес Маминов. — Леночка мертва.

— Что? — Движение черных четок в руках Константина остановилось. — Что ты сказал?

— Подробности неизвестны. Мои ребята сидели в машине у подъезда, она попросила их не входить в квартиру, чтобы не пугать родителей. Они клянутся, что никого подозрительного не было. Все подъезды в доме выходят во двор, и они бы заметили, если что не так.

— Проклятие! Сквозной подъезд?

— Нет, — покачал головой Юрий. — Они все проверили.

— Как это случилось?

— Я же говорю: подробности неизвестны. Леночку нашли на крыше, говорят, она очень сильно пострадала. Так, словно бы ее искусала собака.

— На крыше?

— Завтра у нас будет самая точная информация со вскрытия. Я уже позаботился об этом.

Леночка мертва. Куприянов вспомнил запах ее светлых волос, голубые глаза, мягкие губы. Царапины на лице.

— Ты начал расследование по той информации, которую она сообщила утром?

— Разумеется. И я хотел еще спросить у вас…

— Я рассказал тебе все, что знал.

Маминов кивнул.

— Вполне возможно, причину ее смерти следует искать в навязываемой нам операции.

— Возможно. — Куприянов поднялся, подошел к окну и снова принялся за черные четки. — Юрий, имеет это отношение к операции или нет, ты должен найти ее убийцу. Я так хочу.

— Я постараюсь, Константин Федорович. — Маминов поднялся. — Я уже позвонил Маргарите Викторовне, она согласилась помочь нам и поработать, пока мы не подыщем новую секретаршу.

Куприянов слабо улыбнулся. Юрий был верен себе: вместо того чтобы посадить в приемную директора любую девочку из канцелярии, он вернулся к старым, трижды проверенным кадрам. Маминов не одобрял даже минимальный риск.

— Спасибо, Юрий.

— Всего доброго, Константин Федорович.

Начальник службы безопасности вышел из кабинета.

Леночка мертва. Молодая, умная, привлекательная, сексуальная, мертвая. Куприянов медленно перебирал черные четки и вдруг поймал себя на мысли, что не может вспомнить лицо Леночки. В голове всплывал лишь неясный силуэт, который тут же был перекрыт четким образом черноволосой красавицы.

«АННА».

Вера

«Жук» на бешеной скорости летел по шоссе. Вообще-то Вера никогда не позволяла себе лихачить за рулем, справедливо полагая, что разница между ста двадцатью и ста восьмьюдесятью километрами в час может составить и двадцать минут, и целую жизнь, но сегодня она изменила этому правилу.

Ивов, его странный рассказ, странные рисунки… Анна.

«Тьма не поглощает, она берет свое!!!»

Что он имел в виду? Или кого он имел в виду? Вера давила и давила на акселератор, легко опережая двигающиеся в том же направлении автомобили.

Рассказать Коту? Отвезти его к Аркадию? Может, он узнает эту женщину?

«Ее крылья над вами, Вера Сергеевна!»

Надо предложить Коту уехать из города. Из страны. У него очень давно не было отпуска. Завалимся на какие-нибудь острова, дети будут в восторге. Вера улыбнулась. Это хороший вариант.

Бегство — это первое, инстинктивное, желание при встрече с неизвестной угрозой. Не всегда правильное. Не всегда возможное.

Белоснежный перехватчик ДПС легко сел на хвост кругленькому «жуку», деликатно сверкнул массивной мигалкой. Холодный голос, усиленный мегафоном:

— Пожалуйста, прижмитесь к обочине и остановитесь.

Вера поморщилась, но послушно сбросила скорость. Это же надо: впервые за всю жизнь превысила скорость, и на тебе, полиция! Выходить из машины она не стала. Открыла окно — в кондиционированный салон вплыл жаркий воздух, — приготовила документы и положила руки на руль.

— Вам известно ограничение скорости на магистральных трассах?