Зимние убийцы - Павел Марушкин

— Пожалуй, вы правы…

— Это он? — перебил меня гость, кивнув в направлении стола. Там, завернутый в кусок брезента, лежал посох. — Можно взглянуть?

Не дожидаясь ответа, он сдернул ткань и взял орудие Шу в руки. Готов поклясться, глаза его полыхнули вожделением. Длинные пятнистые пальцы поглаживали старое дерево. Я, будто невзначай, шагнул поближе: вдруг парень надумает проломить мне череп? У этих психов подчас такой импульсивный характер…

— И сколько вы за него хотите?

Я подобрался.

— К сожалению, не могу вам его продать.

Против ожиданий, он не возмутился, наоборот — соизволил, наконец, обратить свой взор на меня. На гнусной физиономии проступила лёгкая ухмылка — очевидно, он решил, что я сейчас буду торговаться.

— Не расслышал, как вас зовут…

— Эдуар. Можно просто Эд. Дело в том, что эта вещь уже продана. Вы немного опоздали, мистер Хеллисентис.

— Всегда можно заключить более выгодную сделку. Я дам вам за него сотню трито.

Если Даго рассчитывал ошарашить меня своей щедростью, то его ждало горькое разочарование.

— Во-первых, я всегда держу данное слово…

Его ухмылка сделалась шире.

— …А во-вторых, эта вещь уже продана, — тут я выдержал крохотную паузу. — За десять тысяч.

Он прищурился.

— Вот как? И кто же даёт такую цену?

— Некий коллекционер. Боюсь, что не могу назвать вам его имени. Это конфиденциальная информация.

Он испытующе поглядел на меня.

— А знаете, Монтескрипт, я вам не верю. Здесь что-то другое…

Так. Оказывается, он прекрасно знал, к кому идёт. Ну, и зачем тогда эта комедия? Хорошо, что мне не взбрело в голову назваться вымышленным именем. Терпеть не могу чувствовать себя дураком.

— Если вы и впрямь слышали обо мне, то знаете — я всегда добиваюсь своего. Всегда. Почему бы вам не пойти мне навстречу? Так мы оба избежим многих проблем…

— У меня встречное предложение. Почему бы вам не положить эту штуку на место и не убраться отсюда? — Этот тип начинал действовать мне на нервы.

Улыбка сползла с его губ.

— Осторожнее! — процедил Даго. — Не забывай, с кем разговариваешь, мальчишка!

— Мне плевать, кто вы и что о себе воображаете. Нет — значит нет, господин Хеллисентис. И не вздумайте угрожать мне — в моём же доме!

Мы сверлили друг друга злобными взглядами. Физиономию Даго, и без того мерзкую, исказил нервный тик. Я буквально чувствовал, как напряглись за тонкой стенкой ребята Эддоро. Если этот тип вздумает выкинуть какой-нибудь фокус или заорать, его телохранители вышибут дверь, ворвутся сюда, и начнется такое…

— Ну хорошо, — внезапно сказал он и с видимым сожалением положил посох обратно. — Я ухожу, господин Монтескрипт. Но помните: я всегда добиваюсь своего, так или иначе.

С этими словами он направился к выходу. Я не стал желать Даго доброго пути…

— Проклятье! Я уж думал, придется вмешаться, — облегченно бросил старший охранник, когда дверь за моим визитером захлопнулась.

— Слыхали что-нибудь про этого клоуна? — осведомился я.

— Даго Хеллисентис? Ещё бы! Жуткий малый… Болтают, он исповедует один из самых темных культов Старой веры, с убийствами и жертвоприношениями.

— Я слыхал, в его доме прислуживают зомби, — проговорил один из охранников. — Байки, наверное…

— Нет, — отрезал старший. — Не байки.

Воцарилось молчание. Тема о зомби у нас — своеобразное табу. Дело в том, что местные колдуны владеют невероятным, с точки зрения людей, искусством: могут возвращать к жизни недавно умерших фрогов. Впрочем, слово «жизнь» здесь не очень подходит… Психология этих… созданий здорово отличается от нашей.

Интересно, как скоро Хеллисентис сообразит, зачем я подал объявление — и что предпримет по этому поводу? Некоторое время я раздумывал над этим. Вообще-то, если за последними убийствами действительно стоит он, то я проиграл: Даго не попался в ловушку. А вот мне теперь стоит ходить с оглядкой: этот малый не из тех, что бросают слова на ветер.

Больше в тот вечер меня никто не тревожил. Ночь прошла спокойно — хотя спать пришлось по очереди и одетыми: никому из нас не хотелось быть застигнутым без штанов. Утром, на рассвете, двое охранников покинули мой дом: спустя некоторое время их должны были сменить «свежие силы». Я встал, привел себя в порядок, и потирая затекшую шею (я ночевал в кабинете, на сдвинутых стульях) направился в кафе Лакси. Там меня ждал небольшой сюрприз: мой друг в кои-то веки соизволил отверзнуть уста.

— Вчера приходил Элисенварги! — выпалил он, стоило мне появиться на пороге. Я даже вздрогнул: успел отвыкнуть от звука его голоса.

— Так он и сюда заглядывал? Наверное, был очень зол?

Лакси энергично закивал и извлек из-под прилавка свежий номер газеты. Предчувствуя нехорошее, я развернул страницу.

Убийца вновь нанес удар. На этот раз нападению подвергся частный коттедж в хорошем районе, причем — в паре кварталов от полицейского участка.

— Ублюдок играет с огнем, — пробормотал я.

Правда, это неплохо у него получается. Почерк преступника был такой же, как и в прошлый раз: вломился и разбил на куски глыбу льда в ванной. Никакого изящества, быстрота и натиск. Соседи услыхали шум, но не придали ему значения; тревогу поднял один из прохожих, заметив вышибленную дверь. Но это было ещё не всё: двоих фрогов, любителей подледного лова, доставили в больницу — вчера вечером их избила толпа разгоряченных алкоголем сограждан. Естественно, они были невиновны — но такое мирное занятие, как зимняя рыбалка, похоже, становилось смертельно опасным.

— В Амфитрите начинаются гражданские волнения, — пробормотал я. — Только самосудов нам не хватало!

Двери открылись, и на пороге возник инспектор Элисенварги. Снег лежал на его плечах и полях шляпы, но он не замечал этого.

— Я в отчаянии! — заявил он, без спросу плюхнувшись на стул рядом со мной. — Убийства продолжаются. Просто какая-то эпидемия безумия! Я готов на всё, чтобы этому настал конец. Готов заключить сделку с любым из князей преисподней. Проклятье, я готов даже воспользоваться вашими услугами!

Лакси изумленно округлил глаза, но инспектору было плевать, кто нас слышит и как реагирует. Он вытащил из кармана ворох мятых купюр.

— Скажите мне, что вы знаете, Монтескрипт. Поделитесь. Не держите в себе. Я буду благодарен вам за любую малость, за один только намек…

— Уберите деньги, инспектор. У меня уже есть клиент. Кроме того, принять ваше предложение — это загнать самого себя в ловушку. Частный детектив, работающий на полицию — это так же плохо для репутации, как частный детектив, работающий на мафию. Если не хуже.