Князь орков - Михаэль Пайнкофер

— Вот ты где. Где ты был? — строго спросил Раммар.

— Я… я спрятался, — тихо раздалось в ответ. — Я боялся тебя.

— И правильно — после всего того, что ты мне сделал! — Раммар сжал лапы в кулаки. — Не забывай — я все еще старший из нас двоих. И почему я не прибил тебя давным-давно — не знаю, но если ты еще раз попытаешься выставить меня дураком, то берегись, понял?

— Да, Раммар.

— Тогда идем дальше. Не знаю, почему, но эта местность мне не нравится. Поищем место для ночлега где-нибудь подальше — а в качестве наказания за свое дурацкое поведение ты первым будешь стоять на страже. И что ты себе думал, а?

Раммар двинулся вперед, уверенный, что Бальбок тащится следом. Но когда он опять не получил ответа, а вместо этого услышал странное шлепанье и чавканье, обернулся и ужаснулся — как будто перед ним был сам Курул во плоти.

Бальбок снова исчез.

Там, где только что был долговязый, стояло существо, рожденное, должно быть, самым жутким кошмаром — огромное, опасное, с раскрытым беззубым ртом и слизистой, похожей на тину кожей.

— Хгул, — прошептал Раммар.

— Тебе помочь? — заботливо спросил Раммар брата, сидевшего на корточках и отрывавшего пиявок. От своих намерений приготовить из них ужин Бальбок отказался; весь аппетит куда-то пропал. И тем не менее он время от времени засовывал одну-две насосавшихся крови пиявок между зубами, чтобы восполнить потерю крови.

— Я уже почти закончил, — ответил он и тут же втянул голову в плечи в ожидании вспышки гнева, который вот-вот снова должен был грянуть. Мысленно худой орк уже слышал новую порцию брани: это он — Бальбок — виноват во всех их неудачах, и это он — Раммар — не желает больше ждать, и им пора отправляться. Как обычно бывает, когда Раммар сердится, у него надуются жилы на лбу, ноздри раздуются и…

К безграничному удивлению Бальбока, Раммар понимающе произнес:

— Не торопись, я подожду.

Бальбок смутился, но кивнул и поднялся. Потом с прищуром посмотрел на Раммара, потому что заподозрил неладное.

Раммар был его братом. Они выросли вместе, многое делали вместе — оскальпировали первого гнома, впервые напились кровавого пива, убили первого тролля. Но за все эти годы Раммар ни разу не был приветливым и понимающим.

Бальбок посмотрел на собеседника в упор.

— Ты не Раммар, правда? — спросил он.

— Что?

— Ты не Раммар! — повторил Бальбок, на этот раз абсолютно уверенный в своих словах, потому что настоящий Раммар давным-давно выбранил бы его за этот дурацкий вопрос.

Собеседник ответил ему язвительным смехом, и внезапно внешность его начала меняться. Знакомое лицо Раммара исчезло, а под ним оказалась грязно-коричневая морда, на которой не осталось ничего орочьего — да и вообще ничего: два глаза смотрели на мир с потерявшего очертания лица, казалось, слепленного из мокрой глины и постоянно изменяющегося. У существа был широко раскрытый беззубый рот, но Бальбок не сомневался в том, что этот беззубый рот может проглотить его со всеми потрохами. Весь облик существа, как и лицо, постоянно трансформировался; с длинных рук капала тина, чтобы тут же смешаться с болотной жижей, а по ногам поднималась очередная порция, чтобы тут же слиться с телом существа.

Хотя Бальбоку никогда не доводилось видеть подобных уродов, он понял, с чем столкнулся. С гулем!

Гули, также именуемые духами болот, были необычайно опасны, хотя не являлись духами в прямом смысле этого слова. То были ужасные создания, потому что обладали способностью к превращению и изменению своей внешности по своему желанию. Ни в одной из войн прошлого гули не становились ни на одну из сторон; они жили глубоко в болотах и интересовались только собой. Путник, попавший в их лапы, был обречен…

— Молот Наркода! — вырвалось у Бальбока, и орк схватился за топор, когда руки противника превратились в щупальца. Гуль не стал ждать и напал на Бальбока, поднявшего оружие, чтобы отразить атаку. Одно из щупалец обхватило топор и попыталось вырвать его у Бальбока, второе нанесло болезненный удар, от которого лопнула толстая орочья кожа.

Бальбок упрямо тянул свою секиру, и ему удалось вернуть ее. Издав злобное рычание, жуткое создание снова выбросило вперед длинные руки, на этот раз целясь Бальбоку в шею, и орку пришлось пригнуться, чтобы удар не снес ему голову с плеч. Затем он прыгнул вперед, и орку удалось провести удар, направленный в незащищенную грудь гуля.

Бальбок был уверен в том, что бой на этом закончится, но там, где только что была грудь гуля, внезапно не оказалось ничего — в центре тела существа зияла дыра, и топор Бальбока рассек пустоту!

Орк издал удивленный возглас, а гуль злорадно рассмеялся. С обеих сторон, словно плети, взметнулись лапы, но Бальбок молниеносно упал на землю, и выпад его не настиг. Долговязый бросался из стороны в сторону, размахивая топором, и ему удалось отсечь одно из щупалец.

Гуль печально завыл, когда потерял часть тела — и к вящей радости Бальбока новое щупальце не отросло. Похоже, потерянный кусок был чересчур велик, чтобы болотное чудовище могло его просто нарастить, и орк понял, что может победить, если только ему удастся тяжело ранить гуля. Урод не кровоточил и, похоже, не испытывал боли, но непобедимым не был.

— Ну, погоди! — прорычал Бальбок, размахивая смертоносной секирой. — Я тебя научу связываться с орками! Разрублю тебя на кусочки, если понадобится. Иди сюда!

К сожалению, гуль воспринял его слова буквально и снова атаковал. С головокружительной скоростью исчадие трясины бросилось к нему, исполнило обрубком руки финт, причем тина, описав полукруг, полетела на Бальбока, угодив в глаза. Пока орк лихорадочно вытирался, уцелевшая рука-щупальце метнулась вперед и обвилась вокруг Бальбоковой шеи. Она затягивалась, словно удавка, и в мгновение ока Бальбок начал задыхаться.

Воинственный клич замер у него на губах, превратившись в жалкий хрип, а сам орк тем временем отчаянно пытался разорвать удушающую хватку гуля. Вонзив когти в состоящее из тины щупальце, он занес секиру. Но удары его не находили цели, они были слишком поспешны, чтобы представлять опасность для гуля, и с каждым мигом они становились все более вялыми и слабыми.

Напрасно пытался Бальбок сделать хоть маленький вдох. Перед глазами его уже плясали черные круги, и он снова заподозрил, что конец его близок.

Ему стало жаль, что он не сделал в своей жизни ничего, чем действительно стоило бы гордиться. Когда он был совсем молодым орком, он мечтал о том, чтобы стать великим и могучим воином, а вместо этого останется в памяти как один из умбал'хай, которые были настолько глупы, что не смогли вернуть в больбоуг украденную голову предводителя своры.

Бальбок понял, что сможет продержаться недолго. Он еще раз взмахнул секирой, а потом силы оставили его. Оружие вывалилось из его лапы и ухнуло в болото, а вслед за ним рухнул его хозяин, который был уже не в силах держаться на ногах. Бальбок грузно опустился на землю, понимая, что бой окончен.