Драконья ночь - Юлия Пульс

Пламенный дворец

– Повезло, что она тебя укусила. Особенность крови нашего рода противостоять ядам спасла жизнь твоей паре. Кто бы мог подумать! Альвир сказал, что опасность миновала. Ее жизни ничего не угрожает, – Эрвина мягко опустила руку на плечо Тордона и взглянула на его перевязанное запястье.

Герцог сидел на стуле у изголовья кровати почти неподвижно. Смотрел на бледное лицо Триссы и осторожно прикасался к тонким пальчикам девушки. Изредка опускал взгляд на свежие раны на ее нежной коже и скрежетал зубами от злости. Страшная картина того, в каком состоянии он обнаружил невесту на острове, все еще стояла перед глазами.

– Снотворное сильное. Еще сутки спать будет. Тебе надо поесть и отдохнуть, – погладила внука по голове. – Я посижу с ней.

– Ты знала, что творится на Красном острове? – не придал он значения словам Эрвины и не сдвинулся с места.

– Нет. И Вестейн понятия не имел, что не чистые на руку патрульные продают эсперок вне Драконьей ночи. Будет проведено расследование. Всех виновных осудят. Хозяйку плантации и ее мужа так же отправили в столичную темницу до выяснения всех обстоятельств, – она тяжело вздохнула и крепко задумалась о том, кто же теперь будет добывать ягоды для ее любимой омолаживающей настойки.

– Что делать с другими эсперками не решили?

– Думаем, – пожала она плечами и подошла к приятно трещащему камину. Подставила ладонь огню и всмотрелась в оранжевый танец пламени.

– Оставьте их во дворце. Выделите каждой свою комнату в крыле прислуги. Если захотят служить Ворнам, пусть выберут любую работу по душе. Удвойте жалование, – коснулся он кончиками пальцев горячего лба Триссы и провел рукой по разбросанным по подушке белым волосам. Он точно не знал, магия запечатления так на него действует или нет, но сердце в груди сжималось от одного только взгляда на измученную девушку.

– Хорошо, я отдам распоряжение, – подошла она к столику у балконных дверей, наполнила бокал вином и втянула терпкий аромат черного винограда. – Если дело придать огласке, придется расследовать смерть драккарца, которого патрульные нашли в серпентарии, – сделала она крохотный глоток и покатала сладкий напиток на языке, чтобы сполна насладиться давно забытым вкусом особенного вина Ворнов.

– Его покусали змеи. Нечего тут расследовать, – Тордон так и не оторвал взгляд от Триссы, присматриваясь к ее размеренному дыханию. То, как медленно и спокойно вздымалась ее грудь, его немного успокаивало.

– Вестейн сказал, что ему в пах воткнули гвоздь. И это явно не змеи сделали. Есть подозрение, что Трисса…

– Вестейну следовало навести порядок в рядах патрульных! – метнул он в бабушку осуждающий взгляд, возмущенный тем, что Триссу пытаются в чем-то обвинить. – Тогда бы она здесь не лежала! Мне плевать, что случилось с тем ублюдком! Пишите в отчетах что хотите, а Триссу не вмешивайте! С нее хватит! Моя невеста будет окружена заботой и любовью, как того заслуживает. Это понятно, я надеюсь?

Эрвина со снисходительной улыбкой кивнула. Невольно сравнивала того мальчишку, которого помнила вопящим в пеленках комочком и взрослого мужчину. Как же много она упустила за эти годы! Своих детей не было, но посмотреть на то, как растут внуки, ей всегда хотелось. Не успела она поднести бокал к губам, как в дверь робко постучали.

Хелен вошла в покои с букетом цветов в руках. Нашла взглядом Тордона и склонилась в глубоком поклоне.

– Прости за беспокойство, как только я узнала, не смогла остаться в стороне. Мы с детства друг друга поддерживали. Я пришла разделить с тобой радость спасения невесты и поддержать девушку. Всегда приятно, очнувшись поутру, увидеть красивые цветы и вдохнуть приятный аромат, – заискивающий тон Хелен сразу насторожил Эрвину, но вида она не подала. Ей захотелось повнимательнее понаблюдать за гостьей, поэтому и встретила визитершу добродушной улыбкой. С интересом проследила, как девушка в шикарном черном платье с не скромным декольте ставит цветы в вазу и заботливо поправляет лепесточки.

– Благодарю, Хелен, – сухо ответил Тордон, чье внимание полностью занимала лишь Трисса.

Эрвина заметила, что драккарку задело равнодушие герцога. У нее на лбу читалась ревность, хотя она умело ее прятала за улыбкой. Такие вещи изгнанница Ворн тонко чувствовала и знала, что даже самый нежный с виду цветок может оказаться плотоядным. Вот и сейчас Хелен тайно пускала слюни на мужчину, которой увлечен другой.

– Как хорошо, Тордон, что у тебя такие преданные друзья, – обошла Эрвина драккарку по кругу и вернулась к внуку. – Я думаю, Хелен можно доверить нести за невестой шлейф на свадьбе. Она почтет это за честь, не так ли? – издевательски произнесла женщина, чтобы снова посмотреть на реакцию девушки.

О! Эрвина бесспорно увидела то, что хотела. Хелен разве что не заскрежетала зубами. Ее лицо до неузнаваемости перекосило злобой.

– Конечно, это честь для меня, – с тоской посмотрела она в спину Тордона и сжала кулаки за спиной. – Потому и решила погостить во дворце, чтобы успеть до свадьбы подружиться с Триссой.

Эрвина вскинула брови и подумала, что девка не промах. Надо быть с ней на чеку.

– Как самоотверженно! – натужно умилилась бабушка Ворн.

– Благодарю, – снова отвесила поклон драккарка. – Если нужна будет моя помощь, я в гостевых покоях. Пусть скорее выздоравливает, – расшаркалась Хелен перед Тордоном и поспешила покинуть комнату.

– Какая прелестная у тебя подруга, – не удержалась от комментария Эрвина. – Позволишь ей остаться во дворце?

– У Хелен отец смертельно болен. После него она старшая в семье. Принимает дела отца и ведет переговоры от его имени. Ей сейчас нелегко. Если хочет остаться, я противиться не буду.

– Она красивая. Неужели между вами ничего не было? – продолжала выпытывать Эрвина.

– Однажды по глупости поцеловались, но это ничего не значит. Мы просто друзья, – отмахнулся Тордон от бабушки, как от назойливой мухи.

– Вот как, – рассмеялась женщина. – Что ж, мне пора идти. Займусь делами. В коридоре дежурит прислужник. Когда Трисса очнется, пришли за мной.

– Хорошо, – глухо отозвался герцог и проводил бабушку взглядом к выходу.

Потянулись долгие часы ожидания, а Трисса все не просыпалась. Тордон успел принять в покоях всю свою родню, включая прадедушку Иммераля. А на утро следующего дня Трисса впервые зашевелилась. Она перевернулась на бок и сложила руки лодочкой под щекой. Ее дыхание участилось, а губы зашептали что-то бессвязное. Герцог напрягся и подался вперед, чтобы взглянуть на лицо невесты. С радостью обнаружил, что ее длинные ресницы подрагивают. Потянулся к обнаженному плечу девушки и прикоснулся к теплой коже. В этот миг Трисса распахнула глаза. В голубых радужках застыл ледяной ужас. Увидев Тордона, она испугалась и подскочила в кровати, скинув с себя его прикосновение.