Часовые Запада - Дэвид Эддингс

Она взглянула на него, подняв бровь.

- Мне не дают покоя разные мысли, - сказал он. Затемпосмотрел ей прямо в глаза. - Между Гарионом и Сенедрой все выяснилось?

- Думаю, да.

- Нам нужно знать наверняка. Я не хочу, чтобы здесь опятьвсе полетело в тартарары. Мне скоро придется вернуться в Долину, но если тыполагаешь, что нужно остаться и присмотреть за этой парочкой, то я задержусь. -Голос его был серьезным, даже решительным.

Эрранд опять подумал, что в Бельгарате словно живут дваразных человека. Когда не было никаких важных занятий, он погружался в полурасслабленноесостояние, проводя время за дружескими попойками, хулиганскими проделками имелким воровством. Когда же возникала серьезная проблема, он забывал про пустыеразвлечения и всю свою неиссякаемую энергию бросал на решение этой проблемы.

Польгара ссадила Эрранда с коленей и поглядела на отца.

- Значит, дело серьезное?

- Не знаю, Пол, - сказал он, - а когда происходит то, о чемя не знаю, то мне это не нравится. Если ты закончила с тем, ради чего сюдаприехала, тогда давай собираться домой. Как только удастся поднять Бэрака наноги, он отвезет нас в Камаар. Там мы сможем найти лошадей. Мне нужнопоговорить с Бельдином - выяснить, известно ли ему что-нибудь про всю этуисторию с Зандрамас.

- Мы соберемся и поедем, как только ты скажешь, отец, -ответила Польгара.

Чуть позже Эрранд отправился на конюшню, чтобы попрощатьсясо своим резвым жеребцом. Он был немного опечален тем, что так рано уезжает. Онбыл искренне привязан к Гариону и Сенедре. Молодого ривского короля Эррандсчитал братом, а Сенедру любил как родную сестру. Но больше всего, конечно, онбудет скучать по коню.

Мальчик стоял посреди двора, а рядом под ярким утреннимсолнцем скакал длинноногий жеребец. Боковым зрением он увидел, что к немуприближаются Дарник и Гарион.

- Доброе утро, Эрранд, - сказал ривский король. - Я смотрю,вы с конем очень хорошо проводите время.

- Мы друзья, - сказал Эрранд. - Нам нравится быть вместе.

Гарион печально поглядел на гнедого. Конь подошел к нему иуткнулся мордой в одежду, Гарион почесал его навостренные уши и провел рукой поблестящему гладкому лбу. Потом он вздохнул.

- Ты хочешь, чтобы он принадлежал только тебе? - спросил онЭрранда.

- Наши друзья не могут нам принадлежать, Гарион.

- Ты прав, - согласился Гарион. - Но ты хочешь, чтобы онотправился с тобой в Долину?

- Но он тебя тоже любит.

- Я всегда смогу приехать к вам в гости, - ответил ривскийкороль. - Да к тому же ему здесь негде побегать, а я всегда так занят, что немогу уделить ему достаточно времени. Ему лучше быть с тобой, как по-твоему?

Эрранд размышлял, стараясь думать только о благополучиисвоего друга, а не о своих личных привязанностях. Он поглядел на Гариона ипонял, чего тому стоит такое щедрое предложение. Когда он наконец ответил,голос его был тих и серьезен.

- Думаю, ты прав, Гарион. В Долине ему действительно будетлучше. Там ему не придется стоять на привязи.

- Его надо будет объездить, - сказал Гарион. - На него ещеникто никогда не садился.

- Мы этим займемся, - заверил его Эрранд.

- Тогда он поедет с тобой, - решил Гарион.

- Спасибо, - просто ответил Эрранд.

- Пожалуйста.

"Молодец!" - Гарион так отчетливо услышал голос,как будто он звучал у него в голове.

"Что?"

"Ты молодец, Гарион. Я хочу, чтобы этот мальчик и этотконь были вместе. Им вдвоем многое предстоит сделать".

После этого голос умолк.