Попаданки рулят! - Ольга Янышева

Подозрительный прищур я решила проигнорировать.

— Сейчас. Только с Юлием и Дафной поговорю… они думали, что Скай будет у них. Раз всё изменилось, думаю, признать девочку моей дочерью — будет самым правильным.

Савойский лишь дёрнул плечами, никак не выражая своего отношения по поводу моих мыслей. Мужчина открыл дверь в домик садовника, явно не собираясь оставлять меня без присмотра.

«Я у него явно в приоритете! Какая честь!» — поморщившись, первой вошла в дом.

Разговор был пусть и недолгий, но нервов мне измотал достаточно, когда я смотрела на расстроенную Дафнию, понявшую, что девочка Скай — не её Мира. Казалось, я у женщины дитя отобрала — было стыдно и невероятно жалостливо.

Ещё и представила девочку, как свою дочь.

К моему изумлению, настроение всем поднял Савойский, непонятно от чего довольный моим путанным рассказом, который я натурально придумывала на ходу.

Ратмир долго молчал, слушал мои извиняющиеся объяснения, а потом, когда я запнулась на полуслове и утихла, не зная, как женщину успокоить, непреклонно велел Дафнии найти себе подмену… чтобы сменить должность «старшая горничная» на «гувернантка».

В общем, возвращаясь в замок, я за собой вины больше не чувствовала: Скай — со мной, добрая жена садовника — теперь более чем счастлива, зная, что девочка постоянно будет рядом с ней, а Ратмир… Ратмир заработал себе несколько очков в карму… и моё личное признание, которое, пусть совсем маленькое, но уже делало свою работу, затирая некоторые шероховатости нашего знакомства и общения.

Однако, когда меня поселили в покоях, убранных отрядом Дафнии, приставив при этом личную камеристку, которая проследила за тем, чтобы мне наполнили ванну, принесли ужин и приготовили ночное платье, которое сорочкой назвать было просто нереально, я подумать не могла, что выйдя из ванной комнаты я увижу на своей кровати наглого герцога.

Скай забрала Дафния загодя купания, улыбаясь и отчитавшись, что ребёнку пора ужинать и спать… в детской, поэтому, застыв в проходе спальни, я растерялась, оказавшись наедине с полудемоном-полунагом. Савойский чувствовал себя, как дома, что было фактом.

Пока смотрела на развалившегося поверх одеяла мужчину, на котором были лишь бежевые штаны, да тёмно-синий халат, не запахнутый, смущающий меня открывавшимися видами рельефного живота, Савойский разглядывал меня в ответ. По его улыбке можно было точно сказать, что он доволен своим приобретением.

«Наглость несусветная!»

— Я думала, мы договорились, — собрав волю в кулак, подавила в себе желание зажмуриться.

«Никогда не думала, что идеальный пресс может ослеплять!»

— Да. — Савойский поправил подушку, удобнее устраиваясь на кровати. Потянулся за книгой… той… про пары. — Мы договорились на том, что тебе нужно узнать меня. Вот мы и будем узнавать…

— Я не буду заниматься с тобой сексом! — возмутилась, раздражённо поправив лямку шёлковой сорочки, которую надела сразу, приняв пенистую ванну. — Консумация…

— … не имеет смысла. Ты — не девственница. Да и Скай ты представила, как свою дочь. А если у тебя есть ребёнок, то отношения до брака…

— Ты издеваешься!? — прошипела, точно змея.

— Признаться честно — да. — Савойский раскрыл книгу, углубляясь в чтение, точно мои возмущения — зудение назойливой мухи.

— Если так, то можешь поднимать свой зад и отправляться удовлетворённым к себе — я более чем зла!

Книга резко сместилась на живот, демонстрируя до одури наглое выражение лица гада:

— Удовлетворённым? Детка, дразнить тебя — мало, чтобы уйти отсюда удовлетворённым. — Не знаю, что там во мне разглядел Савойский, но улыбаться перестал, резко посерьёзнев. — А если серьёзно, то я буду спать с тобой. Говорят, так быстрее привыкают.

— Кто говорит, и кто привыкает!? — скрестив руки на груди, прикусила с внутренней стороны щёку. Очень уж меня смущал полуголый мужчина, несмотря на всё возмущение, что бродило во мне от его «ни стыда, ни совести».

— Привыкнешь ты, а говорит так народная мудрость. Иди сюда. Надо согласовать некоторые правила поведения. — Брови мужчины сошлись в одну хмурую линию.

— Мне и здесь неплохо…

— Не упрямься. Или мне уложить тебя рядом, как неразумное дитя? Боюсь, тогда придётся тебя обнять… — я напряглась, а полудемон-полунаг хитро усмехнулся. Казалось, его голубые глаза блестят довольством. Он явно забавлялся и удовлетворение получал ещё то, несмотря на намёки с сексуальным подтекстом, сказанные ранее.

Когда бровь герцога приподнялась ещё на пару сантиметров, а он сам немного выпрямился, показывая свою готовность осуществить угрозу, я резко поняла, что обниматься пока не готова.

Живехонько забравшись на широченную кровать, с невозмутимым видом обложила себя подушками со стороны Ратмира, полностью игнорируя самодовольное «личико» местного представителя власти.

Когда моя «крепость» более менее меня устроила, высокомерно вздёрнула подбородок, поворачиваясь к мужчине:

— Итак. Что Вы там хотели со мной согласовать, Ваше Сиятельство?

Уголки губ Ратмира дёрнулись вверх, но он быстро взял себя в руки, решив не акцентировать внимание на внезапном возникновении с моей стороны официоза. Савойский просто перешёл к делу.

— Ты потребовала дать тебе время, я согласился, но определённого срока завершения этого, никому не нужного знакомства, я так и не услышал…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— «Никому не нужного»? — я опешила. — То есть, ты считаешь это нормальным — выйти замуж за подошедшего к тебе мужчину, всего лишь заявившего, что ты его пара?

— Не «всего лишь», — посмурнел Ратмир. — Услышать от ахура, что ты — его пара, достаточно веская причина быть довольной жизнью.

— А если у меня, например, жизнь и так достаточно прекрасна? — возмущение взяло верх. Захотелось уколоть наглеца словесной шпилькой, а в их создании мне не было равных. — Если я жила счастливо и вообще собиралась замуж!?

Я даже не успела деловито вскинуть брови, как оказалась… оказалась прижатой к мягкому матрацу огромной кровати нависшим надо мной мужчиной.

Адреналин настолько ударил в голову, что я забыла, как дышать.

В голове понеслись картинки тридцати лет, упрямо говорящие, что это последние секунды моей прекрасной жизни и их вечного спутника — бестолкового языка.

Мама, Инка, мальчишки на улице, в окружении которых мы с сестрой выросли, поездка в другую страну, с целью получить высшее образование в одном из самых престижных вузов Москвы, недобор одного балла, счастливая новость о том, что Инуська поступила, взваленные обязательства на мои плечи, работа в цветочном ларьке, пока младшенькая учится на юриста, мечты стать значимой, крушение их, постановка целей, уверенность в том, что никто, кроме самой себя, мне не поможет, стажировка у питерских флористов, свадьба младшенькой, поездки домой… знакомство с Костиком… вечно нудящая Карина и универ, в который мне всё-таки удалось попасть, пусть и не с первого раза…