ВИКС. Душелов - Сергей Зайцев

– А кто, кстати, лидеры? Гонор – зам, Алса – тоже.

– А выше и нет никого. Каждый игрок здесь ведь только десять дней, Зуб, сам сообрази.

– Все, все, дошло, – я снова кивнул. – Лидеры давно уже в старших локах с основным составом.

– Вот именно. Тут и заместители временные – уходя, каждый из них обязан назначить преемника. Жуткая текучка кадров, а потому страшный бардак с дисциплиной и приоритетами. Уже в песочнице они готовы порвать друг друга, лишь бы усилить влияние на этом клочке земли, которым владеют лишь в своих амбициях. Думаю, в тех локах, где находится основной состав, политика гораздо мягче и разумнее.

– Да я вообще не вижу смысла создавать клан в таких условиях, – я пожал плечами. – Набор в клан – дело ответственное, а тут просто гребут всех подряд. Но ты говоришь – дополнительный опыт…

– И не только. По сведениям господина Эско, и «Коты», и «Дети» – очень перспективные кланы, быстро развиваются именно за счет непрерывного пополнения из начальной локи. Кого выгнать или оставить – решать главам, главное, чтобы было из чего выбирать. Так что такой подход смысл все-таки имеет.

– Так связь со старшими локами все-таки есть?

– Угу. Но только через куратора. Кроме того, членство в клане дает и дополнительные умения. Но, на мой взгляд, они не настолько хороши, чтобы так дешево продавать свою свободу и отказываться от перспектив альтернативного развития.

– Слушай, раз уж решили дружить против всех, то почему бы не создать свой клан?

– Думаешь, один такой умный? – Дар негромко рассмеялся. – Чтобы создать новый клан, положено собрать пять единомышленников. А столько свободных новичков здесь давно уже не бывает. Редко когда одновременно появляется больше трех. Разве что кто-то время от времени нарывается на фатальный штраф и уходит в Инферно раньше срока, освобождая место для непланового пополнения.

– Ясно. А какой мир облюбовал ты? Наверняка какая-то общая информация о каждом из порталов имеется, я прав? Иначе это имеет смысла не больше, чем прыжок в Инферно.

– Да, инфа имеется. Описания миров, куда ведут порталы, можно прочитать в Управе. Мы с Жальником пришли к общему мнению, что нужно уходить или в «Колыбель богов», или в «Самшитовый город». Там меньше всего кланов и игроков. Правда, там и сложнее… Так, погоди минутку. Пора нашего приятеля разбудить. Трансформация закончилась.

– Трансформация?

Я недоуменно оглядел черный панцирь черепута, состоявший из плотно подогнанных выпуклых и широких костяных пластин овальной формы, причудливо разукрашенных желтоватыми прожилками. Внешне он вроде никак не изменился. Самые большие пластины, что располагались по центру спины, по размеру напоминали воинские щиты типа баклера. А из тех, что поменьше – ладони в две размером и более прямоугольной формы, – которые окаймляли нижний край панциря, вполне можно было выкроить лезвия для костяных топоров. Я присел на корточки, потрогал кромку пластины. Надо же, острая как бритва. Хорошо, что я не попал под удар этих пластин – можно и без ног остаться.

– Сейчас сам увидишь. – Дар медленным ласкающим движением провел кончиками пальцев по костяному боку, а затем гулко хлопнул по панцирю ладонью.

Секунд двадцать ничего не происходило, но как только я начал терять терпение, панцирь едва заметно дрогнул. На всякий случай я попятился на несколько шагов, с трудом удерживаясь от желания потянуться за мечом. А вдруг нападет? Питомец-то не мой. Панцирь вздрогнул сильнее. Засохшие пятна водорослей вдруг осыпались, стекли с выпуклых пластин в траву струйками невесомого праха. Черная поверхность засияла как новенькая, а желтоватые прожилки налились сочным янтарным цветом. Черепут наконец зашевелился – из отверстий в панцире высунулись лапы… Я удивленно покачал головой, прекрасно помня, что из озера зверь выбрался на ластовидных конечностях. А сейчас в землю уперлись покрытые темной морщинистой кожей лапы-тумбы с массивными серповидными когтями, каждый с хороший кинжал. Черепут превратился в сухопутного! А вот головы не изменились – как только высунулись, сразу же недобро уставились на меня двумя парами черных глазок. Злопамятный, однако. Ну, хоть не шипит.

– Пятьсот кило бронированной массы, – деловито сообщил Дар и, не сдержав переполнявших его эмоций, снова растянулся в улыбке до ушей. – Теперь главное – натаскать его еще хотя бы на пару уровней до того момента, как отправимся в данж. Знаешь… – Дар бросил на меня признательный взгляд. – Если бы твоей жизни всерьез что-то угрожало, я плюнул бы на квест и пришел бы тебе на помощь. Но нарушение концентрации при привязке привело бы к скверному результату. Вместо взрослой и матерой особи – готового танка, я получил бы детеныша первого уровня, которого пришлось бы сперва вырастить и только потом натаскивать и воспитывать для достижения нужной кондиции. А на это банально нет времени.

– Детеныша? Как это возможно?

– Сбой условий квеста ведет к сбросу параметров и уменьшению массы приручаемого существа. Вот так-то, Зуб. В том, что мы получили этого пета, – в первую очередь твоя заслуга. Спасибо, брат. Думаю, что у нас все по…

Маг осекся – откуда-то издалека, широко разносясь по округе мощными торжественными аккордами, донесся величавый звук – словно от боевого горна, в который трубит великан.

– Это еще что? – встрепенувшись, с любопытством поинтересовался я.

– Сигнал с Западной заставы, она тут рядом. Утренняя волна всегда хилая, разминка для новичков. Туда-то нам и надо.

– Ты сказал – волна?

– Да, Губитель всегда начинает день с нее…

Горн протрубил снова, и длился сигнал дольше первого. Улыбка Дара моментально поблекла, он озабоченно прищурился:

– А вот это уже не очень хорошо – двойной сигнал. Чую, быть беде – утреннюю волну всегда отбивают новички, старшим там делать обычно нечего.

– Да в чем проблема?! Говори яснее!

– В том, что заставу сейчас снесут! Ноги, Зуб, ноги!

Не вдаваясь в дальнейшие объяснения, Дар со всех ног кинулся в сторону дороги, петляя среди деревьев, как перепуганный заяц.

Мы с черепутом озадаченно переглянулись – два глаза уставились в четыре.

А затем пятисоткилограммовая зверюга с ошеломляющей для таких габаритов скоростью рванула следом за хозяином, с оглушительным треском и топотом проламываясь сквозь заросли и оставляя после себя самую настоящую просеку.