Талисман - Питер Страуб

Он объяснял свои намерения, как будто отдавал приказы.

— Слушай меня. Вокруг множество незаконнорожденных детей,так что мы объявим, что ты — мой незаконнорожденный сын с другой стороныповерхности. Ты не выполнил моего приказа, и я сержусь на тебя. Думаю, чтоникто не остановит нас, если мы сумеем это разыграть. Так я проведу тебявовнутрь, но могут возникнуть непредвиденные обстоятельства. Сможешь ли тыубедить людей, что ты — мой сын?

— Моя мать — актриса, — с гордостью за нее сказал Джек.

— Ну, тогда посмотрим, в нее ли ты удался! — Капитанподмигнул ему. — Я не причиню тебе боли.

Крепкая рука сжала кисть мальчика.

— Пошли, — сказал он и повел Джека за собой.

— Когда я приказываю тебе — мыть мостовые плиты за кухней,ты должен мыть мостовые плиты за кухней, и ничего, кроме этого, — громкопроизнес Капитан, не глядя на мальчика. — Тебе понятно? Ты должен делать своедело. А если ты не делаешь свое дело, ты будешь наказан.

— Но я вымыл несколько плит… — жалобно завыл Джек.

— Я не приказывал тебе вымыть несколько плит! — заоралКапитан, волоча мальчика за собой. Люди расступались, чтобы пропустить их.Некоторые из них сочувственно поглядывали на Джека.

— Я собирался, честное слово, я хотел через минуту…

Капитан швырнул его через ворота, не глядя на солдат, изамахнулся.

— Пока что я собираюсь спустить с тебя шкуру, — ответилКапитан, и потащил его по вымощенному плитами внутреннему дворику.

Солдаты на другом конце двора внимательно наблюдали за ними.

— Играй как можно лучше! — прошептал Капитан, волоча Джекапо длинному коридору.

— Я больше никогда не буду! — истошно заверещал Джек.

Они попали в другой, более узкий коридор. Дворец, как успелзаметить мальчик, состоял из множества загаженных комнатушек и коридорчиков.

— Обещай! — потребовал капитан.

— Обещаю! Обещаю!..

Стоящие в коридоре люди, как один, повернули головы ивнимательно рассматривали их. Один из них, отдававший перед этим какие-тораспоряжения двум женщинам, подался вперед, настороженно глядя на Джека иКапитана.

— А я обещаю выбить из тебя всю дурь! — громко сообщилКапитан.

Слушавшие их люди рассмеялись. Все они были толстыми, безпроблеска мысли в глазах, кроме одного, который отдавал распоряжения. Этот былвысоким и худым. Он не сводил глаз с мальчика и офицера.

— Пожалуйста, не надо! — молил Джек. — Пожалуйста!

— Каждое пожалуйста лишь продлевает порку, — ответилКапитан, и люди опять рассмеялись. Даже худой выдавил из себя некое подобиеулыбки, и опять повернулся к ожидающим его женщинам.

Капитан завел Джека в пустую комнату, заставленную пыльноймебелью. Там он, наконец, отпустил руку мальчика.

— Это были его люди, — вздохнул он. — Какая настала быжизнь, если бы… — он покачал головой, словно в забытьи. — В «Книге ПравильногоХозяйствования» сказано, что на землю снизойдет кротость, но эти парни явно нестрадают избытком кротости. Они жаждут богатства, они жаждут… — он поднял кнебу глаза, не желая или не смея сказать, чего же еще хотят эти люди. Потомопять взглянул на мальчика.

— Нам нужно торопиться; здесь еще осталось несколько тайн,не известных Его людям. — Он огляделся по сторонам и толкнул тяжелую деревяннуюстену.

Стена поддалась на удивление легко, и Джек прошел черезобразовавшееся отверстие вслед за Капитаном.

— Ты только одним глазком увидишь ее, но, я думаю, этогобудет достаточно.

Мальчик безмолвно последовал за ним в потайной ход.

— Иди молча, — прошептал Капитан. Стена за ним вернулась наместо, и они медленно углубились в темноту.

Вскоре глаза Джека привыкли к отсутствию света, и он началразличать размытый силуэт своего спутника.

— Стой, — сказал, наконец, Капитан. — Теперь я подниму тебявверх. Давай руки.

— Я смогу что-нибудь увидеть?

— Через секунду узнаешь, — сказал Капитан и легко оторвалмальчика от пола. — Перед тобой панель. Сдвинь ее влево.

Джек коснулся пальцами шершавой деревянной поверхности.Панель легко сдвинулась с места, и мальчик увидел крошечное отверстие, вкоторое не пролез бы и котенок. Он прильнул к отверстию глазом. Его взглядуоткрылась большая комната, заполненная женщинами в белом и мебелью, достойнойлюбого музея. В центре комнаты на роскошной кровати спала (или лежала безсознания) женщина; из-под одеяла выглядывали только ее лицо и плечи.

Джек чуть не вскрикнул от неожиданности, потому что женщинана кровати была его матерью. Это была его мать, и она умирала.

— Ты увидел ее, — Капитан крепче сжал дрожащие коленимальчика.

Приоткрыв рот, Джек наблюдал за матерью. Она умирала, в этомне было сомнений: кожа ее приобрела болезненный землистый оттенок, а волосыпотеряли свой прежний цвет. Вокруг нее суетились сиделки — готовили лекарстваили листали какие-то книги на столе — но в их нарочитой занятости сквозилаполная беспомощность. Смерть может наступить через месяц, или через неделю, илизавтра — они бессильны что-либо изменить.

Джек еще раз взглянул на лицо, похожее на восковую маску, иувидел, что эта женщина — не его мать. Более округлый подбородок, слишкомклассическая форма носа. Умирающая женщина была двойником его матери; это былаЛаура де Луизиан. Если Смотритель надеялся, что Джек увидит больше, то ошибся:белое неподвижное лицо не сказало ему ничего о лежащей женщине.

— Все, — прошептал он, задвигая панель на место, и Капитанопустил его на пол. В темноте Джек спросил:

— Что с ней?

— Многие пытались объяснить, но… — донеслось до него. —Королева не может видеть, не может говорить, не может двигаться…

На мгновение замолчав, Капитан дотронулся до его руки:

— Мы должны идти.

Они тихо вышли из темноты в пустую пыльную комнату. Капитанстряхнул с формы приставшие к ней соринки, внимательно посмотрел на Джека. Вглазах его читалась тревога.

— Теперь ты должен ответить на мой вопрос, — сказал он.

— Да.

— Ты послан, чтобы спасти ее? Спасти Королеву?

Джек кивнул.