Рабыня драконьей крови - Сильвия Лайм

— Не знаю, — покачала я головой, честно признаваясь. — Знаю только, что кольцо обещало убить меня через трое суток после того, как я его надела. И у меня осталось что-то вроде одного дня.

— Блеск, — выдохнул Кермак, откинувшись назад на старом деревянном стуле, ножки которого жалобно скрипнули. — А раньше ты мне об этом сказать не собиралась?

— Я… не знаю, кому можно верить, а кому нет, Кермак, — пробормотала я, не в силах уже лгать или скрывать что-то. Усталость была столь сильна, что мне стало все равно.

Кермак еще раз схватил мою руку и придвинул кольцо к глазам, чтобы рассмотреть поближе. А затем и вовсе стал подносить ладонь к губам.

— Что ты де… — испугалась было я.

А он взял и погрыз перстень, слегка обслюнявив мои пальцы.

Я поспешно выдернула руку и несколько брезгливо вытерла. Кермак не обратил внимания на мое перекошенное лицо, бросив мрачно:

— Похоже, это черное золото, куколка. А значит, кольцо ты украла у дарка.

По спине прокатилась холодная дрожь.

— Я же говорила, что не кра…

— Это уже неважно, — резко подскочил он на ноги, заметавшись по комнате туда-сюда.

Выглядело это довольно страшно, учитывая размеры Кермака. Туши, свисавшие с потолка, покачивались от его беспорядочной ходьбы, стальные крюки заскрипели. А затем в какой-то момент он резко остановился, повернувшись ко мне.

И блеск его маленьких глаз мне совсем не понравился.

— Что ж, полагаю, у нас нет выхода, кукла, — пробасил он, забрасывая мне стаю колючих мурашек под кожу. Дурное предчувствие сковало мышцы.

И я оказалась права, потому что в следующий миг Кермак наклонился куда-то и выпрямился уже с большим тесаком в руке.

— Придется рубить, кукла. Но ты не бойся. Больно будет только в первый момент…

Все внутри меня покрылось изморозью ужаса. Я невольно отступила назад к стене, на ходу уронив деревянный стул.

— Постой, Кермак… — пробормотала дрожащими губами. — Давай-ка обсудим этот вопрос. Нельзя же просто так взять и…

— Нет никаких вариантов, кукла, — низко проурчал он, подбираясь ко мне. — Да ты не трусь так. У меня с этим быстро. Раз — и нет пальца. Ты и не заметишь.

Он прыгнул ко мне через все пространство комнаты, и я едва успела отскочить, бросая ему под ноги еще один стул. Кто бы мог подумать, что в его огромном теле столько ловкости!

— Пальца-то, может, и не будет, а как ты потом станешь кровь останавливать и из болевого шока меня выводить? — пыталась я достучаться до его разума, быстро огибая стол и вставая на другой его стороне.

Кермак выпрямился, опустив свой тесак и сдвинув брови. На лице читалась вселенская задумчивость.

И откуда такие, как он, вообще берутся? Уму непостижимо! Ведь самое страшное, что, похоже, он уже принял вполне твердое решение и ни капли не собирался его менять. А я — так, время тянула. Не более того.

— Перевязку тебе сделаем, не боись, — ответил он наконец. — У меня тут мазь где-то была на трясинной выжимке. Мне кикиморы Диких кувшинок в свое время продали. Она знаешь как заживляет быстро! Ух!

— Кикиморы Диких кувшинок? — переспросила я, вспоминая, что уже слышала это название. — Это разве не салон красоты со стайкой парикмахеров?

Кермак пожал плечами.

— Ну, девочки там, конечно, волосы стригут да бороды бреют в основном, — кивнул он. — Вот только кикиморью их сущность-то никто не отменял. Как ночь настает, так они водорослями обрастают да морщинами, и в заведение их лучше просто так не заходить. Знамо дело — сожрут. Но и снадобье какое продать могут, если достаточно денег принесешь. Так вот оно у меня и есть, гляди, не пугайся. Не вру я тебе.

Он в очередной раз опустил свой тесак, шагнул к навесному шкафчику и достал оттуда квадратную металлическую баночку. Поставил на стол и толкнул ко мне.

Я аккуратно подобрала диковинную мазь, ведомая любопытством. Впрочем, опасливого взгляда с Кермака сводить не стала.

На баночке стояла одна короткая надпись.

— Иншулардэн, — зачитала я вслух буквы неизвестного языка так, словно всегда на нем говорила.

— Ух ты, ты знаешь язык старой Райялари? Я думал, на нем только дарки умеют, колдуны еще всякие да нелюди. Ты умеешь творить ворожбу?

— Ничего я не умею, — передернула плечами я, откупоривая баночку и обнаруживая внутри пахучую до рези в глазах смесь неизвестных листьев, перетертых в кашу. Быстро закрыла и поставила обратно. — Нет, если ты намажешь этим место, где когда-то был мой палец, я сперва истеку кровью, а если не умру от этого, то потом заработаю гангрену.

— Чего ты заработаешь? — приподнял бровь Кермак. — Я тебе пока платить не планировал, ты уж извини, кукла.

Я закатила глаза к потолку.

Зря.

В тот же миг мужчина оказался возле меня и схватил за руку.

— Ага! Вот я тебя и поймал!

— Нет, стой! — истошно заорала я, пытаясь высвободиться.

Кермак держал настолько крепко, что у меня от натуги брызнули слезы из глаз. Вырваться не получалось! Как назло, еще раненая нога дала о себе знать, не позволяя нормально двигаться.

— Давай подождем хотя бы до конца третьей ночи! — взвизгнула я, когда он поднял тесак и грязное лезвие мелькнуло в полуметре от меня. — Кольцо говорило трех ночах!

Кермак прижал мою руку к столу и грозно посмотрел мне в глаза.

— Нечего ждать, кукла, — отрывисто сказал он. — Будем тянуть — ты только сильнее станешь бояться, а решение принять так и не сможешь. Кроме того, за это время хозяин кольца вполне может отыскать свою потерю. От него надо избавиться. А я могу хорошо продать его на черном базаре. Никто и не узнает, откуда эта побрякушка взялась, как ее уже и след простынет.

— Нет!!! — закричала я в ужасе, потому что Кермак закончил говорить и огромный тесак стал стремительно опускаться.

Вот только в следующий миг произошло что-то странное: дверь дома резко распахнулась и на пороге появился мужчина. Он показался мне смутно знакомым, но я никак не могла понять, с какой стати.

— Уважаемый, а что это вы делаете? — спросил он, спокойно заходя внутрь, словно его кто-то приглашал. Оттолкнул одну из туш, висевших у двери, и приблизился к нам.

У него были красивые белые волосы, наполовину прикрывающие уши, в одном из которых сверкала длинная серьга. Какой-то черный тонкий кристалл, покачивающийся в такт неспешной походке хозяина. Большие глаза казались почти бездонными в своей черноте с легким кирпичным отливом.

Я мельком глянула в широкое окно-витрину, расположенную в самом конце помещения, и заметила на улице еще несколько мужчин, которые явно сопровождали вот этого. Выглядели они все очень странно и подозрительно, однако я была готова расцеловать посетителя несмотря ни на что. Ведь Кермак, увидев его, тут же опустил свое оружие.