Дорога к Звездному престолу - Юрий Иванович

— Какой спор? — ложка в руке у девушки так и замерла на пол пути.

— Это он так шутит! — внушительная ладонь Гарольда ласково постучала по спине закашлявшегося Романа. — Да и вообще, могут между нами остаться хоть какие-то мужские тайны?

— Конечно, могут! Это я просто так спросила. — Клеопатра соглашалась легко, сразу и вообще уходила в сторону от любого спора или обострения. А по её счастливому и довольному личику легко читалось, что она была на седьмом небе от восторга, что ей далось наладить нормальные отношения со своими вчерашними соучениками. Хотя, если разобраться до конца, с Романом она и так дружила, с Гарольдом вроде, как и не сталкивалась, а вот с Тантоитаном…, слегка только конфликтовала.

По крайней мере, именно так подумал после некоторого размышления сам Танти. А потом и осознал, что ему как командиру нести ответственность за их небольшую группу. Невзирая на старшинство в летах обоих друзей, а теперь ещё и этой пигалицы (но ведь ржавчина её подбери, наверняка тоже подтасовала дату своего рождения!), юноша с непоколебимой и удивительной даже для самого себя уверенностью понимал, что окончательные решения для организации и консолидации предстоящих действий придётся принимать именно ему. И так подобные отношения больше года превалировали в их маленьком коллективе из трёх человек, а теперь ему страшно захотелось, чтобы и Клеопатра как можно скорее избавилась от своей заносчивости и признала единого лидера. Поэтому сразу за столом решил скоординировать ближайшие действия. Отдавать распоряжения он начал прямо во время еды, первым делом останавливая Романа:

— Куда собрался? Сидеть!

— Так ведь…, - прожорливый Заяц, словно уборочный комбайн первым смолотил свою порцию и собрался бежать за вторым подносом. Такие же действия собирался предпринять и Гарольд, интенсивно дожевывающий булочку и яблоко. — Здесь тоже можно брать по две порции.

— Он и четыре может съесть, — со скорбным видом пожаловался Танти осудительно на него посматривающей девушке. — А что он такой худой и несчастный, так и конюхов есть хорошая поговорка: "Не в коня корм". — Затем обратился к ребятам: — Через два часа марш бросок и поэтому переедание категорически запрещено. Мало того…, Гарри! Восьмой! Я к тебе обращаюсь, и не смотри такими голодными глазами в сторону раздаточной! Если тебе мало, вон, возьми моё яблоко…

Ещё большее сопереживание проявила в следующее мгновение Клеопатра: она своё яблоко отдала Роману, булочку Гарольду, а упаковку сока молча поставила между ними. Номер "двадцать пятый" посмотрел на неё с укором, но она ответила таким наивным и доверчивым взглядом, что лидер компании только хмыкнул, и продолжил прерванную мысль:

— Мало того, если раньше нам следовало привести в положенное время к финишу только Ро…, номер "четыреста первый", то теперь мы обязаны взять под свою опеку и номер "три тройки".

От такой новости Восьмой чуть не подавился подаренной булочкой, Роман Бровер залился соловьём на тему как это благородно и возвышенно, а единственная среди них девушка, с некоторой обидой заявила:

— Обо мне переживать не стоит. Со своей физической подготовкой я норматив пройду на «отлично».

— Но ведь каждому, в зависимости от его веса дадут ещё и груз для переноса. Часть на пояс и разгрузку, часть в рюкзак.

— Справлюсь и с этим, — но когда она поняла, что даже выглядящий заморышем Роман смотрит на неё с сомнением, рассмеялась: — Вы не смотрите, что я худощавая и не огромного роста, но если надо, то я любому сдачи дам.

При этом она так многозначительно посмотрела на Гарольда, что тот не выдержал и тоже рассмеялся:

— Да, три троечки, самоуверенности тебе не занимать!

Тантоитан недовольно скривился:

— В данный момент на повестке дня один вопрос: преодоление марш-броска. Бойцовские качества будем показывать на испытаниях. А поэтому, Роман, тебе придётся значительно постараться и таки пробежать всю дистанцию самому.

— Смерти моей хотите?! Знаете ведь — я не по тем делам.

— Да?! — Танти стал злиться и решил сыграть на раболепии товарища перед девочками: — Как же твои утверждения служить даме всеми своими силами, помыслами и устремлениями? Тоже мне рыцарь! Как вырывать обещания сделать его генералом — так мастак, а как помочь даме в переносе тяжестей, — то он "не по тем делам"!

— Если бы я мог, — продолжал упорствовать уязвлённый Заяц, — То я бы её сам на руках отнёс. Но реалии нашего мира воспитали во мне одну замечательную черту характера: говорить всегда только правду и никогда не хвастаться выдуманными достоинствами. Так что…

— Что ты «замечательный» — мы знаем давно! Потому и дружим. Что для тебя просто пройти дистанцию марш-броска проблематично — тоже знаем. Потому и помощь рассчитали. Но пора тебе уже и прочие рыцарские достоинства вырабатывать. Поэтому беги, как хочешь, но учти самое главное: мы все четверо обязаны добраться к финишу до истечения максимального срока.

Гарольд в который уже раз за сегодня сжал свой кулачище и многозначительно подставил к носу Романа Бровера:

— И если из-за тебя нас не допустят к следующим экзаменам!..

После чего он еле успел убрать пальцы от щёлкнувших зубов, но жалости в свой адрес, так и не дождался:

— Ой, Ромочка! — жалостливо запричитала Клеопатра. — Они же тебя точно прямо посреди трассы закопают. Хочешь, я твой рюкзак понесу?

Пока тот соображал, что ему делать, плакать или возмущаться, а Гарольд сдерживал себя от хохота, Танти понял, что надо быстро прекращать любые прения и перепалку, а срочно отправиться по своим комнатам для обязательного отдыха. Предпочтительно — короткого сна.

— Значит так: силы оставьте на испытание. Сейчас всем спать и накапливать энергию. По комнатам!

Оба его друга без единого возражения поднялись и отправились к выходу из столовой. Похоже, Клеопатра в силу своих прежних привычек попыталась воспротивиться подобному распоряжению, но не оставаться же после этого самой за столом? Да и зарождающуюся дружбу не хотелось поддавать новым испытаниям. Всё-таки она успела хорошо заметить, как многие девушки с некоторой завистью посматривают в её сторону. Они то и между собой ещё сдружиться не успели, только присматривались, а эта, ничем вроде не примечательная претендентка уже успела влиться в состав вполне дружной компании.

В итоге этих размышлений, недавняя соученица, хоть и покривилась несколько возмущённо, но молча встала и поплелась впереди под строгим взглядом идущего сзади Тантоитана. Да и он мысленно поздравил себя с первой победой: новый член их маленькой компании начинает признавать его лидерство.

Через два с половиной часа после окончания обеда, все триста двадцать один человек переминались с ноги на ногу в неком подобии строя, а прохаживающийся вдоль этого строя капрал по строевой подготовке училища, вещал, проверял, подбадривал, издевался и напутствовал:

— Значит так, дамы и господа. Пока вы ещё люди гражданские и командовать у меня вами не получится никак. Но обрадовать вас могу уже сейчас: самые сильные, ловкие и настойчивые ещё наплачутся от моих методов воспитания. И клянусь, что я вышибу из вас эти хамоватые улыбочки! Эти презрительные взгляды вы посмеете изображать только перед зеркалом! А эти угловатые, кривые и горбатые фигуры, вы будете вспоминать не иначе как с содроганием. Я сделаю из вас истинных воинов! Истинных бойцов великой Оилтонской империи. Но! Статистика — великая сила и она никогда не врёт. Если судить по ней, то оканчивает наше знаменитое училище и становится доблестным космодесантником лишь чуть более половины тех, кто вот точно как вы сейчас готовится для преодоления марш-броска. Поэтому сразу хочу предложить не мучиться, а выйти из строя тем, кто и так ни на что не годен. Он тем самым сэкономит мои собственные силы, сбережёт собственное здоровье и его не проклянут товарищи по оружию. Потому что слабых и дохлых в любом бою гуманнее сразу добить прикладом по затылку, чем волочь потом обгадившихся от страха к ближайшему трибуналу. Лучше уж они сразу вернутся домой есть манную кашку, чем их потом с риском для собственной жизни будут выносить из-под обстрела товарищи по оружию. Да таких…